Страница 80 из 89
В 11:58 контр–адмирал Бей передал эсминцам приказ:
«Действуйте против квадрата 6365!»
Это был приказ, основанный на данных капитан–лейтенанта Любсена,— атаковать конвой.
Получив приказ, капитан первого ранга Иоганнессон в 12:17 повернул эсминец «Z–29» на курс двести восемьдесят градусов и увеличил скорость. Всем остальным эсминцам визуально и радиосигналами было приказано следовать за командиром флотилии в атаку.
VI
Темная полярная ночь сменилась унылым серым рассветом. Шторм и снежная буря усилились. На «Шарнхорсте» все боевые посты были в состоянии полной боеготовности.
Контр–адмирал Бей находился на мостике линкора, кутаясь в меховую куртку с поднятым воротником. Рядом с ним стоял капитан первого ранга Гинце, держа руки в карманах своего мехового реглана. Корабль, идущий бортом к волне, сильно раскачивало. Старший артиллерийский офицер капитан третьего ранга Бреденбрюкер не отходил от дальномера главного поста управления огнем.
Вскоре после 11:00 штурманский офицер появился на мостике, протянув командиру бланк радиограммы:
— Рапорт с разведывательного самолета, господин капитан первого ранга.
Гинце вытащил одну руку из кармана реглана и взял бланк.
— Замечательно,— сказал он.— Как они умудряются летать в такую погоду?
Прочтя текст, командир линкора озабоченно нахмурился и повернулся к адмиралу:
— Не слишком хорошие новости, герр адмирал. Посмотрите.
Контр–адмирал Бей взял радиограмму. Ее содержание действительно было достаточно тревожным. Далеко в море, северо–западнее Нордкапа, примерно в ста пятидесяти милях западнее «Шарнхорста» были обнаружены пять боевых кораблей.
— Пойдемте посмотрим, где они точно находятся, — сказал адмирал, направляясь в штурманскую рубку.
Старший штурман линкора капитан третьего ранга Ланц уже отметил это место на карте, указав на него карандашом:
— Вот эта точка, господин адмирал.
Контр–адмирал Бей взглянул на карту.
— Я считаю,— заявил он,— что это может быть только какое–то новое оперативное соединение противника: один или два тяжелых корабля с обычным охранением.
Адмирал замолчал, молчали и все остальные, ожидая, что скажет командующий. Долгие годы командования эсминцами приучили адмирала к принятию быстрых решений. Еще раз взглянув на карту, контр–адмирал Бей сказал командиру линкора:
— Продолжайте следовать прежним курсом, Гинце. Мы непременно должны достать этот проклятый конвой!
Капитан первого ранга Гинце приложил руку к козырьку фуражки:
— Яволь, герр адмирал!
Адмирал вытащил из кармана куртки пачку сигарет, одну из них взял сам и предложил командиру. Главстаршина Юргенс, скромно стоявший у переборки, протянул адмиралу горящую зажигалку. Командующий жадно затянулся табачным дымом и предложил сигарету Юргенсу. Затем командующий и командир линкора вернулись на мостик.
— Гинце,— сказал адмирал.— Позаботьтесь, чтобы на наблюдательных постах стояли только первоклассные сигнальщики. Все теперь зависит от них.
— Есть,— ответил капитан первого ранга Гинце, отдавая необходимые распоряжения. Сигнальщикам было приказано усилить наблюдение.
Сигнальный старшина Гедде, бессменно несущий вахту у прожектора левого борта, услышал в своих наушниках голос командира. Было 11:30.
Командир говорил не по корабельной трансляции, а по линии артиллерийской связи:
«Внимание на всех постах. Говорит командир корабля. Сообщение об обстановке. Утром, как и ожидалось, мы вошли в соприкосновение с силами охранения конвоя, состоявшими из трех крейсеров противника. Мы изменили курс и теперь пытаемся достичь конвоя с другой стороны — с севера. Мы нанесли повреждения крейсерам противника, и они отброшены. Люфтваффе передало нам важное сообщение, полученное от воздушной разведки. Английское оперативное соединение, состоящее из тяжелых кораблей, обнаружено в ста пятидесяти милях к западу от нас. Повторяю — в ста пятидесяти милях к западу. Оно еще далеко от нас, и мы продолжаем пробиваться к конвою. Конец сообщения».
Гедде кивнул головой. Он был доволен. Ему нравилась манера командира корабля всегда держать подчиненных в курсе обстановки. Это было далеко не общим правилом, насколько ему известно от моряков, служивших на других кораблях…
Вскоре Гедде услышал, как с кормового радиолокационного поста снова доложили о контакте с противником. Взвыла сирена, призывая на всех боевых постах к вниманию.
В 12:21 Гедде показалось, что справа и слева по носу он видит какие–то тени. Вскоре он убедился, что это ему не кажется, и доложил:
— Справа и слева по носу три тени!
В наушниках сигнальный старшина слышал аналогичные доклады, поступающие с других постов. С центрального поста управления огнем поступили команды в башни главного калибра. В этот момент далекие тени засверкали вспышками орудийных выстрелов. В воздухе над «Шарнхорстом» прозвучали глухие взрывы, и яркий желтый свет внезапно озарил линкор, на мгновение ослепив Гедде.
Три или четыре желто–белых солнца зависли над «Шарнхорстом», освещая своими лучами его палубу и надстройки. В ослепительном свете сквозь снежный заряд стали видны крыши трехорудийных башен, длинные стволы орудий, ярусы мостиков и массивная дымовая труба «Шарнхорста». Противник снова открыл огонь осветительными снарядами, и почти одновременно огромные столбы воды поднялись над морем очень близко от линкора.
Через мгновение обе носовых башни главного калибра «Шарнхорста» открыли огонь по кораблям противника, находящимся с правого борта. Бой возобновился. Стоя на открытом мостике, контр–адмирал Бей наблюдал за огнем противника. Командир и старший артиллерист находились в боевой рубке. Адмирал подошел к открытой двери боевой рубки и приказал командиру:
— Поворачивайте влево! Выходим из–под обстрела!
— Яволь, герр адмирал! — отрапортовал Гинце и отдал приказ:
— Лево на борт полный вперед. Новый курс сто тридцать пять. Старший артиллерист, руль положен лево на борт!
Быстро набирая скорость, «Шарнхорст», тяжело кренясь на правый борт, развернулся на восточный курс, введя тем самым в бой кормовую башню главного калибра на втором и третьем залпах. Два залпа успели произвести и 150–миллиметровые орудия, управляемые вторым артиллеристом капитан–лейтенантом Витингом.
Главстаршина Гедде видел, как после третьего или четвертого залпа сильный пожар вспыхнул на одном из британских кораблей, чей силуэт теперь был ясно виден. На другом английском крейсере также наблюдался сильный пожар в носовой части. Над кораблем поднимался столб черного дыма.
Капитан третьего ранга Бреденбрюкер успел объявить между залпами о попаданиях в корабли противника, а затем 11–дюймовые орудия «Шарнхорста» произвели следующий залп. Столбы воды, поднимаемые снарядами «Шарнхорста», вздымались выше мачт английских крейсеров. Гедде отметил, что почти каждый залп «Шарнхорста» по английским крейсерам был накрытием.
«Шарнхорст» тем временем вышел на восточный курс, оставляя английские крейсера слева за кормой и продолжая вести по ним огонь. Гедде показалось, что один из крейсеров противника снова получил попадание в носовую часть, над которой поднялась большая стена пламени. Сигнальный старшина заметил, что огонь противника, казавшийся вначале очень точным, потерял под ответным огнем «Шарнхорста» былую меткость, хотя расстояние на этот раз было гораздо меньшим, чем в предыдущем случае. После двадцати минут боя корабли противника полностью исчезли в пелене снега и дождя.
В 12:41 англичане прекратили огонь. Через четверть часа на «Шарнхорсте» был пробит отбой тревоги и дан приказ доложить о полученных повреждениях. Выяснилось, что в этой стычке линкор попаданий не получил.
Тем временем экипаж пользовался перерывом в бою, чтобы привести корабль в порядок. Собирались или выбрасывались за борт медные футляры для пороховых зарядов. Башни разворачивались под ветер для вентиляции скопившихся там пороховых газов. К орудиям был подан боезапас из погребов.