Страница 2 из 53
— Ваша тётя только что об огороде беспокоилась. Большой урон, Груд?
— Не волнуйтесь, мэм, все исправим, — улыбнулся Груд. — Кроты мои уже работают, звери добрые помогают. Но ещё для двух рэдволльцев-добровольцев работа найдётся, так что добро пожаловать, хур-хур!
Ликиана улыбнулась и шутливо погрозила кроту лапой.
— Вот только чай допьём, но ни минутой раньше.
Груд ещё раз поклонился и степенно погладил нос.
— Хурр, смиренные кроты с нетерпением ждут-пождут высоких гостей.
— Ступай, ступай, негодник, ху-ху-хур! — замахала на него лапами тётушка Берби.
В саду тем временем распоряжался Командор выдр Бандж Живая Вода. Ростом он не выделялся, но пользовался непререкаемым авторитетом среди обитателей Рэдволла. Все беспрекословно выполняли его указания — кроме малышей, разумеется. Тут уж приходилось Командору запасаться терпением.
— Гропп! Вынь яблоко изо рта, живот заболит! Тагл, прекрати швыряться орехами! Грамби, немедленно слезь с яблони! Иргл и Ральг, куда с тачкой направились?
Подошёл Кромка Серая Иголка, крупный толстый ёж, хранитель погребов.
— Совсем одолела тебя мелкота, Бандж, — посочувствовал он Командору. — Я ими займусь, не беспокойся.
Серая Иголка решил воззвать к аппетиту малышни.
— Послушайте меня, работнички лихие! Слышал я, что брат Библ наградит самых усердных помощников сахарными каштанами. Для этого надо всего-навсего собрать в эту тачку все разбросанные в саду фрукты, ягоды да орехи. И на кухню отвезти. Пойдут на заготовки зимние да на пироги. Ну-ка, напрягите свои крепкие мышцы!
Малыши с визгом бросились собирать упавшие плоды.
Бандж заметил, что несколько рэдволльцев постарше во главе с его дочерью Тайрой направляются к выходу из сада.
— Эй, дочка, куда направилась?
Тайра Живая Вода на голову переросла отца. Крепкая молодая выдра нарядами не увлекалась, носила простое грубое платье-рубаху, но подпоясывалась только пращой. Этим оружием в аббатстве лучше, чем она, никто не владел. Имя для пращи хозяйка подобрала простенькое, но выразительное: Фитька.
Тайра помахала отцу лапой. Для краткости она называла Командора «Ком».
— Хотели помочь кротам с компостной кучей, Ком. А что, есть другие предложения?
Бандж долго не раздумывал.
— Кротоначальнику нужно дерево для забора. Он хочет укрыть огород от ветра.
Один из приятелей Тайры, белка Гирри, покачал головой:
— Но в аббатстве столько древесины не найти…
— Хурр, сэрр, в лесу разве что, — добавил другой неразлучный друг Тайры, молодой крот Трибси. — Там ивы много, тис есть, ясень…
Бандж кивнул.
— Вот-вот, правильно подметил. Может, выйдете в лесок, прогуляетесь?
Глаза Тайры загорелись.
— То есть нам можно самим, без всяких провожатых, выйти из аббатства? Я, Гирри, Трибси и Бринти?
Предложение отца означало, что их уже считают взрослыми!
— Точно так, Тайра. Ты старшая, отвечаешь за выполнение задачи и за безопасность товарищей. Не забудьте, зачем идёте. И далеко не забредайте.
— Есть! — воскликнула Тайра, едва сдерживая восторг. — Выйти из аббатства, набрать материалу для забора и тотчас обратно. Пошли, ребята!
Бандж кашлянул и отвернулся, чтобы скрыть улыбку.
— Не так быстро, молодёжь! Лес от вас не убежит. Возьмите тележку да два топора в погребе. Подойдите к брату Библу, захватите чего-нибудь пожевать. Ветки выбирайте прямые, прочные. Все понятно?
— Понятно, сэр!
— Ну, в путь!
Командор долго смотрел вслед развесёлой команде и думал о чем-то своём.
Кромка Серая Иголка распрямился и потёр спину.
— Первая самостоятельная вылазка, — махнул он лапой вслед удаляющимся лесорубам. — Не рано, Командор?
— Тайра не подведёт. Не держать же их вечно на привязи. Найдут они сами топоры у тебя в погребах?
— Где топоры-то они найдут, знают, где искать, — почесал ёж иглы на затылке. — Не сломали бы… Я к большому топору только два дня как новое топорище приладил, буковое. Хороший топор…
Он собирался продолжить похвальное слово топору, но тут заметил стайку удаляющихся малышей.
— Куда так решительно направились, молодые господа?
Ежонок Грамби жестом полководца указал на главные ворота.
— Надо же помочь же мисс Тайре лес лесорубить. И проследить тоже, чтобы с ней ничего не случилось. Уж поверьте, мы не подведём!
Кромка сгрёб всю группу и погрузил малышей в тачку, прямо на собранные фрукты.
— У нас есть дело поважнее. Надо доставить фрукты в кухню брату Библу. Он нас угостит за доблестный труд. Командор, поможешь?
Бандж схватил вторую лапоять тачки.
— Помогу, приятель. Мне птичка на лету шепнула, что у брата Библа уже сливовый пудинг готов.
— Ур-ра-а-а-а!
Ёж возвёл взгляд к небу.
— Ну а коль не готов, как мы спасёмся от этих разбойников?
2
К югу от Рэдволла уже бродила по лесу ещё одна ватага разбойников: шайка речных крыс, числом восемь, атаман — Хриплый Обжора. Они сбились вместе, отстав от разных крупных банд нечисти. Промышляли эти вредные водные крысы грабежом и разбоем, без всяких сопливых сомнений убивали и калечили тех, кто имел несчастье попасться им в лапы, а мечты их устремлялись к светлому будущему, когда они станут грозой всех лесов. Пока что этим желанным будущим и не пахло, за мелкими успехами следовали крупные неудачи, но Хриплый Обжора не терял уверенности и присутствия духа.
Ласковое послеполуденное солнце пригревало берег тихой речки. Крысы валялись на берегу у самой кромки воды, пытаясь поймать рыбу, бродили по лесу в поисках птичьих гнёзд со свежими яйцами. Хриплый Обжора до таких низменных занятий не опускался. Он вождь по праву: по силе, по весу, по наглости. Развалившись у костра, атаман поверх своего объёмистого брюшка следил за сизым дымком, поднимающимся к кронам деревьев.
Прихромал Висячая Лапа, помахал пойманным окуньком.
— Глянь, атаман, какая рыбёха!
— Х-хе… Муха-кроха, а не рыбёха, — презрительно процедил атаман. — Сунь своего малька в костёр, на угольки, да дуй за новой, побольше.
— Йо-хо-о-о-о-о! — раздался вопль из чащи. — А я-то орла изловил!
Хриплый Обжора вскочил и гневно заводил:
— Заткните пасть придурку!
— Не-е, шеф, Жабий Глаз и вправду орла сцапал, чтоб мне камни лопать, — заверил атамана Пробкохвост.
Атаман смел его в сторону, направляясь к месту происшествия. За ним поплелась вся шайка.
— Дубина дубовая, — бормотал Хриплый Обжора. — Булыжная башка. Знамо дело, орлы крыс ловят, кто бы спорил… А вот крысы орлов ни во все сезоны ни разика.
Никто из шайки орла в жизни не видал, но и такой большой да страшной птицы тоже никто не видывал. Вылитый горный орёл, решили бравые разбойники Хриплого Обжоры. Обычно прикрытое висячим веком незрячее око Жабьего Глаза возбуждённо мелькало молочным зрачком. Он прыгал вокруг птицы, пихая её древком самодельного копья. Измождённая жертва попыталась дотянуться до воды, но Жабий Глаз стукнул её по клюву и засмеялся:
— Ага, а вы не верили! Я сам, собственными лапами живого орла словил, вон оно как!
Хриплый Обжора вытащил саблю — тоже самодельную: обломок косы, обмотанный верёвкой, чтобы можно было взять в лапу. Он наступил на одно крыло птицы, другое пригвоздил к земле саблей, чтобы получше рассмотреть добычу. Ясно дело, было бы крылатое чудище здорово, они бы от него сиганули врассыпную, куда подальше. Но этот уже почти покойник. Золотистые глаза затуманены, запёкшаяся кровь запечатала смертельный кривой клюв. Великолепное оперение смято штормом и запачкано береговой грязью.
— Ну-у ладно, орёл, орёл, — нехотя признал Хриплый Обжора.
Спорить желающих не оказалось, но Висячая Лапа, тощий самец с усохшей ногой, осмелился задать вопрос: