Страница 38 из 83
Левин всё это знал, однако отчего-то не спешил рассказывать Гиммлеру… Скорее всего, попросту боялся последствий от вмешательства во что-то неподвластное разуму! И, тем более, пытаться изменить прошлое. Так или иначе, остаётся лишь гадать, как именно поступил Рудольф Левин. Скорее всего, он прекратил деятельность зондеркоманды «Аш» ещё во время войны в сорок четвёртом и бежал. По крайней мере, больше о нём никто не слышал… Даже ОГПУ.
Света перевела дух и взглянула на опешившего Тошку. Затем попыталась улыбнуться и сказала полушёпотом, что, скорее всего, Левин так ничего и не сделал. Всё-таки он был доктор исторических и философических наук — по всей видимости, человек не лишённый здравого рассудка. Наверняка он решил попросту со всем покончить. Возможно и с собой… А официально заявил, что потусторонних миров попросту не существует, как и всего остального!
Но в этом случае, он соврал. Потусторонние миры и перемещение во времени — реальны. Происходящее сейчас это только ещё раз доказывает. Хоть и не силой мысли, а простой шифровкой, брошенной сквозь десятилетия…
От последней фразы Тошка поёжился. Словил на себе пристальный взгляд девочки и машинально соврал, что его знобит.
Света забеспокоилась. Сказала, что, скорее всего, это из-за неё и её россказней — додумалась тоже!.. Засобиралась домой.
Тошка попросил посидеть с ним… Хотя бы до прихода родителей. Страх было скрывать глупо, да Тошка и не пытался… Как уже давно от него ничего не пыталась скрыть и сама девочка.
Света улыбнулась и юркнула на своё местечко — в ноги к Тошке. Вдвоём было совсем не страшно.
Именно тогда она и рассказала про свои «сорок» и серебристое существо из стены.
42
Тошка сидел на кровати, укутанный в одеяла, и пялился в учебник алгебры…
С родителями всё было в порядке… если не считать маму… Сказать, что при виде Тошки у неё случился ШОК — это не сказать ничего! Вернее с Тошкой-то всё обстояло как нельзя лучше — улыбался от уха до уха, радуясь потерянному было счастью, — но вот его одеяние, а в особенности рюкзачок, довели маму если и не до слёз, то до трясучки уж точно!..
Папа выглянул из-под крыльца, как сонный сурикат, и только махнул рукой: мол, разбирайтесь сами… Видимо мама его порядком замучила, всласть отведав кровушки.
А Тошке было всё равно! Он даже вроде как пытался дотянуться до мамы… Уж зачем именно — неизвестно, но нерешительный шажок всё же сделал!..
Мама приказала оставаться на месте, пока она снова не сможет нормально соображать! Потом воззвала к богу — ну за что ей всё это?! Тем более что день не докатился ещё даже до обеда! Затем всплеснула руками и потащила несопротивляющегося Тошку в дом.
Папа деловитым селезнем крякнул под крыльцом, изображая мощную интеллектуальную деятельность, на что мама отчего-то посоветовала «воздержаться от пустых комментариев»!.. Папа тут же затих, видимо понимая, во что грозит вылиться лишнее напоминание о своём присутствии.
А Тошка радовался, что все живы-здоровы! Подумаешь, сейчас за уши натягают, лекцию прочитают и до конца дня запрут в доме — разве это наказание?! Так, назидательный урок, дабы неповадно было впредь во всякую мракобесию впутываться!..
Тошка не знал почему, но утренний инцидент и впрямь казался очередной шалостью или обычным озорством… Ничего не было! Он просто всё нафантазировал, увлёкшись очередной игрой… как увлеклись они с Павликом чем-то подобным ещё прошлой осенью!
ЧЕМ-ТО ПОДОБНЫМ…
Подобного ещё не случалось!
Тошка понимал, что его разум просто щёлкнул очередным реле, отсекая неприятные воспоминания и сопутствующие им мысли… Чтобы мозг окончательно не спятил!
От страха…
После обеда Тошка немного успокоился. Всё вроде как нормализовалось… Правда за окном нахмурились тучи и заметно потемнело. Как в фургончике мальчишки…
Интересно, он что-нибудь почувствовал, когда ВСЁ произошло?
Стоп!!! Ничего ведь не было!
НИЧТО — не может произойти, потому что оно нематериально! Соответственно и никто ничего не мог почувствовать… Так этого никого тоже не было и в помине!.. Как не было и НИЧЕГО!
А что если другой мир именно, что не материален?.. И, тем не менее, существует! Как существует и нематериальная тварь, просто забравшаяся в пугало и подчинившая своей воле бездушную вещь!..
Ведь Света ещё зимой говорила, что материальное может родиться из мысли… А мысли вроде как раз и нематериальны… Они являются частью сознания, которое нельзя ни увидеть, ни услышать, ни потрогать…
Тошка тряхнул головой, силясь скинуть с плеч путы вновь подкрадывающихся тревоги и страха, и заставил себя сосредоточиться на алгебре. Она ему досталась «на орехи», когда мама исчерпала собственный запас гневных ФЛЮИДОВ, оттёрла его одежду, — да и самого Тошку в придачу — и раскупорила банки с кислыми щами…
Явно рыдала, когда готовила, попутно думая о непутёвом сыне, — выдал папа, за что тут же услышал зловещий свист половника у самого уха! Погрозил пальцем и молча удалился на безопасное расстояние…
А Тошка лишь глупо улыбался, не прекращая мотать головой из стороны в сторону.
Мама сдалась, махнула рукой и, наспех перекусив, выгнала папу на улицу — дождь вроде как собирается, а он так ничего и не выправил!.. А Тошке, чтобы не радовался, — дополнительное задание!
Вот Тошка и пялился на это самое задание… На стремительную гиперболу, протянувшуюся вдоль всей страницы учебника. За время своих размышлений, Тошка понял одно: какие величины не подставляй в график — одна из единиц измерения постоянно меняется стремительно, в ущерб другой, будто несёшься с горки на умопомрачительной скорости и за какие-то секунды оказываешься внизу!.. Это если образно. Но отчего именно так?
Тошка не знал.
По гиперболе распространяется страх — стремительно, со всех сторон, за ничтожно малый промежуток времени!
Но в школе за подобную аналогию не похвалят… По любому заставят вывести какое-нибудь уравнение… и вот тут-то Тошка и поплывёт по стабильной окружности, внутри собственных совсем не стабильных мыслей…
К вечеру поднялся ветер, а где-то ещё через час, в стёкла застучали капли дождя.
Тошка отложил книгу и принялся ждать…
В соседней комнате закряхтел папа. Сказал, что от скрюченной позы, в которой он весь день просидел под крыльцом, у него, такое ощущение, растёт спинной плавник… Мама тут же парировала, что не сидеть нужно было, а дело делать! Обозвала противной стерлядкой… Папа ничего не ответил и лишь обиженно зазвенел своими бутылками…
Тошка смотрел в потемневшее окно и ждал…
Где-то там, за пеленой дождя в темноте, противное существо открыло нарисованные глаза и неудобно заворочалось на своём шесте… Засучило трёхпалыми конечностями и соскочило вниз… Здесь принюхалось и резко скрылось во тьме!..
Тошка вздрогнул. Чего это он? Снова за прерванные игры?..
Страхи решительно возвращались… В прочем, так и должно быть: ведь в темноте им самое место!
В окно постучали… С той стороны!
Тошка дёрнулся назад и в ужасе спрятался за книжкой…
Снова постучали… Правда, не настойчиво, а так, слегка, будто стараясь лишь припугнуть. Предварительно… Чтобы потом было интереснее играть в смерть!
Вошла мама. Смерила трясущегося Тошку недружелюбным взором и заявила, что час пробил! Пусть и раньше назначенного срока — всему виной дождь, — но лишний час, думается, Тошку особо не устроит… Так что хватит строить глупые рожи — пора за дело!.. А то и так полдня проносился невесть где. Даже страшно вспоминать, во что превратились рюкзак и одежда!..
Тошка пожал плечами: мол, бывает, чего уж там… Потом вспомнил про затаившийся под окном ужас и сказал маме.
Мама хмыкнула и покачала головой. Затем глубоко вздохнула и подошла к окну…
Тошке показалось, что с той стороны мелькнула стремительная тень!..
Нет. Это тень от маминой фигуры… легла на тёмное стекло, сгустив краски.
Мама наклонилась и напоказ постучала пальцем по подоконнику. Спросила, кто там желает потревожить их покой. Затем выпрямилась и обернулась к Тошке. Поинтересовалась, что у того ещё осталось в репертуаре.