Страница 74 из 89
— Эй!— крикнул ему лейтенант Маклот.— Куда ты так спешишь? Не убегай от нас, а то мы никогда отсюда не выберемся!
Вообще, оба лейтенанта уже обратили внимание на то, что на корабле все куда–то бежали, как в растревоженном муравейнике. Командиры тральщиков не могли, конечно, понять, что это было обычное состояние людей на линкоре, который готовился к выходу в море.
Спотыкаясь о мешки с картошкой, сложенные в каком–то узком проходе, они добрались, наконец, до радиорубки, где их встретил офицер связи капитан–лейтенант Бэр. Здесь снова не было повода для долгих разговоров. Командиры тральщиков были опытными офицерами и дело свое знали хорошо. Им уже приходилось бессчетное количество раз водить за тралами линкоры, крейсера, эсминцы и небольшие конвои. Они делали это и в Северном море, и в Ла–Манше, и в водах от Скудеснеса до Норд–Капа (Нордкапа). Им приходилось проводить корабли в Нарвик, Тромсе, Хаммерфест, в Киркенес и Петсамо под носом у русских береговых батарей на полуострове Рыбачий, прикрывшись дымовыми завесами…
— Как будем держать связь? — поинтересовался Маклот.
— Конечно, по радиотелефону. Голосом,— ответил Бэр.
Еще несколько вопросов и ответов, и инструктаж закончился.
Когда командиры тральщиков покинули радиорубку, то с удовлетворением отметили, что рассыльный ждет их за дверью, чтобы указать путь из этого лабиринта на верхнюю палубу. Они никого не знали на борту «Шарнхорста», и никто в этой суматохе, разумеется, даже не подумал пригласить их в кают–компанию и чем–нибудь угостить, что неизбежно при нормальных обстоятельствах.
Пробыв на борту линкора чуть более получаса, оба командира были рады вернуться на свои маленькие кораблики, где в их крошечных каютах вестовые подали им ужин с рюмкой благословенного шнапса…
В течение двух часов, с 17:00 до 19:00, тральщики, не получая никаких приказов, стояли у борта линкора. Младший лейтенант Хаус читал, лежа на своей койке и наслаждаясь неожиданным отдыхом. Отдых был прерван докладом сигнальщика.
— Господин лейтенант, к «Шарнхорсту» подходит R–121 с какими–то людьми на борту.
Младший лейтенант выскочил на мостик.
— Что это за люди? Откуда они?
— Не знаю, герр лейтенант,— ответил сигнальщик.— Говорят, что среди них лоцман и синоптик.
— Странно,— протянул Хаус.— Впрочем, какое нам до этого дело? — и снова ушел в каюту.
В действительности, R–121 под командованием кондуктора Хорста Штобка доставил с «Тирпица» на «Шарнхорст» адмирала и его штаб. Но младший лейтенант Хаус узнает об этом только через восемь лет…
Хаус даже успел немного вздремнуть в своей каюте, когда голос с «Шарнхорста», усиленный рупором, дал команду:
— Тральщикам отойти от борта!
Быстро отдав швартовы, тральщики элегантно и бесшумно, как призраки, отошли от линкора и остановились, ожидая дальнейших приказов.
Через несколько минут к «Шарнхорсту» подошли два небольших буксира. Фиорд был слишком узким, чтобы громадный «Шарнхорст», стоявший носом по ветру, мог самостоятельно развернуться в сторону выхода и пройти под своими машинами через ворота в сетевом заграждении.
В это же время на «Шарнхорсте» по корабельной трансляции был передан приказ всему экипажу построиться на шканцах. Люди выбегали наверх, строясь в шеренги, понимая, что сейчас будет приподнята завеса секретности, и они, наконец, узнают, куда и зачем они идут.
Перед строем появилась высокая фигура капитана второго ранга Доминика. Он служил на «Шарнхорсте» с момента ввода линкора в строй, пройдя путь от командира зенитной батареи до старшего офицера. Он был очень популярен среди матросов, и все, затаив дыхание, ожидали, что скажет старпом.
— От имени командира корабля,— начал свое краткое обращение капитан второго ранга Доминик, — я информирую экипаж корабля…
Офицеры и матросы узнали, что «Шарнхорст» получил приказ атаковать конвой и, если удастся, уничтожить его. Конвой везет оружие на Восточный фронт.
— Мы уничтожим его и облегчим положение наших товарищей, сражающихся на Восточном фронте…
Раздались крики восторга. На мгновение забыв о дисциплине, несколько матросов подняли старпома на плечи и пронесли вдоль строя. Затем все разбежались по своим местам.
Через три минуты (рекордное время!) все боевые посты доложили о готовности к бою. Капитан первого ранга Гинце, выслушав рапорт старпома, приложил руку к козырьку фуражки:
— Для «Шарнхорста» нет ничего невозможного с таким великолепным экипажем, Доминик!
Когда старший офицер отправился на полубак руководить съемкой линкора с якоря, со стороны выхода из фиорда показался моторный катер, едва видимый в темноте. На катере возвращались моряки «Шарнхорста», выделенные для противолодочной обороны подходов к местам стоянки кораблей. Крейсируя у входа в фиорд, они сбрасывали время от времени в воду небольшие глубинные бомбы, чтобы отпугнуть карликовые лодки и подводных диверсантов англичан, если те попытаются проникнуть за сетевое заграждение.
Эта служба неслась постоянно после атаки британских «миджетов» на «Тирпиц». Подрывники, которыми командовал главстаршина Гедде, быстро поднялись на борт «Шарн–хорста», и командир линкора тут же отдал приказ сниматься с якоря. Машинные телеграфы прозвонили готовность, когда буксиры разворачивали огромный корабль носом к выходу. Буксиры были отданы, и вода за кормой линкора забурлила от работающих винтов. «Шарнхорст» начал движение, медленно приближаясь к сетевому заграждению на выходе из Ланг–фиорда. Для командиров тральщиков это было незабываемое зрелище. Длинная изящная тень огромного корабля бесшумно скользила по поверхности воды в полной темноте, напоминая мифическое чудовище, выплывающее из своей берлоги за добычей в открытом море.
Оба тральщика, так и не получив никаких новых приказов, шли за кормой линкора в кильватер друг другу. Сигнальный фонарь на мостике «Шарнхорста» синими проблесками передавал сообщение на эсминец Z–29, который ему что–то отвечал. Эсминец Z–38 обогнал тральщики, прошел мимо линкора, заняв место в шести кабельтовых впереди него, чтобы помочь в навигации на подходе к заграждению.
Два других эсминца Z–29 и Z–34 держались за кормой линкора.
Внезапно на тральщике услышали приказ, переданный по радиотелефону:
«Скорость 17 узлов!»
Радиорубка на тральщике находилась перед мостиком, чуть ниже его. Изумленный Хаус свесился через поручни, крикнув радисту:
— Что такое? Семнадцать узлов? Ты не ослышался?
— Абсолютно точно, господин лейтенант,— доложил радист.— Семнадцать узлов. Этот приказ передали на эсминцы.
— Это не нам,— подумал командир R–58.— Даже без тралов мы не можем дать более шестнадцати узлов, и старший офицер «Шарнхорста» знает об этом. Он меня сам об этом спрашивал.
Взглянув на второй тральщик, Хаус убедился, что тот также сильно отстал от линкора. Эсминцы уходили вперед. R–121, доставивший на линкор адмирала и его штаб, также не получая никаких приказов, держался на параллельном курсе с тральщиками. С него о чем–то запрашивали линкор, но получили резкий приказ не вмешиваться в передачу сигналов.
К 19:55, когда вся боевая группа проходила через сетевое заграждение, оба тральщика уже значительно отстали. Тральщик Хауса снова не смог обнаружить проход в сетях, выскочил на сеть, потратив много времени, чтобы найти проход.
Медленно и спокойно сторожевой катер закрыл сетями проход и ушел на свое обычное место под берегом. Тральщика R–56 нигде не было видно, но вскоре в темноте замигал сигнальный фонарь.
— Вызов с R–56,— доложил сигнальщик.
— Подтверди прием,— приказал Хаус. — Идем на сближение. Полный вперед!
— Линкор направляется в Варгет Зунд,— заметил сигнальщик.— Нам точно нужно возвращаться в Хаммерфест. Как вы считаете, герр лейтенант?
Хаус пожал плечами:
— Но приказа нет. Впрочем, я так тоже считаю. Но если…
— Приказ с «Шарнхорста»: «Всей боевой группе — скорость семнадцать узлов,» — снова доложил сигнальщик.