Страница 79 из 105
«Нужно встретиться с Полом, — вдруг мелькнуло у нее в голове. — Они закрыли меня в этом роскошном отеле, еще и сторожевого пса приставили, но больше всего я обязана Полу…»
«А так ли это? — зашептал едва слышный голос где-то в дальнем закутке сознания. — Разве Пол Дарк сделал что-нибудь, что расходилось бы с интересами «Наблюдателя»? Честно говоря, Фаберже сделал для тебя куда больше, чем Дарк: он дал тебе красоту».
«Но я же люблю Пола, — убеждала себя она. — Если бы не он, я бы никогда не узнала об этом опыте и не стала бы красавицей. Если он захочет, я буду принадлежать ему».
«Ты ему не нужна, — не утихал едва слышный голос. — Ему нужен только сенсационный репортаж с фотографиями. Единственное, что ты можешь от него ждать, — платы за шпионские услуги. Вот и все. Ты просто шпионка, нанятая за деньги, чтобы предать людей, изменивших твою жизнь…»
Мэри отогнала от себя все сомнения и сосредоточилась на том, что происходило вокруг. С одной стороны рядом с ней сидел Уиллерби, с другой — Фаберже. Уиллерби с едва заметным северным акцентом говорил:
— Очень рад познакомиться с вами, мисс Смайт. Вы даже красивее, чем мне говорили.
— Благодарю, — тихо ответила она, улыбаясь детективу.
Фаберже неодобрительно нахмурил брови и сказал:
— Обязанности мистера Уиллерби состоят в том, чтобы не допускать к вам надоедливых посетителей и везде сопровождать вас. Он будет как бы связующим звеном между вами и окружающим миром.
— Понимаю, — произнесла Мэри.
— Что же касается служащих «Черил», — добавил Фаберже, — здесь он не станет вмешиваться, поскольку четко знает границы своих полномочий.
Мэри ничего не сказала, только обменялась с Уиллерби красноречивым взглядом. Она уже почувствовала — он на ее стороне.
— Моя комната рядом с вашим номером, — сообщил Уиллерби, — и ваш телефон соединен с моим, так что я могу перехватить все звонки, если кто-то будет вам звонить.
— А если буду звонить я? — поинтересовалась Мэри.
— В принципе — тоже, но я уверен, мисс Смайт, такой необходимости не возникнет. Хотел бы надеяться, что вы не будете скрывать от меня свои намерения.
Она кивнула головой.
— В таком случае, никаких осложнений не произойдет, — сказал он.
Мэри повернулась к Фаберже.
— Мы снимаем квартиру с подругой, — начала объяснять она. — Надо бы позвонить ей и обо всем рассказать.
— Разумеется, — охотно согласился Фаберже. — Только, я думаю, лучше не говорить ей о том, где вы остановились, я хотел сказать, не упоминать название отеля. Не забывайте, если она живет с вами, ее тоже могут атаковать репортеры.
— Вы правы, — сказала она. — Я не стану вдаваться в детали, но нужно дать знать о себе, а то она может забеспокоиться и обратиться в полицию.
Услышав слово «полиция», Фаберже поспешно щелкнул пальцами, подзывая официанта, и попросил принести телефон. К ним тут же подкатили аппарат на небольшом никелированном столике, оснащенном колесиками, от которого тянулся длинный шнур к стойке бара. Мэри взяла трубку, лихорадочно обдумывая, что делать. Конечно, телефона у нее дома не было (ни она, ни Пенелопа не могли позволить себе подобной роскоши), но это была последняя возможность связаться с Полом Дарком, прежде чем Уиллерби приступит к своим обязанностям. Во всяком случае, вряд ли она возбудит серьезное подозрение, если позвонит в присутствии самого Фаберже.
Она набрала номер квартиры Дарка, закрывая рукой диск, чтобы ни Уиллерби, ни Фаберже не смогли заметить цифры. Затем крепко прижала трубку к уху.
Когда в трубке раздался знакомый голос Дарка, внутри у Мэри что-то задрожало. Решив застраховаться, на случай, если Уиллерби или Фаберже услышат мужской голос, она сказала:
— Алло! Это Мэри Стенз. Скажите пожалуйста, Пенелопа дома?
В голосе Дарка звучало удивление:
— А с чего бы это вдруг здесь должна быть Пенелопа?
— Тогда не могли бы вы передать ей несколько слов?
— Мэри, что случилось? — спросил Дарк.
— Скажите ей, что меня несколько недель не будет дома. Я уезжаю с друзьями. Если ее будут расспрашивать, никому ни слова.
— Откуда вы говорите? — допытывался Дарк.
— Я не могу сказать, где я, но у меня все в порядке. Время от времени я ей буду звонить. До свидания.
Она положила трубку, и официант забрал телефон.
— С кем вы говорили? — полюбопытствовал Фаберже.
— Друг Пенелопы. У него есть ключ от квартиры. Сама она еще не пришла.
Фаберже это объяснение, видимо, удовлетворило, однако Уиллерби бросил быстрый взгляд на нее, и в его глазах промелькнул насмешливый огонек. Это удивило и встревожило Мэри.
Фаберже беспокойно завозился на стуле.
— Я хотел бы воспользоваться случаем и показать вам ваш номер, — сказал он. — Если мистер Уиллерби не возражает, — он властно посмотрел на детектива, — мы на часок оставим его здесь.
— Хорошо, — согласилась Мэри.
Фаберже повел ее к лифту, и они поднялись на десятый этаж.
Номер поразил ее, особенно роскошная, громадная ванная, такой Мэри еще никогда не доводилось видеть. Из окон спальни открывалась великолепная панорама Вест-Энда с мерцающими огнями Пикадилли вдали. Телефон, как выяснила Мэри, бездействовал: звонить можно было через комнату Уиллерби. Она радовалась, что успела позвонить Дарку, хотя и не могла подробно сообщить ему обо всем; однако теперь он, по крайней мере, знает, что ее забрали из дома и держат под надзором. А уж «Наблюдатель», конечно, найдет способ разыскать ее, и как можно быстрее.
А тем временем нужно было защищаться от Фаберже. Как она и ожидала, тот не замедлил перейти в заранее запланированное наступление, но вел себя скорее предупредительно, чем агрессивно. В частности, он выразил надежду, что сейчас, когда они на часок остались наедине, ему выпадет Счастье своими глазами увидеть всю красоту, которую мисс Смайт получила благодаря ему. И если, так сказать, мисс Смайт окажет ему любезность и разденется… Нет, он не станет кривить душой: это совсем не чисто эстетический интерес, и если уж на то пошло, его намерения отнюдь не невинны, но они взрослые люди, а он никогда не мог устоять перед женской красотой. Мисс Смайт может доставить ему безмерное наслаждение, а он, в свою очередь, может немало дать ей, как наличными, так и в виде всяких мелочей: мехов, драгоценностей и даже роскошных лимузинов. Мэри вежливо поблагодарила, но решительно отклонила его предложение. Фаберже попросил ее хорошенько все обдумать, и она пообещала, что так и сделает. Он, казалось, остался совершенно доволен таким соглашением, совсем как шахматист, успешно начавший партию и со снисходительной улыбкой ожидающий безоговорочной капитуляции противника.
Он отвел Мэри обратно в бар, где их ожидал Уиллерби, и тут же откланялся. Оставшись наедине с детективом, она почувствовала неловкость, но он вел себя приветливо и дружелюбно.
— Не беспокойтесь, мисс Смайт, — успокаивающе произнес детектив. — Мое дело присматривать за вами и служить барьером между вами и прессой. Я не выдам вашей маленькой тайны.
— Тайны? — растерянно переспросила она.
— Ну да. Я уже успел побывать в вашей квартире в Саут-Кенсингтоне и поговорить с вашей подругой Пенелопой. Так что хорошо знаю — телефона у вас нет.
Мэри беспокойно взглянула на него и ничего не сказала.
— Ничего не поделаешь, такая уж у меня работа, — продолжал Уиллерби, — собирать мелкие факты и складывать их воедино. Но мне совсем не обязательно докладывать клиенту обо всем, что я узнал. Клиент получает то, за что платит деньги, не больше и не меньше.
— Что же вы еще узнали? — тихо спросила она.
— Ничего особенного. Лишь то, что вы набрали номер В–42–44. Существует способ определять телефонный номер по щелчкам диска.
Сердце Мэри тоскливо сжалось. Сейчас она видела под вежливой, приветливой маской Уиллерби лицо хитрого и коварного врага, но не могла разгадать его тактику.
— Почему же вы не доложили об этом мистеру Фаберже? — спросила она.