Страница 19 из 23
— Тогда с какой стати тебе вообще на мне жениться? — проговорила она, и слезы подступили к ее глазам. — Ты ведь не хочешь быть рядом со мной и нашим ребенком…
По щеке Луизы покатилась одинокая слеза.
— Луиза, ради бога, зачем плакать? Ты отлично понимаешь, зачем я хочу жениться на тебе. Я не желаю, чтобы мой ребенок был незаконнорожденным.
Луиза сдержала всхлипывания и прижала пальцы к губам. Она чувствовала себя законченной дурой. Люк совсем не любит ее. Но ужаснее всего то, что он не хочет любить их будущего ребенка.
Взявшись за простыню, Луиза заставила себя подняться со стула. Ее сердце болело настолько сильно, что она едва могла дышать.
— Я должна ехать домой, — отчеканила она и поспешила в ванную комнату.
Не успела Луиза сделать и двух шагов, как Люк схватил ее и развернул к себе лицом.
— Что с тобой?
— Не прикасайся ко мне! — рявкнула она, пытаясь за маской злобы прикрыть свое разочарование.
— Хорошо, — произнес он, отдернув от нее руки с таким видом, будто дотронулся до открытого пламени. — Я не стану прикасаться к тебе, если ты скажешь, отчего так расстроилась. Неужели ты не понимаешь, что я предложил лучшее для всех нас решение?
Луиза вытерла слезы со щек, не желая, чтобы Люк видел ее слабость. В конце концов, у нее тоже есть гордость.
— Почему ты спал со мной, Люк? Ответь мне.
Он нахмурился:
— Ты отлично знаешь, почему.
— Вообще-то нет, — она плотнее обернула вокруг себя простыню, стянула ее туже и свела колени, чтобы унять дрожь в ногах. — Ты считал меня очень соблазнительной? Или таким способом решил убедить меня принять твое своеобразное предложение стать твоей женой?
— Я не понимаю, что ты имеешь в виду, — жестко сказал он, и в его взгляде промелькнула угроза. — Наш брак соединит нас с тобой юридически, — взяв девушку за руку, он притянул ее к себе. — И я намерен воспользоваться всеми правами супруга.
Луиза отстранилась от него.
— О каком супружестве идет речь, если мы даже не любим друг друга?! У нас нет совместного будущего.
Какое-то мгновение Люк выглядел так, будто получил пощечину, но затем тихо рассмеялся.
— Кому нужна эта твоя любовь? — спросил он с таким равнодушным взглядом, что Луиза вздрогнула. — Мы сейчас обсуждаем незапланированную беременность, а также двух людей, которых страстно влечет друг к другу. Ни мне, ни тебе не нужна любовь.
Луиза потерла свои плечи ладонями, чувствуя, что замерзает. Все ее надежды и мечты пошли прахом…
— К сожалению, в этом ты ошибаешься. Мне любовь нужна, — по ее щекам снова покатились слезы, но на этот раз она не вытирала их. — Для тебя все происходящее было лишь игрой, так? — прямо спросила Луиза. Все было очевидно. Люк воспользовался ее романтическим настроем, чувствами, а она позволила ему завладеть ее сердцем. На смену злости к Луизе пришли сожаление и жалость. — Ты привык всегда выигрывать, Люк, верно? Жаль, что ты никогда не задумываешься о том, какие средства используешь, чтобы достичь своей цели.
Люк пытался подавить охвативший его страх, когда услышал печаль в голосе Луизы.
— Это неправда, — его голос надломился. Откашлявшись, он продолжил: — Я никогда не говорил, что хочу от тебя чего-то большего, нежели сексуальная близость. Я был с тобой честен.
Говоря это, Люк понимал, что лжет самому себе.
— Ты прав, — сказала Луиза настолько решительно, что он запаниковал сильнее. — Ты ни разу не сказал, что хочешь от меня чего-то большего, нежели секс. Я полагаю, ты играл честно. Но проблема в том, что я перестала играть много дней назад, когда совершила глупую ошибку, влюбившись в тебя.
Люк непроизвольно вздрогнул. Луиза оказалась не первой женщиной, признававшейся ему в любви, однако на этот раз в груди Люка екнуло. Отговорки, которыми он всегда одаривал влюбленных в него женщин, сейчас почему-то не приходили ему на ум. Следовало снова повторить, что любовь для него не важна. Люк был уверен, что сможет прожить без этого чувства. Но в горле Люка словно стоял ком. Он не мог произнести ни слова.
— Знаешь, что самое смешное? — прошептала она. — Ты продолжал играть, еще не зная, что уже выиграл.
Это тихое признание, столь нехарактерное для Луизы, подействовало на него сильнее всего. Он замер и лишь молча смотрел ей вслед. Возможно, сейчас она выглядела глупо, обернутая в простыню, но двигалась с грациозностью и величественностью Клеопатры, поднимающейся на свой корабль. Плечи Луизы были настолько напряжены, что резко контрастировали с мягкими контурами ее спины.
— Я вызову такси, которое отвезет меня на железнодорожную станцию, — сказала она, не оборачиваясь. — Будет лучше, если мы больше не увидимся.
Услышав, как Луиза поворачивает ключ в двери ванной комнаты, Люк запаниковал. Звук закрываемого замка пробудил в нем воспоминание, вызвав в душе чувство отчаяния. Люк сделал пару неуверенных шагов в сторону ванной. Он понимал, что не должен отпускать Луизу. Он хотел, чтобы она осталась. Однако внезапно нахлынувшие, самые отвратительные воспоминания из детства заставили Люка замереть на месте.
…Вот он сидит, испуганный и молчаливый, в кабинете Бервика, поджав ноги, а по его спине течет пот. Про себя он умоляет Бервика относиться к нему помягче.
— Смотри на меня, парень!
Услышав этот окрик, Люк резко поворачивает голову и видит холодные, серые глаза отца…
Люк отмахнулся от воспоминаний, решив не поддаваться печальному настроению. Нахлынувшая злость переросла в душевную боль. Как Луиза осмелилась так поступить с ним?! Зачем она заставила его чувствовать то, о чем хотелось забыть? Ведь она требует от него того, что ему не нужно.
Пронесшись по комнате, он подскочил к двери ванной комнаты и ударил в нее кулаком.
— Ты никуда не уедешь! — прокричал он через дверь. Ответа не последовало. — Я дам тебе время на то, чтобы одеться. Приходи в мой кабинет, где мы все обсудим.
Конечно, он не имеет никакого права противостоять Луизе. Теперь каждый его поступок грозит тяжелыми последствиями. Но она просила его о том, чего он не мог дать ей. И Люк не был в этом виноват. И всему виной сама Луиза, ведь именно она затеяла всю эту возню с чувствами!
А это означало, что смириться со сложившейся ситуацией придется самой Луизе.
Луиза тяжело опустилась на пол ванной комнаты, слыша удары кулаком в дверь и крики Люка с требованием явиться в его кабинет. Она обхватила ладонями колени, понимая, что вернулась сейчас к тому же, с чего начала три месяца назад. Ведь именно тогда она влюбилась в Люка. Но на этот раз Луиза не позволит себе лить из-за него слезы. Она сдержала всхлипывания, слыша, как Люк уходит из комнаты.
Закрыв живот дрожащими руками, она погладила его.
— Не беспокойся, — прошептала она еще не рожденному ребенку. — Пусть он не любит тебя. Я сделаю все от меня зависящее, чтобы моей любви хватило на двоих.
ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
Люк закинул ракетку для сквоша в кабинку и с силой захлопнул ее дверцу.
— Эй, приятель, не принимай близко к сердцу, — спокойно произнес Джек, входя в раздевалку эксклюзивного спортивного клуба Мейфейра. — Ты еще всех их победишь.
Люк подумал, что за прошедшие две недели не выиграл ни одного матча.
— Ты сейчас просто не в лучшей форме, — закончил Джек, сидя на скамейке и расшнуровывая ботинки для сквоша.
Люк вздохнул, чтобы успокоиться, и потер напряженные мускулы шеи. Ему следовало расслабиться. Сейчас он похож на двухгодовалого ребенка, закатившего истерику. Джек еще подумает, что его друг сошел с ума. Люк покраснел, вспомнив свое отвратительное поведение на корте.
— Сегодня я вел себя как скотина, Джек, — сказал он, нацепив на лицо улыбку. — Извини.
Люк снял через голову намокшую от пота футболку и засунул ее в спортивную сумку. Голова у него разболелась, в висках стучало.