Страница 29 из 45
— Говори смело, — сказала Зельда Хизер. — Ты можешь доверять ему.
Но Тристаму больше нечего было сказать. По правде говоря, он надеялся, что это Зельда ему что-нибудь объяснит, скажет, например, что ему делать дальше…
Внезапно он вспомнил, о чем его просила во сне мама.
— Вы должны помочь нам спасти Миртиль.
— Миртиль? — удивленно переспросила женщина.
— Дочь короля Севера, — продолжал Тристам. — Тиран похитил ее. Нужно найти ее и спасти! А потом мы спасем мою маму.
Зельда нахмурилась. Вакинг вышел из оцепенения.
— Откуда ты знаешь, что Миртиль взяли в плен? — подозрительно спросил он.
— Так мы же видели! — Тристам очень старался, чтобы лейтенант ему поверил. — Когда мы с Томом улетали, сверху было видно, как летчик тирана увозит Миртиль на стрекозе, а потом…
— Постой, постой, — прервала его Зельда. — Никто не сомневается в твоих словах, но рассказывай по порядку, с самого начала.
Тристам рассказал все, мешая главное с второстепенным. Его слушали молча, не перебивая.
— Как вы думаете, — спросил он, кончив свою историю, — они могут что-нибудь сделать моей маме, Миртиль, всем остальным?
— Не знаю как насчет твоей матери и других жителей Миртильвиля, — запнувшись, сказала Зельда Хизер. — Может быть, им удастся спастись.
— А Миртиль?
Бывший начальник полиции вопросительно посмотрел на мэра. Зельда кивнула. Он развернул свиток, который держал в руках, и протянул его Тристану.
— Прислали сегодня, — сказала Зельда — Как раз перед твоим приходом мы говорили об этом с лейтенантом.
На листе был напечатан портрет Миртиль. Талантливому и прилежному художнику удалось передать тревожное выражение ее лица. Под портретом было написано:
По приказу Его Величества короля, Миртиль из королевства Северных Облаков, лишенная прав престолонаследия, будет предана казни на подкидной доске вместе с четырьмя другими изменниками 12 марта в полдень, на главной площади Синти Тауна.
Да здравствует король!
У Тристама заныло под ложечкой.
— Что это — казнь на подкидной доске?
— Ей завяжут глаза и заставят идти по доске, закрепленной на краю облака.
— Ну, это не так уж и страшно, — облегченно вздохнул Тристам.
— Когда она дойдет до конца доски, то начнет падать, — добавил лейтенант.
— Что-о?
— Это очень жестокая казнь, — удрученно проговорил Вакинг. — Человек падает долго, и перед ним успевает пройти все его прошлое. Долгий путь к неизбежной смерти… похоже на саму жизнь…
Зельда метнула в него испепеляющий взгляд.
— Прекратите молоть чепуху! Сегодня восьмое марта. У нас есть четыре дня, чтобы действовать. Нужно составить план.
— Если бы все упиралось в план… — вздохнул Вакинг. — Потребуются сутки, чтобы добраться до Синти Тауна, и по меньшей мере еще одни сутки, чтобы приготовить операцию на месте. Если мы пошлем туда спецгруппу, она должна вылететь не позже завтрашнего дня.
— Должна — значит, вылетит.
— Впрочем, безумцы, которые согласятся пойти на это самоубийство, могут покончить с жизнью прямо здесь. Меньше хлопот.
— Я полечу туда, — заявил Тристам, стиснув кулаки. — Никто мне не помешает!
— Ну, это мы посмотрим, — возразила Зельда. — Что касается вас, лейтенант, то советую приступить к разработке операции немедленно, потому что вы включены в состав спецгруппы.
Она повернулась к Тристаму.
— Твой пакет там, — сказала она, указывая на стол возле окна, — береги его как зеницу ока… И вот что еще: не вздумай выходить из дома! Я знаю, что ты убегал сегодня ночью. Больше этого не делай! Твоя жизнь куда дороже, чем ты можешь вообразить.
С этими словами она вышла. Тристам встал, чтобы взять пакет, но лейтенант остановил его движением руки.
— Итак, ты хорошо знал дочь короля Севера…
Тристам кивнул. Бывший начальник полиции говорил тоном профессионального следователя, желающего убедиться, что подозреваемый говорит правду.
— Значит, ты многое знаешь! И ты, похоже, вполне сообразительный парень.
Тристам собрался было кивнуть опять, но под инквизиторским взглядом лейтенанта ему стало не по себе.
— Стало быть, Миртильвиль находился под управлением знаменитого полковника Бриггса. Это ведь тот самый полковник, который сражался плечом к плечу с королем Севера, верно?
Тристам кивнул, подумав, что лейтенант туговато соображает: он же рассказывал о полковнике минуту назад!
— Между нами, все, что ты говоришь, — полная чушь, — отрывисто заключил лейтенант, сверля Тристама темными глазами. — Не могу поверить, что полковник не сумел защитить принцессу или спрятать ее в безопасном месте. А ты как думаешь?
— Я? Не знаю. Может быть, он не ожидал нападения.
— Ну да, эта возможность существует, спору нет… Маловероятно, но не исключено, — заметил Вакинг со скептической гримасой.
Не находя лучшего объяснения, Тристам молчал.
— Нет, это абсолютно неправдоподобно, — поразмыслив, заключил лейтенант. — Но вернемся к твоему рассказу. Ты говоришь, вам с сыном полковника удалось ускользнуть?
— Да.
— Благодаря твоей матери, которая поддерживала частые контакты с полковником?
— Да.
— Что ж, — сказал Вакинг, немного помолчав с бесстрастным выражением лица, — все это чрезвычайно странно! Но мы должны подумать о Миртиль, верно?
Тристам чуть не поперхнулся от удивления: он мог бы поклясться, что лейтенант ему подмигнул.
— Только не жди чудес, — продолжил отставной начальник полиции, вставая с дивана. — Хоть я и эксперт по подготовке безнадежных спецопераций… Особенно если дело происходит в моем родном городе.
По-видимому, перспектива схватки с врагом, который тысячекратно превосходил его силами, пробудила лейтенанта от спячки.
— Этот дом принадлежит мне, — сказал он, направляясь к выходу. — Чувствуй себя здесь свободно, как в своем собственном. Я скоро вернусь.
Впрочем, после этого Вакинг не только не вышел, но, напротив, остался в комнате. Он мялся в нерешительности и, казалось, готовился сказать что-то важное. Тристам ждал, не двигаясь с места.
Наконец лейтенант проговорил:
— Пожалуй, я поторопился, беру свои слова обратно. Ты все-таки не у себя дома, а у меня. Так что ничего здесь не трогай.
Как только за лейтенантом закрылась дверь, Тристам подбежал к столу у окна. Пакет, который забрала у него Зельда, лежал там, вскрытый. Тристам увидел ленту с прикрепленным к ней прозрачным кристаллом. Внутри кристалла переливался радужный свет. У Тристама забилось сердце: это был кулон его матери!
Земля совершает вращение двоякого рода: она вращается вокруг собственной оси, что приводит к чередованию дней и ночей, и вокруг Солнца, что приводит к смене времен года.
Вокруг собственной оси Земля вращается наподобие волчка, совершая полный оборот за 23 часа 56 минут и 4 секунды. Этот период называется звездными сутками. Если заметить положение звезд на небе в определенное время дня, то спустя звездные сутки оно будет точно таким же.
Вследствие этого вращения человек, находящийся на экваторе (и остающийся неподвижным по отношению к земле) в действительности вращается вокруг земной оси со скоростью 1674 км/час. Чтобы использовать эту даровую скорость, для пуска ракет стараются выбирать место как можно ближе к экватору. Если пускать ракету вдали от экватора, потеря в скорости будет велика.
Нью-Йорк вращается вокруг земной оси со скоростью примерно 1275 км/час.
Париж и Лондон — примерно 1070 км/час.
Полюсы остаются практически неподвижными.
Но как бы ни менялась эта скорость — от близкой к нулю на Северном полюсе до 1674 км/час на экваторе, — она ничтожно мала в сравнении со скоростью движения Земли вокруг Солнца.
Звездный год — это время, которое нужно Земле для того, чтобы совершить оборот вокруг Солнца и вернуться на то же место. Он соответствует 365,25 суток, если считать, что в сутках 24 часа (если же считать в звездных сутках, то в году их насчитывается 366,27).