Страница 31 из 73
– Как мои сны?
– У каждого они проявлялись по-своему. Сны, видения, некоторые использовали гадания, чувствуя будущее через предметы. Служители поднялись на новый уровень, стараясь соответствовать бессмертным. Мы стали на равных. Вампиры имели физическое превосходство, а люди смотрели на несколько шагов вперед, предвосхищая наши действия.
– Хочешь сказать эволюция? – усмехнулась я, пока не особо веря этой волшебной истории. – Тогда что же мешает произойти подобному сейчас?
– Мир изменился, – пожал плечами Эдриан, позволяя мне почувствовать, как перекатываются под рубашкой сильные мышцы. – Служители существовали в полном уединении, отрешившись от прежнего мира, и контактируя с остальным человечеством только по необходимости. Кроме этого, прошло немало времени, чтобы они сумели управлять своими способностями. Хотя, я слышал, что некоторые считают, бессмертные позволяли им пить свою кровь, чтобы продлить их человеческий срок.
В отвращении я сморщила нос, чувствуя внезапный приступ тошноты.
– Да прекрати ты, не в прямом смысле этого слова, я надеюсь. Возможно, употребляли пару капель с вином или пищей. Здесь важна дозировка. И не забывай, что мы не можем стопроцентно знать, правда это или нет. Но так, многое бы стало объяснимо.
– То, что я – Служитель?
– В какой-то ветви, несомненно, – кивнул Эдриан, успокаивающе поглаживая меня по руке. – Способности ярче проявляются именно по отцовской линии.
– Тебе не кажется, что есть небольшая разница между Служителями, которые помогали вам, и Охотниками, не столь любезными к бессмертным, – хмыкнула я, полностью облокотившись на его спину и положив голову на широкое плечо. – Как так вышло?
– Время все меняет. Скажем так, некоторые были не совсем согласны с действиями вампиров, видя в будущем возможную угрозу. Они начали играть в Богов, карая за еще не совершенные преступления. Тогда наши пути разошлись. И с тех пор круг Служителей распался, и мы уже не могли отследить чистокровные линии.
– Они все обернулись против вас?
– Не все, – ответил парень, пальцев рисуя узоры на моей руке, – кто-то остался верен до конца. Но с тех пор бессмертные решили, что такое повториться не должно, и старилась уменьшить шанс возникновения подобных способностей. Никто не хочет быть уязвимым.
– А разве вы не можете предвидеть будущее, – стало интересно мне, учитывая, что я толком и не знала, на что действительно способен Эдриан.
– Ни одному из бессмертных это не дано, – в его голосе прозвучало искреннее разочарование. – Возможно, дело в том, что мы воспринимаем время иначе, в какой-то мере существуя вне его. Для тебя есть прошлое, настоящее и будущее, а для нас это словно повторяющаяся спираль, события в которой невозможно разделить. Когда ты практически бессмертен, смысл в провидении теряется.
– Неужели ты действительно сожалеешь об этом, – удивилась я, когда сама была не в большом восторге от ночных кошмаров, которые порой имели тенденцию претворяться в жизнь. – Зачем тебе это?
– Мы могли бы избежать многих ошибок, ты и я. Если бы мне позволили выбирать, то это непременно оказалась бы способность предвидеть будущее.
– Выбирать? – Парень в ответ резко застыл, словно сболтнул что-то лишнее. – Эдриан, что ты имеешь в виду?
– Ладно, – вздохнул он, отстраняясь и разворачивая меня к себе лицом, чтобы заглянуть в глаза. – Не думаю, что это столь ценная информация, но раз тебе любопытно. Ламии тоже обладают определенными способностями, помимо скорости и силы. Это нечто особенное, но у каждого вампира есть определенные предрасположенности, мы не можем получить все и сразу. Успеха добивается только тот, кто вкладывать все свои силы, стараясь добиться мастерства. Это может быть телепатия, или даже пирокинез. Возможности нашего разума безграничны, важно лишь отыскать свой талант и полностью сосредоточиться на нем. Даже Старейшины не смогли развить в себе вторую способность, хотя у них на это было немало времени.
– И? – с любопытством спросила я, разглядывая Эдриана, словно навскидку пытаясь определить его талант. – В чем ты силен?
– Ты знаешь, – рассмеялся он, выглядя немного смущенным. – Разве не помнишь, как испытала это на себе?
Я нахмурилась, с опаской глядя на парня, словно и вовсе видела его впервые. Что он пытался этим сказать? Не хотелось давать ему очередной повод упрекнуть меня в невнимательности.
– Даже не знаю, не могу выбрать между невероятной сексуальностью и способности забрасывать грязные носки на люстру.
– Ха-ха-ха, – поморщился Эдриан, толкая меня в плечо, не сильно, но достаточно, чтобы я, хохоча, повалилась на спину. – Очень смешно. Я умею управлять сновидениями, до Морфея мне далеко, но ты же помнишь, как мы очутились в одном очень чувственном сне.
– Ты превратил его в ночной кошмар! – мои губы дрогнули в смущенной улыбке, воспоминание оказалось слишком ярким – его нежные прикосновения, горячие губы. – На следующее утро мне хотелось тебя придушить. Высокомерный зазнавшийся вампир, который не давал мне прохода даже во снах.
– Ты сама хотела этого, – возразил парень, ложась рядом со мной и упираясь локтем в пружинящую под ним кровать. – Я не умею меня сны, только проникать в них и ждать, как отреагирует человек. Ты повела себя очень любопытно. Это только подтвердило мои догадки, что я тебе не безразличен.
– Подумаешь, – хмыкнула я, безразлично пожимая плечами. – У кого не бывает ярких эротических фантазий? Если мне снится Брэд Питт, это же не значит, что я тебе изменяю.
Эдриан насторожился, обиженно поджимая губы, словно воспринял все сказанное мною всерьез.
– Брэл Питт? Он для тебя не староват?
– Кто бы говорил, – расхохоталась я, впервые за последнее время вспоминая, что передо мной далеко не ровесник, и даже не погодка моего отца. – С тебя песок еще не сыпется? Черт, да ты вполне мог видеть меня младенцем.
– Я и видел, – кивнул парень, даже с какой-то странной гордостью. – Ты была капризной малышкой.
– Что? – мои брови полезли на лоб. – И ты только сейчас решил в этом признаться? Знаешь, это болезнь.
– Почему?
– Тайком наблюдать за беззащитным ребенком! Теперь я понимаю, почему у меня такая шаткая психика. Чудо, что я вообще не попала в психушку.
– Это было всего один раз, – попытался усмирить меня Эдриан, поглаживая ладонью по моей щеке, словно вымаливая прощение. – Прости мое любопытство. Ты все равно тогда спала и не заметила меня.
– Слишком много информации, – покачала я головой, потягиваясь на кровати. – Следующий раз храни свои странности при себе.
– Ты готова? – донеслось до меня спустя минуту тишины.
Я повернула голову в сторону парня, встретившись с черным непроницаемым взглядом, что-то в нем изменилось. Его глаза не ловили блики от приглушенного желтоватого свечения, наполнившего комнату, они поглощали его, становясь устрашающими черными дырами, вытягивающими из воздуха все тепло. Температура резко упала, а по моей коже побежали колючие мурашки.