Страница 13 из 45
— Знаю, знаю уже давно. Миртиль, ты всего лишь ребенок, и ты не должна отчаиваться. Что бы ни решили за тебя взрослые, ты не обязана следовать этим решениям всю жизнь. Ты сама должна узнать, что ты собой представляешь. И что значит быть принцессой, даже если у тебя нет королевства. Никто не сделает этого за тебя. Если захочешь, я тебе помогу.
Миртиль, у которой в эту минуту было только одно желание: найти своего отца и помочь ему, спросила:
— Вы научите меня лечить больных?
— Да, могу научить и этому.
Произнося эти слова, г-жа Дрейк повернула голову к входной двери, словно услышала снаружи какой-то шум.
— Сюда идет человек, которого ты хорошо знаешь. Вытри слезы.
— Я… — начала было Миртиль.
Но тут в дверь постучали. Г-жа Дрейк впустила гостя.
— Добрый вечер, Саймон.
— Добрый вечер, Кея, — наклоняя голову в низком дверном проеме, ответил полковник Бриггс. — Нам необходимо срочно поговорить. Тристам дома?
Подняв взгляд, он увидел Миртиль и остолбенел.
— А вы что здесь делаете?
— Мой сын поранил руку, — не дав девочке открыть рта, ответила г-жа Дрейк. — Она помогла ему дойти до дома. Я предложила ей чашку чая.
Полковник Бриггс повернулся в сторону Тристама, который посапывал во сне. На руке у него была повязка с заживляющими листьями.
— Миртиль… — тихо проговорил полковник, — вы уже прочли письмо вашего отца?
— Да.
— Вы хотите со мной поговорить?
Миртиль отрицательно качнула головой.
— Тогда, пожалуйста, возвращайтесь домой; госпожа Бриггс беспокоится. Завтра мы вместе обсудим план эвакуации, хорошо?
Миртиль кивнула и направилась к двери. В ее глазах не было ни слезинки.
— Я провожу тебя до тропки, — сказала г-жа Дрейк.
Полковник подошел к постели Тристама.
— Можно задать один вопрос? — спросила Миртиль, когда они оказались за порогом.
— Да, моя девочка.
— Полковник не раз говорил, что на воздушном мотоцикле из Миртильвиля могут улететь два человека, но не уточнял, кто будет вторым. Я знаю наверняка, что не он. Может быть, это вы?
Мать Тристама медлила с ответом.
— Пожалуйста, — повторила принцесса, — скажите мне, кто?
— Нет, не я, — ответила г-жа Дрейк. — ЭтоТристам.
— Тристам? — воскликнула Миртиль. — Но почему…
У нее не было времени кончить фразу: в двери показался полковник.
В полной растерянности Миртиль направилась обратно. Принцесса не заметила Тома, который, спрятавшись среди рисовых колосьев, слышал все, о чем они говорили с матерью Тристама.
Глава 13
Над городком занималось тихое утро следующего дня. Небо ярко синело; однако было видно, что погода меняется: весь голубой свод усеяли тончайшие волокна просвечивающих облаков. Солнце только что поднялось на высоту Миртильвиля, и теперь его лучи блестели на лопастях вертушек, торчавших над крышами домов. У Лазурро, погруженного в невеселые мысли, не было желания смотреть по сторонам. Он медленно шагал по направлению к школе. Известия, поступившие от короля, лишили его сна; всю ночь он не ложился и проверял контрольные. Сейчас учитель размышлял о будущем Миртильвиля.
«Если не считать полковника, на облаке нет ни одного военного; кроме того, у нас нет оружия. Мы отрезаны от мира. Мы обречены жить здесь до скончания века и надеяться только на то, что тиран никогда нас не найдет». Выйдя на городскую площадь, он увидел несколько учеников, которые пришли в школу до начала уроков и ждали, когда ее откроют.
«Я должен изменить программу занятий. Буду рассказывать о мире, о звездах, о природе. Это позволит детям хотя бы мысленно путешествовать по свету. Нужно приучить их к мысли, что Земля может погибнуть. Те из них, кто переживет изгнание, в свою очередь передадут эти знания другим».
Лазурро обогнул учеников и вошел в школу, закрыв за собой дверь. До начала уроков еще оставалось немного времени, и он надеялся провести эти минуты спокойно. Он хотел побыть один.
В пустой классной комнате на столах и спинках стульев сверкали солнечные лучи. Подойдя к окну, учитель смотрел на волны, которые ветер чертил на рисовых полях.
Прозвенел колокольчик, в школу ворвались дети. В конце коридора старшие и младшие разделились, и каждая группа направилась в свой класс.
— Добрый день, — сказал Лазурро, вынимая из портфеля кипу проверенных контрольных.
— Здравствуйте, господин Лазурро, — хором ответили ученики, стоя около парт.
— Садитесь.
За исключением Джерри и его адъютанта, никто не ожидал, что учитель проверит работы так быстро. Все сели, не сводя глаз со стола, где лежала стопка листков. Сидевшие за первыми партами притопывали каблуками — им не терпелось узнать свои оценки. Энтузиазм убывал по мере удаления от учительской кафедры и сходил на нет в последнем ряду, где обычно подремывал Тристам.
Но Тристама не было на месте; его парта оставалась пустой. Том, сидевший в первом ряду, нервничал. Он то и дело поглядывал на дверь класса, ожидая, когда же появится друг. Из его головы не выходил разговор, услышанный накануне возле дома г-жи Дрейк. «На воздушном мотоцикле могут улететь только двое, — твердил он про себя, — Миртиль и Тристам».
Утром Том завтракал вместе с Миртиль. Внутренне замирая, он внимательно следил за принцессой; заговорит ли она о вчерашнем? Но та молчала. Наконец сам не выдержал и спросил: «Что ты делала вчера вечером?»
Она не ответила, и Том начал бояться худшего. «Они улетят без меня!»
Когда они вместе шли в школу, Том бросал на нее беспокойные взгляды. Он понимал, что в Миртиль со вчерашнего дня произошла какая-то перемена: у нее с души как будто свалился тяжелый камень. Вопросов он больше не задавал, но решил при первой же возможности поговорить обо всем этом с Тристамом и не спускать глаз с них обоих.
«Нет, без меня они не улетят!» — думал он теперь, ломая голову над тем, куда запропастился Тристам.
Класс молчал. Лазурро, заложив руки за спину, прогуливался взад-вперед по возвышению, на котором стоял учительский стол. Возле него он и остановился.
— Прежде чем вернуть вам контрольные, — сказал он, положив руку на стопку работ, — хотел бы напомнить, для чего вы учитесь в этой школе. Учитесь вы здесь для того, чтобы понять мир, в котором мы живем. Как вы знаете, природа — чрезвычайно могущественная и разрушительная сила. Люди всегда старались от нее защититься — для этого, например, они строили дома. Однако в наши дни человечество умудрилось сделать Землю крайне опасным местом. Всего лишь несколько десятков лет назад она была совсем не такой.
Учитель повернулся лицом к ученикам, которые обменивались недоумевающими взглядами.
— Да-да, поверьте, — продолжал он, — Земля не всегда была такой, какой мы ее знаем теперь. Конечно, очень хорошо, что это так, ведь отсюда следует, что наша планета живет. Она развивается, она меняется и реагирует на то, что ей приходится претерпевать. Кто-нибудь из вас знает, что такое парниковый эффект?
Руку поднял Джерри.
— Да, Мольнсон?
Мальчик открыл рот, но тут в коридоре послышался тяжелый топот. Кто-то остановился у двери классной комнаты. Все головы повернулись на шум. Дверная ручка слегка наклонилась вниз… Дверь приоткрылась и ученики увидели взъерошенную голову Тристама, который выглядел так, будто еще не проснулся. Все громко засмеялись.
— Простите, господин Буакар, я проспал… Ой! Так это… это господин Лазурро? А который сейчас час? Разве уже есть двенадцать?
— Ступай на свое место! — приказал Лазурро, старавшийся сдержать негодование, которое неизменно вызывал у него Тристам. — И помалкивай! Я не хочу тебя слышать — вообще не хочу знать, что ты тут, в классе, понял?
Глава 14
Незаметно махнув рукой Тому, Тристам занял свое обычное место в последнем ряду. Миртиль бросила беглый взгляд на его руку: вчерашний ожог зажил. Джерри, сидевший рядом с Томом, был вне себя от ярости. Опять этот Тристам дешево отделался! Безобразие! Давно пора отправить обормота на полевые работы, вместе с его матерью!