Страница 49 из 89
Я этого заслужила…»
«31 декабря, вторник.
Он так и не пришёл… Наверное, просто наслаждается победой.
Зато пришёл Павлик. Один… Он весь синий, как те мальчишки, что застыли на карусели… Он постоянно дышит на скрюченные пальчики и загнанно озирается. На его шее голубая кровь… Он один из них!..
Нет!
Я вижу, как он на меня смотрит! Его взгляд всё ещё жаждет солнца! Он ещё не привык к вечной тьме!.. Он даже пытается мне улыбнуться!.. Пытается, но не может. Его лицо сковал лёд! Я вижу белую бахрому на губах — они словно обветренные… Это иней. Он крошится и стремительно улетучивается!..
Как улетучивается и сам Павлик!..
Я вскрикиваю! Как есть вскакиваю с кровати и бросаюсь к брату! Он пятится к двери и наощупь ищет ручку… Я его останавливаю. С трудом сдерживаю слёзы… Прижимаюсь всем телом! Он ледяной, так что у меня сводит руки и ноги!.. Он настолько ледяной, что обжигает!.. Но я терплю! Я знаю, что если на этом свете что-то и может его отогреть, так это тепло моего тела!
Я делаю то, что не смогла сделать в реальности!.. Я снова с ним воссоединяюсь!
Я чувствую лопатками два укола — это его пальцы! Он обнимает меня в ответ!!!
Затем появляется скрип — он снова пытается что-то сказать!..
Я понимаю, что не чувствую собственных рук — они просто онемели от холода!
Откуда-то из глубины восторженного сознания выбирается страх: а что если это не я возвращаю Павлика, а он пытается утянуть меня к ним?..
Я вздрагиваю.
Тут же заставляю противный страх забиться туда, откуда он только что вылез! Я сама этого хочу: туда, к ним, чтобы больше никого не мучать!
Пытаюсь переплести пальцы рук за спиной Павлика, чтобы мои объятья чего доброго не разорвались!.. Павлик тоже жмётся ко мне, словно хочет пройти сквозь моё тело!.. Я чувствую его острый подбородок на собственном плече!
Он ниже меня…
Это так мило, а я раньше и не замечала…
Внезапно я понимаю, что Павлик просто оседает… Я оседаю с ним! С трудом сдерживаю слёзы. Пытаюсь заглянуть в его глаза…
Он тоже плачет. Целует меня в щёки… Говорит, что любит больше всех на свете!..
Просит прощение за всё!
Его губы обжигают моё лицо, но… это больше не леденящий холод!.. Это обычное тепло человеческого тела… Я слышу сонное дыхание Павлика! Я его помню по тем временам, когда мы спали в одной кроватке! Я пытаюсь сдержаться, чтобы не впасть в эйфорию.
Павлик шмыгает носом и прижимается своей мордашкой к моей шее… Потом вздрагивает и тут же отстраняется. Прячет взор.
До меня постепенно доходит, что я абсолютно нагая… Я прижимаю руки к груди, стараюсь свести бёдра… Мимолётом замечаю на стуле у кровати своё платье — странно, но раньше я его никогда не видела… Тут же хватаю его и одеваю через голову. Когда заканчиваю оправляться, вижу на себе восхищённый взор Павлика.
Брат рад, что у него такая сестра… И сейчас он ей всё расскажет… Точнее покажет.
Он берёт меня за руку и кивает в сторону двери. Я мнусь в нерешительности, но всё же ступаю вслед за ним… Его прикосновение вновь прохладное… Я смотрю на поблескивающий серебром затылок… Это они. Павлик всё ещё от них не избавился…
Это просто кратковременное просветление…
Мне грустно. Но я продолжаю идти. Кругом тишина и забвение. Я вижу застывшие атомы воздуха… Они касаются наших фигур и тихо позвякивают, будто праздничные шарики на ёлке.
Я поднимаю руку и слышу мелодичную трель — мы вне времени и пространства…
Это сон. Но он так похож на реальность!
Мы выходим из квартиры и спускаемся вниз по лестнице. Снаружи — синий лёд! Повсюду! Он сковал дома и улицы, дворы и парки, животных и птиц… Всё буквально вросло в синюю корку… Точнее, наоборот, растёт из неё!..
Мы ступаем по синеве. Я совсем не ощущаю холода, не то, что раньше… Естественно, мы же во сне. Проходим мимо застывшей дворняги… Она смотрит на меня и хрипит.
Мне становится не по себе!
Зачем я всё это делаю? Меня ведь превратят в одного из них!.. Я этого хочу?..
Да. Хочу. Хочу спасти брата и всех остальных!.. Потому что, заполучив меня, они, несомненно, уберутся! Так что мне нельзя отступать!
Я закусываю губу и просто смотрю под ноги — они уже посинели до колен…
Мы доходим до причала и спускаемся вниз. Под землю.
Я вижу полуразрушенные катакомбы, множество извилистых ходов и туннелей… Всюду царит плотоядная синева.
Я тоже синяя — уже по пояс…
Я говорю об этом Павлику. Он лишь кивает — всё под контролем, успеем.
Мы лавируем по бесчисленным тропинкам… Я уже понятия не имею, в каком направлении выход. Такое ощущение, что само слово «направление» в этом месте утрачивает всяческий смысл!.. Хотя так, наверное, всё и обстоит…
Мы выходим в тёмный туннель, и длительное время идём по нему, никуда не сворачивая. Сворачивать, собственно, и некуда — стены монолитны!
В какой-то момент я перестаю воспринимать синеву Постепенно понимаю, что она добралась до груди Тут же следует догадка: мы не успеем вернуться Даже если успеем, отогревать нас будет некому.
Но Павлик не обращает на синеву никакого внимания Он продолжает утягивать меня в неизвестность.
Я покорно иду — мне всё равно Даже на то, что мы явно спускаемся всё ниже и ниже.
Мы идём около часа Хотя тут нет времени Как и понятий «затем», «потом» и пр. Так что мы просто идём долго По крайней мере, так мне кажется
Мне всё равно
Вспыхивает свет
Нет Просто становится заметно светлее Я оглядываюсь Ничего не изменилось Я всего лишь стала лучше видеть
В моих глазах поселилась бездна
Мне, наверное, страшно Я не знаю Я уже давно ничего не чувствую С тех самых пор, как синева завладела моей душой
Совсем скоро они поселятся в моём сознании, тогда меня просто не станет
Натыкаемся на завал Я вижу чьи-то скрюченные ноги, торчащие из-под огромного валуна Он рухнул с потолка
Мне всё равно Я ступаю на валун и лезу вверх Павлик пытается помочь, но мне не требуется его помощь
Мы преодолеваем завал
Наши роли поменялись: я иду первой, а Павлик семенит позади Он что-то говорит, но я его не понимаю Мимолётно переспрашиваю Из моей глотки доносится скрежет Я это понимаю, как понимаю и сам скрежет
Я советую Павлику, не отставать
Откуда мне известно, куда идти
Мне всё равно Это прямая Самый короткий путь Он приведёт Без сомнений
У меня нет сомнений, как и брата
То что бежит сзади, вовсе не брат, а жалкий предатель
Я должна его ненавидеть
Мне всё равно
Мы выходим в огромную пещеру С потолка капает Странно Я думала, что тут всё замёрзшее
«Не всё. Это, вообще, не физический холод. Этот холод — эмоциональный. Достаточно одного единого чувства, чтобы его растопить. Но чувств тут нет, как и эмоций. А капает вовсе не вода. Это утерянное время — его крупицы. Я потерял их уже изрядно много».
Я гляжу по сторонам
Словно из ниоткуда появляется он Берёт меня за руку Ведёт за собой вглубь пещеры Не оглядываясь, манит Павлика
Мы проходим гигантские колонны, подпирающие свод
Я спрашиваю: «Отчего ты никогда не говорил со мной?»
«Я говорил, просто ты не понимала мой язык».
«Откуда ты прибыл? Из ФРГ?»
«Нет».
«Кто ты?»
«Я — бог».
«Бога — нет».
«Однако это мало его заботит».
«Что ты?»
«Я — мироздание. Я строю новый мир, которому нужно новое солнце».
«Ты хочешь отнять наше Солнце?»
«Ваше солнце — это пройденный этап. Мне нужно солнце Припяти».
Мы выходим к огромному зеркалу Оно висит на каменной стене и излучает синеву Мы медленно приближаемся
«Зачем тебе именно я? Ведь у тебя есть та, другая, что вечно за нами следит».
«В ней больше нет жизни. Мы вынуждены приходить вновь и вновь. Век пятого солнца, просто очередной виток».
«Отчего я? Ведь вам нужен реактор? Солнце Припяти именно там!»
«Солнце Припяти — это ты. Смотри».