Невеста насилия

— Постарайся припомнить еще что-нибудь.

— Вспомнила! Перед самым отъездом Неарко подозвал Кармине, они о чем-то переговорили вполголоса. Потом Руссо подошел к машине и сказал Дадли, чтобы уезжали без него.

— Идиот! — сквозь зубы процедил Фрэнк.

— Сэр, — осмелилась заметить Нэнси, — может, если бы началась перестрелка, все обернулось бы совсем плохо.

Лателла решил, что Нэнси, пожалуй, права.

— Ты умная и сообразительная девочка!

Перебирая в уме все возможные варианты, Фрэнк подумал, не рассчитывали ли похитители на отсутствие Кармине Руссо. Но если его догадка верна, значит, кто-то предал. Такое уже случилось с Тони Кроче, но на этот раз дела обстояли куда серьезней. Ла Манна что-то пронюхал; похоже, всплыла наружу тайна Атлантик-Сити. Но о ней знали лишь сам Фрэнк и Неарко.

Нэнси понемногу успокоилась.

— Что происходит, сэр? — спросила она. — Почему похитили Джуниора?

Фрэнк с улыбкой склонился к ней.

— Мальчика похитили из-за денег, — произнес он, словно стараясь убедить в этом самого себя, — только из-за денег. Это страшно, но, поверь мне, борясь за деньги и за власть, люди совершают отвратительные вещи.

Лателле очень хотелось доверительно поговорить с Нэнси: она, пожалуй, единственная, кто его сейчас понял бы. К тому же, разговаривая с девушкой, Фрэнку легче было докопаться до сути случившегося.

— Джуниор в обмен на деньги, — задумчиво произнесла Нэнси.

— Если сформулировать кратко, то именно так.

— Однако семья Кинничи очень богата.

— Денег и власти никогда не бывает слишком много.

— Но почему его похитили сейчас, а не год назад? Или, скажем, через год?

Фрэнк провел ладонью по лицу.

— Умный вопрос, — заметил он. — Ты спрашиваешь, почему сейчас? И я отвечу: Джо Ла Манна давно занимается наркотиками, грязный бизнес, я в него не встреваю. Но наркотиков ему мало. Есть еще один лакомый кусок среди его дел, и вот тут наши с ним интересы схлестнулись. Думаю, потому и похитили Джуниора.

Лателла правильно установил причину похищения, но не хотел признаваться Нэнси, что именно он, Фрэнк Лателла, вторгся на территорию Ла Манна. Взяв под свой контроль гостиницы и казино Атлантик-Сити, он нарушил договоренности. Однако подобное нарушение не могло служить оправданием для похищения ребенка.

— Теперь речь идет о жизни Джуниора, — произнесла Нэнси. — Что мы будем делать?.. Что вы будете делать, сэр?

— Ни один волос не должен упасть с головы мальчика.

Фрэнк чувствовал признательность к Нэнси за то, что она разделяла его тревогу.

— Жизнь моего внука бесценна. Она стоит много больше всего моего состояния. Я дам Ла Манна то, что он хочет. Я отдам ему свою жизнь в обмен на жизнь Джуниора.

— Мы уступим без борьбы? — спросила Нэнси.

— Если дело проиграно, не стоит бороться. Есть время побед, а есть и время поражений. Одно дается, другое отнимается, — вздохнул старик. — Ну, пошли вниз. Надо сказать Сандре и Дорис. Только осторожно…

21

— Итак, давай еще раз с начала! — велел Фрэнк. Сведения, сообщенные ему Неарко, кое-что прояснили, но полной картины у старика пока не сложилось.

Отец и сын сидели в кабинете старика, на первом этаже. Сандра поднялась наверх с врачом. Пришлось срочно вызвать доктора для Дорис: с ней случился припадок истерии, она металась по постели, как одержимая, выкрикивая имя сына. Неарко уже обзвонил доверенных людей, вызвав их в Гринвич.

— Я уже рассказал, что знаю, — резко ответил Неарко.

Отец по тону понял — сын что-то скрывает.

— Импульсивность — твое слабое место, — произнес Фрэнк, обращаясь к сыну, как к мальчику. — Если в сорок лет ты не научился размышлять, боюсь, уже и не научишься. Это серьезный недостаток, но сейчас речь не о тебе. Займемся главным: мы должны как можно скорее вернуть Джуниора. Мне нужно знать, что у тебя с той женщиной, твоей содержанкой с Мэдисон-авеню. И еще я хочу услышать телефонный разговор с Джимми Марроном, слово в слово.

Старик говорил спокойно, но тон его не допускал никаких возражений, никаких увиливаний. Он стоял под портретом внука и нервно перебирал пальцами часовую цепочку. Фрэнк снова чувствовал тошноту и усталость.

Он с неослабным вниманием выслушал рассказ сына. Неарко чувствовал себя, как мальчишка, вынужденный сознаваться в опасных шалостях. Он пытался не то чтобы лгать, но слегка приукрасить правду. В результате, на ум ему приходили самые неподходящие слова, и рассказ Неарко, как карточный домик, рассыпался бы от малейшего порыва ветра. Попытка приуменьшить опасные последствия своих ошибок не удалась. Неарко признался, что пару раз ездил с Брендой на уик-энд в Атлантик-Сити.

— Я хотел посмотреть лично, как работают казино, — оправдывался он.

— И не нашел ничего лучшего, как отправиться туда с женщиной. С твоей содержанкой, которую к тому же трудно не заметить, — усмехнулся отец.

— Да там полно таких, заметных, как ты говоришь, женщин. А кто увидит дерево в лесу? На нее никто и внимания не обратил.

— Ты не только несдержан, но еще невнимателен и необязателен, — заметил Фрэнк, но тут же сменил тему: — Где вы ночевали?

— В доме у приятеля…

— У какого приятеля?

— У Джемса Эверетта, депутата.

— Час от часу не легче… а потом?

Неарко провел рукой по лбу, и ладонь стала липкой от пота.

— В субботу мы пообедали в ресторане казино, потом танцевали, посмотрели концерт и играли в рулетку.

— И, конечно, вы выиграли. В такой ситуации проиграть невозможно.

— Я так и сказал Бренде, а то она расстроилась, много проиграв, — ответил Неарко, угодив в расставленную отцом ловушку.

— Конечно, вы же ничего не теряли, проигрывая, — заметил Фрэнк.

— Конечно, ну я ей и объяснил…

— Как объяснил? — спросил отец.

Голос старика чуть дрожал.

— Объяснил, что не стоит волноваться. Она чуть не плакала, я хотел ее утешить…

— Вспомни точно слова, — потребовал Фрэнк.

Неарко понял, что отец загнал его в угол и теперь ему не выкрутиться.

— Я сказал, — чуть слышно произнес Неарко, — деньги все равно останутся в семье…

— Куда уж ясней! Ты ей сказал, что не стоит волноваться. Деньги из одного нашего кармана перейдут в другой, тоже наш. Короче, ты признался, что комплекс в Атлантик-Сити контролируем мы. Вот что ты сказал!

Неарко поразило то, что отец оставался совершенно спокоен. Сын попытался выкрутиться:

— Может, она не обратила на мои слова внимания, — неуверенно проговорил Неарко.

— Вот слово «может» мне очень не нравится. Именно из-за такого слова часто происходят неприятности. А ты, хотя и догадывался о том, что натворил, не нашел ничего лучшего, как вышвырнуть твою содержанку, словно старый ботинок.

— Она хотела, чтобы я на ней женился, — оправдывался Неарко.

Фрэнк опустился в широкое бархатное кресло и знаком велел сыну сесть напротив, в такое же кресло.

— Понимаю, понимаю… — произнес он, наблюдая, как Неарко пытается зажечь сигарету не с того конца.

Неарко отбросил одну сигарету и, закашлявшись, затянулся второй. А отец совершенно бесстрастно продолжал:

— Видишь ли, сынок, у меня никогда не было любовниц. Для тебя это странно, но я всегда хранил верность твоей матери. Однако я знаю множество мужчин, что вполне достойно ведут себя с подружками. Например, солидная сумма, врученная вовремя, могла бы смягчить горечь разлуки.

— Да она хотела выйти за меня замуж, и все! — возразил сын.

— Ты позволил ей надеяться на замужество! — оборвал его Фрэнк. — Я очень верил в тебя, слишком верил. Когда твоя Бренда вышла за сына Джо Ла Манна, я подумал, что Джо просто купил для своего парализованного парня новую игрушку. Ни о чем другом я думать не хотел.

— Так ты все знал про Бренду? — удивился Неарко.

— Конечно, и не только я…

— Но ты мне никогда ничего не говорил.

— Зато ты слишком много наговорил, в том числе и то, что эта мадам запродала семейству Ла Манна.