Страница 53 из 89
Счастье стать матерью!
Он склоняется надо мной и зачем-то гладит по голове.
Я слышу: «Света, ну зачем ты так со всеми нами? Мы ведь желаем тебе только счастья. А это всё… Ты ведь должна понимать, что нам всем просто очень страшно…»
Я просыпаюсь в «скорой» на руках у отца… Он прижимает меня к груди…»
«11 января, суббота.
У меня такое ощущение, что я живу в больнице…
Я ненавижу высокие потолки, длинные коридоры и гудящие трубки со светом!
У меня какой-то вирус. Наверное, всё очень серьёзно… Мне ничего не говорят. Даже Славик. Он приходил пару раз меня навестить… Но я в инфекционном — сюда не так-то просто прорваться… Да я и сама не хочу заражать Славика. Но я очень скучаю по нему…
Я попросила Павлика подслушать, о чём беседуют врачи с родителями, но он говорит, что при нём тоже в основном молчат…
Из меня то и дело «берут» анализы. Не уверена, что стоит об этом писать… Мне неприятно… Так что, правда, не буду.
О чём ещё писать не знаю.
Спать я отказываюсь. Мне снова дают какие-то таблетки, от которых у меня вспышки в глазах… Я куда-то проваливаюсь и вроде как сплю, хотя и ничего не вижу. С одной стороны, это хорошо — он не может ко мне приставать. Хотя с другой… Он может и впрямь пристаёт, просто я этого не помню…
А это самое страшное!..»
«15 января, среда
«Меня собираются выписывать. Однако мне кажется, что не до конца… Точнее тут выпишут, но заставят лечь куда-нибудь ещё… Вот этого я точно не хочу! Хотя в моём случае, логичнее и впрямь уехать из города… Но я не могу всех бросить! Потому что я просто не представляю, что он сделает с городом, если я вдруг снова убегу… Я не имею права так поступать. Мне нужно быть тут, что бы ни происходило!..
Павлик всё же проведал, с чем именно я лежу. Хм… Не знаю, стоит ли писать… Я даже стараюсь не думать об этом! Будто оно и впрямь не станет реальным, до тех пор, пока я его не осознаю и не приму. Глупости. Оно уже тут, в действительности… Это больше не элемент сна. Так что можно и написать… Тем более, на то он и дневник, чтобы делится с ним самым сокровенным.
У меня «нарушен репродуктивный механизм». Павлик не знал, что это такое — он просто услышал обрывок разговора между доктором и мамой и донёс его до меня. Я попросила Славика посмотреть в библиотеке. Он посмотрел…
В общем, у меня не может быть детей…
Это ещё не точно! Но… существуют определённые риски. Всё из-за гриппа — он дал осложнение именно на половые органы… Это уже из разговора с мамой. Я на неё основательно надавила, так что теперь в курсе всего происходящего…
И оно меня совсем не устраивает!
Похоже, я действительно нужна им позарез… Раз они так основательно меня мутузят… А я ещё подумывала о бегстве. Они не отпустят. Всё слишком далеко зашло!
Эх… У меня нет настроения…»
«25 января, суббота.
В среду пропали строители. Пять взрослых человек. Они спустились вниз, чтобы разобрать завал и оценить, в каком состоянии находятся подземные коммуникации… Возможно, они что-то увидели… Возможно, просто чему-то помешали…
Вчера я рассказала Славику всё как есть. Он очень сильно испугался… Он пытался этого не показать, но я всё равно прочувствовала его ощущения.
Славик сказал, что то, о чём я рассказываю, ужасает… Особенно сны, в которых ко мне пристаёт Фон Шмидт!..
На него нужно донести!
Я сказала, чтобы Славик об этом даже не думал! Это не решение проблемы. Донос на немца только всё усложнит! Он приведёт к очередным смертям, а какая участь будет приготовлена для самого Славика… лучше и не задумываться…
Славик всё равно упорно заявил, что он не боится какого-то там арийца!..
Я сказала, что он вовсе и не ариец. Он — непонятное существо, которому нужна я, чтобы родить ему ребёнка…
Славик спросил, как же тогда быть?
Я долго думала. На следующей неделе мне на приём к «крысиной мордочке». Я послушаю, что именно она мне скажет… и если всё останется без изменений, тогда я спущусь вниз и во всём разберусь…
Славик тут же воскликнул, что я сумасшедшая!.. Правда тут же поправился: он имеет в виду, не то что я вижу в кошмарах, а то, что я после всего этого ещё задумываюсь о подземных путешествиях!.. Или я не помню, что сталось с моим братом и его друзьями?!
Я сказала, что помню… Именно поэтому и иду. Существо властвует во снах — там с ним не совладать, потому что вокруг — его бесчувственный лёд… Во сне ему можно только эпизодически противостоять…
В реальности же, всё иначе! Если его и можно достать, то лишь наяву!.. К тому же, тут есть надежда, что он не сможет принять истинный облик… Хотя я и не особо уверена в последнем…
Славик заметил, что тут, куда ни глянь — всюду сомнения!.. Но если иду я, значит, идёт и он. Тут без вариантов!
Мы поцеловались!!!»
«27 января, понедельник.
Он: «Светлана, я слышал, что с тобой приключилось… Как ты?»
Я: «Нормально. Я стараюсь об этом не думать».
Он: «Хм… Молодец. Не ожидал от шестиклассницы столь трезвого умозаключения…»
Я: «Просто мне нечего больше делать… Ведь это не от меня зависит. Верно?»
Он: «Да… Думаю, ты в чём-то права… Видишь ли, все эти риски порой на деле гроша выделанного не стоят. Дело в нашей голове».
Я: «Голове?»
Он: «Да. Разве не поэтому Шевченко посоветовал вести дневник?.. Он ведь думал, что таким образом тебе удастся избавиться от синдрома…»
Я: «А мне и удалось!»
Он: «Что, прости?»
Я: «У меня больше нет рассеянности… Точнее её и не было!»
Он: «Боюсь, что не совсем верно тебя понимаю…»
Я: «Вы всё понимаете. А потому и убили Шевченко! Потому что он научил меня вам противостоять!»
Он: «Убили???»
Я: «Убили! Он ведь разбился! Причём явно не по своей воле! Вы тогда мне соврали, но я сама во всём разобралась!»
Он: «Хм… Светлана, ты меня пугаешь… Да, Шевченко погиб в аварии, но, поверь мне, ничего такого таинственного в случившейся трагедии нет… Просто трагичное стечение обстоятельств… А тебя я обманул вовсе не оттого, что хотел непременно сокрыть истину. Просто твоё тогдашнее состояние было далеко от нормы… Дополнительный стресс тебе был ни к чему».
Я: «Шевченко убили только потому, что он помог мне! Ведь ваша истина давно мне известна!.. И она гнила! Потому что замахивается на чужое солнце, а тем более, убивает школьников… Это мерзко!!!»
Он: «???»
Я: «Да, вам нужна я! Почему именно я, мне ещё неизвестно… Но я и это обязательно выясню!»
Он: «Светлана, ты понимаешь, о чём говоришь?.. Ведь это бред… Самая настоящая паранойя! У тебя случайно не жар?»
Я: «Не жар! Хотя вы так и стараетесь, чтобы я сама в это поверила!»
Он: «Прости?»
Я: «Самый ужас вы открываете именно когда у меня температура!.. Вы думаете, что я не заметила этого? Вы это делаете преднамеренно, чтобы я сама себе не верила!»
Он: «Светлана, посмотри на меня. Что ты задумала? Почему ты это говоришь?»
Я: «Вам страшно?»
Он: «Мне страшно всё это слышать… Особенно на счёт того, кем ты меня считаешь…»
Я: «Я не знаю, кто вы такой… Но я знаю, на кого вы работаете!»
Он: «Работаю?.. Хм… Ну и на кого же?»
Я: «На него!»
Он: «На него?.. И кто же он?»
Я: «Он — чудовище из-под земли. Ему нужно солнце… Точнее я… чтобы породить это самое солнце…»
Он: «Так, ясно. Я понимаю, откуда всё это. Ты всё же думаешь о своих репродуктивных проблемах… Из-за них и проявляется этот психоз».
Я: «Какие же вы и впрямь мерзкие! Вы готовы даже загубить свой единственный шанс… лишь бы сохранить надо мной хоть какой-то контроль!.. Какое вы имеете право?!»
Он: «Право более сильного и развитого!»
(что-то изменилось… это уже не он… Неон…)
Неон: «Ты когда-нибудь задумывалась о том, что будет, если я достигну цели?»
Я: «…Нет…»
(страшно!!! очень страшно!!! особенно смотреть в эти глаза!!! они стеклянные!!! они не видят меня!!!)