Страница 14 из 53
И он припустил к казармам. Феликс повернулся к Атунре:
— Этот станет опасным зверем, когда вырастет.
— Совсем как ты когда-то, хозяин, — склонила голову куница.
Железная маска шевельнулась.
— Вот это меня и беспокоит.
Помрачнел и угас алый занавес заката, загорелись сигнальные огни на стенах деревянной крепости. Два огня горели и на пирсе. Пленные выдры уснули беспокойным сном.
Под мостками пирса из-под воды высунулись морды Баньи и ещё шестерых выдр. Выдры устремились к пленникам, прижав лапы к губам:
— Ш-ш-ш! Приготовились, ждём сигнала Лорго.
Лорго вынырнул совсем рядом с Халки и Чабом.
— Пока не двигаемся, ребята, спокойно. Чаб, твоих мальцов заберут наши пловцы-чемпионы, за них не бойся.
Лидо Лагунный с дюжиной вооружённых выдр вынырнул у левого края пирса. Они быстро выстроились дугой и замерли. Сам Лидо вложил камень в пращу и тоже затаился. Но вот от правого края причала донёсся крик козодоя. Колан и его выдры вышли на исходную позицию. Лидо взмахнул пращой, целясь в часового, опершегося на копье возле огня.
Камень угодил точно в цель. Часовой взвыл от боли и рухнул в огонь. Напарник быстро выдернул его из пламени и завопил:
— Праща, праща! Тревога! Враг в озере!
Лидо запрыгал и завертел пращу над головой, вопя во всю мочь:
— Берегись, придурки! Лагунный по ваши души! Всех порешу!
Часовые посыпались с пирса. Вместе с береговой охраной они быстро, но осторожно продвигались к Лидо, гадая, не привёл ли он с собой других выдр. Чтобы их подбодрить, Лидо, не переставая вопить, выпустил ещё несколько камней — все мимо, поплясал ещё чуток и прыгнул в воду.
— Он один! — закричал кто-то из котов. — С ума сошёл! Хватайте идиота!
Они добежали до края и замялись. Зная, что коты боятся воды, Лидо высунул голову на поверхность и завопил:
— Сюда, шушера тонкохвостая! Боитесь лапки замочить, усатые-полосатые?
В выдру полетели копья, дротики, стрелы. Но Лидо уже вынырнул в другом месте.
— Ничего больше не придумаете? Вышлите ко мне своего лучшего воина! Ха, этого с полумордой в полумаске, которого чуть птичка-синичка не склевала? Или это был воробушек?
В суматохе коты не заметили, как их окружил отряд выдр. На пирс выскочил Вриг Феликс с боевым топором в лапе. Сопровождающий его Скодт узнал голос Лидо.
— Это Лагунный! У меня с ним собственные счёты.
Феликс рухнул на доски, сквозь щели вглядываясь в полутьму. Пленники на месте. Он вскочил и зарычал:
— Возьмите лодки и окружите его. Но помните, брать живым!
Собравшихся на правой стороне берега солдат Грудла Феликс направил в распоряжение Скодта. Вместе со всеми порысили и его сыновья, уже получившие копья, шлемы и клёпаные доспехи.
Наконец-то к правому огню пробился отряд Колана. Они быстро разожгли факелы и принялись швырять их в деревянную крепость. Один из факелов чуть не попал в вождя котов. Отскочив, он завопил своим воинам, развернувшимся на левой стороне:
— Скодт, давай сюда! Они крепость сожгут!
Не хотелось капитану упускать Лагунного. Он повернулся к Грудлу:
— Наблюдай за берегом, половину своих в лодках пусти за толстохвостым. Живьём брать! Остальные за мной!
Противник внезапно исчез с берега, пропустив котов Скодта к крепости. Джифра и Питру тем временем неуклюже гребли, стараясь понять, где им искать эту сумасшедшую выдру.
На очищенном от охраны левом берегу снова появились выдры. Подскочив к огню, они проделали то же, что Колан вытворял на правой стороне. Теперь факелы полетели в крепость с другой стороны.
Вриг Феликс метался во все стороны, пытаясь выправить ситуацию.
— Скодт, разделить силы! Половину налево, быстро!
Лорго и Банья разрезали верёвки. О пленниках коты уже совсем забыли. Малышей Чаба закрепили на спинах пловцов-чемпионов.
— Поплывёте под водой прямо и прямо, за пловцами с детишками, — инструктировала Банья жён Халки и Чаба. — На правый берег. Там все спокойно и безопасно.
Лорго и его выдры напутствовали Халки и Чаба.
— Плывите за ними и не оглядывайтесь. Мы догоним.
На озере Лидо вёл за собой лодки к левому берегу. Грудл с берега выкрикивал команды:
— Не бросайте копья, идиоты! Подходите вплотную и бейте!
Коты не подозревали, что имеют дело с восемью выдрами. В разных местах на поверхности озера показывались головы. Выкрики вдруг раздавались со всех сторон.
— Эй, полосатики, сюда!
— Да нет, сюда, рыбьи головы, ко мне, меня ловите!
— Я, я Лагунный, остальные все самозванцы, а вы лягушки безмозглые!
Коты растерялись. Забыв о приказах и наставлениях, они разбрасывали копья и тратили стрелы, пуская их наугад. Грудл гневно плясал на берегу, вопя:
— Идиоты, тритоньи головы, они же над вами издеваются!
Подбежала Атунра.
— Повелитель приказал прекратить погоню. Все на берег, тушить пожар!
Коты образовали цепочку, передавая ведра с водой от озера в крепость. Вода шипела и испарялись, падая на загоревшиеся бревна. Незадачливые охотники в лодках вздохнули с облегчением, услышав зов с берега.
Лидо вынырнул и чуть не столкнулся с Коланом.
— Нет больше у Феликса пленных, — ухмыльнулся командор Бурной Бездны. — Что теперь?
— Давай проучим этих сухопутных крыс, — кивнул Лидо на лодки.
— Мои детишки гребут лучше, ты свидетель, — буркнул Колан.
Берега достигли лишь три лодки. Остальные три Лидо и Колан перевернули, вывалив котов в воду. Вопя и отфыркиваясь, невольные купальщики поплыли к берегу. Лидо и Колан, не тратя более времени, пустились в обратный путь.
В последней из опрокинутых лодок находились Джифра и Питру. Питру вынырнул первым. Он резво вскарабкался на опрокинутую лодку-плетёнку, выудил из воды весло и уже собрался направиться к берегу, но тут лодка опасно накренилась. Питру вцепился в бересту обшивки. Из-под воды показалась искажённая паникой физиономия Джифры.
— Питру! Питру! Спаси!
Питру оглянулся. На берегу все заняты пожаром, плывущие коты впились глазами в спасительный берег. Хищно оскалив клыки, Питру дважды с силой опустил весло: первый раз на лапы, второй — на голову ненавистного братца.
Отбросив весло, братоубийца распластался на дне перевёрнутой лодки и принялся грести лапами, жалостливо вопя:
— Джифра! Джифра, где ты? Видел кто-нибудь моего брата?
Не ошибся Вриг Феликс в своём сыне…
9
Брат Перант не поддавался ни на какие уговоры. Он стоял в дверном проёме, загораживая вход в лечебницу, равнодушно и спокойно выслушивал мольбы и доводы троицы юных рэдволльцев.
— Нет, нет и ещё раз нет, — в очередной раз повторил лекарь. — Никак нельзя. Я отвечаю за состояние своих пациентов. А вы их разволнуете своими разговорами.
— У нас очень важное дело, брат Перант, — не сдавалась Тайра. — Если нам нельзя войти, то разрешите им выйти ненадолго.
Брат Перант отличался упрямством, которое считал упорством и которым весьма гордился.
— Выйти? Ни в коем случае. Они мои пациенты и находятся в лечебнице не просто для отдыха, а на излечении. В общем, разговор окончен.
Перант уже собрался захлопнуть дверь перед носом настырных просителей, когда встретился взглядом с аббатисой. Мать Ликиана притащила в лечебницу ежонка Грамби, усердно сосавшего лапу за её спиной.
— Брат Перант, — лучезарно улыбнулась Ликиана, — помогите, пожалуйста, раненому работнику кухни.
Аббатиса повернулась к малышу и вытащила его лапу изо рта.
— Теперь ты сможешь рассказать, что с тобой случилось, Грамби.
— Лапка болит, вот что случилось, — забубнил Грамби. — Я её на плиту нечаянно положил, а она поджарилась.
Брат Перант нагнулся к крохотному пациенту.
— Брат Библ ещё никогда не готовил жареных лапок маленьких ёжиков. Входите, мой друг, и мы излечим вашу больную лапку.