Страница 21 из 83
Света снова хмыкнула, но Тошка поспешил её успокоить — ничего страшного или неприятного внутри металлических исполинов вовсе нет! Боле того, кто-то предусмотрительный даже натаскал туда старого тряпья и соломы… Вполне возможно, предпочитал отдыхать вместо работы! Сейчас это будет как нельзя кстати! Всё-таки сидеть им неизвестно сколько, а так, они хотя бы проведут время с комфортом!
Света что-то заявила на счёт «сомнительного комфорта», но спорить не стала — действительно, лучшего места просто не найти!
Тошка был рад. Наконец-то он предложил что-то путное, а не сморозил очередную нелепость.
Он выскочил из-за стеллажей и, пригибаясь, заскользил в нужном направлении. Света сопела сзади.
Добрались без приключений.
Тошка, дрессированной мышью, скакнул в широкий раструб, окунувшись в ароматы прелости и ржавчины… Он на секунду замер, ожидая, пока глаза не привыкнут к царящему вокруг полумраку. Сзади налетела Света. Дети звонко стукнулись лбами и обиженно расползлись по разным углам. Тошка просто злобно сопел, потирая шишку. Света посоветовала, в следующий раз, изобразить нечто подобное, при выходе из автобуса: взять и так вот замереть! Можно услышать о себе настоящую правду!.. Тошка расстроился, но в ответ ничего не сказал. Ещё бы, он проделывал НЕЧТО ПОДОБНОЕ!.. Только не с автобусом, а на железнодорожном вокзале…
Свете просто было больно, вот она на него и накинулась… В этом нет ничего такого.
И правда уже через пару минут Света перестала дуться. Она подползла к Тошке, обдав его горячим дыханием, и ткнула носом в лоб. Тошка ничего не сказал — и так понятно, что это значило примирение. Он лишь довольно шмыгнул носом и пополз вперёд по изгибающемуся кожуху.
В центральной части, где некогда располагался вращающийся барабан, Тошка поднялся во весь рост и указал Свете на подстилку. Девочка загадочно улыбнулась и осмотрелась. Кожух был придвинут лицевой частью к стене, в результате чего его центральное отверстие было недоступно для посторонних глаз — внутри можно было делать что угодно, не опасаясь быть обнаруженными!
Света прошептала свои мысли, на что Тошка весь напыжился.
Да, место что надо, — и это именно он его нашёл!
Затем они уселись рядышком и принялись молча ждать.
Тошка расстегнул курточку и накинул её Свете на плечики, так что та оказалась под его рукой, как под крылышком. Девочка не возражала.
28
Тошка кое-как выбрался на крутой берег и снова уставился на странные следы, змейкой уползавшие к сточной трубе. Потом развернулся и нехотя зашагал в сторону соседнего участка. У ограды замер и посмотрел на спёкшуюся после талой воды землю… То же самое. По соседскому огороду бродил огроменный страус или…
Вот на счёт ИЛИ, думать даже не хотелось!
А страусы в их местах вроде как не водятся. Если только кто из ОЛИГАРХОВ решил развлечь себя подобным образом — выписав из Австралии экзотическую птицу?.. Тогда чего она тут делает, вдали от цивилизации? Может просто сбежала и бродит в поисках еды? Или…
Снова — ИЛИ!!!
Тошка понимал, что это вовсе никакой и не страус — это ОНО! Страшное существо из БОМБОУБЕЖИЩА! Только вот как оно сумело выбраться? И почему объявилось именно здесь? Недавние догадки снова пригвоздили Тошку к месту, так что он даже чуть не упал — вцепился побелевшими пальчиками в сырую изгородь, вновь и вновь жмурясь, в надежде, что страшные следы пропадут и всё станет как прежде!
Но следы упорно не пропадали!
А как прежде?.. Так не будет уже никогда.
Не понимая, что делает, Тошка перемахнул через хлипкую оградку и чуть было не увяз в хлюпающей жиже. Кое-как вырвался, вылез на подсушенную солнышком почву, осмотрелся ещё раз.
Кругом страшные следы, будто тварь специально топталась на месте или же за кем-то гонялась…
Тошка почувствовал холод. Вернее не холод, а какое-то оледенение всего организма, распространяющееся не снаружи, а изнутри! Он понял, что здесь что-то произошло.
Плохое.
Тошка в очередной раз оглянулся и бросил взор туда, где, по его мнению, должна была располагаться сточная труба под насыпью!.. Ничего. Затем проглотил страх и направился к домику.
Ноги не шли — приходилось их заставлять. В голове переваривалась каша — воткни ложку, так бы колом и стала! Отсюда и никаких мыслей, будто и они увязли, как совсем недавно увяз сам Тошка… Тока не в грязи, а в самом настоящей жути!
Где-то на полпути к дому он замер. На земле валялся огроменный шест… Вокруг снова трёхпалые следы… И следы от человеческих ног… Маленькие.
Скорее всего, бегал ребёнок!..
Тошка сжался в трепещущий комок.
Что же тут случилось?.. Тварь ждала его, но, не дождавшись, накинулась на первого встречного? Случайно подвернувшегося мальчишку или девчонку?.. Оголодала? Или просто жить без этого не может?..
А может кто натравил?
Тошка замотал головой. Бред. Самый настоящий бред! И в первую очередь потому, что он сам уже целиком и полностью верит в существование НЕВЕСТЬ ЧЕГО!.. Да так, что уже пытается разобраться в ЕГО чувствах и мотивах… Всё необходимо остановить!.. БЫЛО!.. Причём значительно раньше!
Ещё по осени. Чтобы сейчас не верить в бред и не кормить с руки ужас!
Тошка снова засеменил к дому, попутно, оглядываясь, будто отошедшая ото сна полёвка, опасаясь, что сзади налетит изголодавшийся хищник! Так оно и было. А сзади и впрямь могло ЧТО-ТО налететь… на то ОНО тут и объявилось!
Чтобы схватить и утащить! В трубу. В темень. В Вечность!
Тошка с разбегу врезался в стену домика, отчего тот даже затрясся! Тошка тут же отскочил назад и уставился на хлипкую конструкцию, которая, казалось, вот-вот развалится или просто опрокинется, как киношная декорация.
Похоже, их папа не знал слова ИЗВРАЩЕНИЕ, потому что так решительно воплотил ЕГО вот в этом своём творчестве.
Тошка присвистнул, но домик устоял — так лишь, слегка подрагивал, будто не очень доверял прискакавшему невесть откуда Тошке.
А может чего боялся? Тошка вон тоже в постоянной трясучке! Сказать, что он боится — это ничего не сказать!
Это был даже не домик, а обыкновенная беседка. Правда, к ней подходили провода, отчего помещение выглядело явно жилым… По крайней мере, на первый взгляд. Фанерные стены, высокая крыша, прямоугольные окна, с задёрнутыми шторками… Стекло в одном окне разбито… Наверно, хулиганы…
Тошка помнил, у них тоже однажды вынесли стекло… а потом вынесли и то, что зимовало внутри! Папа назвал это МАРОДЁРСТВОМ. А мама — ИМБИЦИЛЬСТВОМ, потому что людям больше занять себя нечем!
Тошка дёрнулся к крылечку, но тут же замер. На ступеньках следы… трёхпалые, как и везде. Вернее даже не следы, а отпечатки грязи… Может ему просто кажется?
Тошка преодолел страх и двинулся дальше. Нет, не кажется. Самое ОНО — особенно когда ближе подходишь! И дверь заперта. Изнутри. Здесь явно кто-то прятался… а может и до сих пор прячется!..
А может и тварь тоже тут?!
Тошка отшатнулся в сторону и с трудом устоял на ногах. Кто сказал, что тварь в трубе? Может она вылезла, посидела на своём шесте, встретила Тошку, убедилась, что тот никуда не денется и поползла кормиться… Как и он сам, на скорую руку! А теперь, в отличие от некоторых, ковыряет косточкой в зубах и дремлет… поджидая ночь.
Нет, это всё воображение!.. Уж лучше, когда в голове переваренная каша — по крайней мере, внутрь не лезет всякая бяка!
Тошка помотал головой, приводя чувства в норму, и попытался вспомнить, в какую сторону вели следы… Не помнит!!! Хотя нет, вспомнил! Тут, естественно, не понять — тварь носилась туда-сюда!.. За кем-то… А вот в канаве, следы явно вели от дома!
Тогда откуда же ОНО явилось? Не на скотопоезде же приехало…
Тошка поборол возникшую во всём теле слабость и решительно шагнул к крылечку. Тут опасливо содрогнулся и аккуратно полез по ступенькам, стараясь не наступать на заляпанные грязью доски. На то, что оставляли под собой его собственные ботинки Тошка не обращал внимания, будто те были начищены и сверкали на солнышке… Замер у самой двери и прислушался. Ничего. Только птички где-то на крыше щебечут — приходу весны радуются… Не знают, что вместе с ней явилось и ЧТО-ТО ещё! А может и догадываются, только думать не хотят… Тогда хоть бы предупредили — как в фильмах, взяли б, да и замолчали! В полнейшей тишине, Тошка бы точно задал стрекоча! Причём уже давно, прямо от канавы!