Страница 23 из 34
-- Не дождалась?
-- Она и не собиралась создавать с ним пару, - закатил глаза Фран, - У нее был возлюбленный, с которым она и соединилась, когда подошел ее брачный возраст.
-- О, боже, у меня сейчас голова лопнет. - Я запустила руку в волосы и поскребла ногтями затылок.
-- Тогда пойдем, поедим, - предложил Фран.
Я обескураженно вытаращилась на глирта. Как он может думать о еде, когда у меня от переизбытка информации, мозг вскипать начал?! Вот-вот пар из ушей пойдет. Но мужчина задорно подмигнув, поднялся с пола и пошел на кухню.
-- Где там мой супчик?
Я последовала за ним, прокручивая в голове наш разговор.
-- Фран, а зачем Лассниру понадобилось эмоционально привязывать меня?
-- Пророчество.
-- Какое пророчество?
-- Очень длинное и запутанное. В нем говорится, что только добровольная жертва Избранной сможет спасти клан черных драконов от вымирания.
-- Жертва? Какая жертва? И причем тут пророчество и эта привязка?!
-- Вот, например, если бы я сказал тебе сейчас, что мне нужно, чтобы ты умерла во благо моей семьи - ты бы согласилась?
-- Нет, конечно, - напряглась я.
-- Естественно. - Глир налил себе тарелку супа и сел за стол. Матик подвинулся сам и задвинул возмущенного Индира в самый дальний угол, предварительно заткнув ему рот печенькой, чтобы не мешал. - А вот если бы я сделал на тебя привязку Теc'марука и никто бы ее не блокировал - ты бы пошла на это не задумываясь. И даже была бы счастлива - ведь эта жертва ради любви.
Я рухнула на стул напротив Франчиаса, и, прижав ладонь к щеке, потеряно на него посмотрела.
-- Ты хочешь сказать?....
-- Во всех тонкостях я еще не разобрался. Но если не вдаваться в нюансы, так все и выходит. Ты нужна Лассаиндиару, чтобы спасти его клан от вымирания, для этого он привязал тебя еще в детстве. Каким-то образом подменил список, который был передан князю и подделал завещание. Что для него не составило труда, ведь он эти завещания и проверял. Ты же не клала завещание в сундук?
-- Нет. Я думала мне не надо. Раз уже все получила...
-- Шсс... А я-то думал, что умею плести интриги - наивный. Мне до Лассаиндиара еще расти и расти.
-- Но почему я?
-- Ты Избранная. Дитя двух миров.
-- А других не было?
-- Видимо нет. Дети от подобных союзов рождаются редко. А если и рождаются, то почти все погибают в первые месяцы жизни.
-- Почему?
-- Другой мир отторгает их. Они чужие.
-- А как же я?
-- Твой отец. Это его заслуга. Он провел ритуал и ты выжила.
-- Да, - кивнула я своим мыслям, - Папа мог бы.
Фран отложил ложку. В его глазах плескалась грусть.
-- Он очень сильно любит тебя, Нина.
-- Знаю, - вздохнула я, - Что еще в этом пророчестве про меня?
-- Ты фигурируешь в нем как ключевое звено.
-- Но почему ты думаешь, что в нем говорится именно обо мне?
-- В его развернутом варианте прописано почти все, что с тобой уже произошло.
-- И что ждет меня дальше?
Взгляд глирта мне не понравился, в нем затаилась жалость.
-- Ты, действительно хочешь знать?
-- Не знаю... Не уверена.
-- Тогда давай пока остановимся на этом.
-- Считаешь, что мне лучше не знать?
-- Иногда неведение - это благо ниспосланное нам богами.
***
Ночью я открыла глаза - Фран рядом. Моя голова лежит на его плече, он прижимает меня к своему боку, и я слышу, как часто бьётся его сердце.
-- Я опять разбудила тебя?
Франчиас повернул голову и посмотрел на меня своими мерцающими змеиными глазами.
-- Ты кричала.
-- Прости, - смутилась я и отстранилась.
-- Опять кошмар?
-- Не помню, - соврала я.
На самом деле помнила, в самых мельчайших подробностях. Это был действительно страшный сон. В нем не было ничего определенного: все размыто и непонятно. Какая-то пещера освещенная факелами, огромный залитый кровью валун и мое распластанное на нем тело.
-- Не хочешь говорить? - догадался Фран.
-- Не хочу.
Франчиас приподнялся, поворачиваясь на бок, сел, опираясь на левую руку, свободной правой прикоснулся к моей щеке. Большим пальцем провел по нижней губе, от чего я машинально облизнулась. Глирт тихо зашипел.
-- Нина, - хриплый мужской голос, заставил мой желудок совершить кульбит.
Я прикрыла глаза, убеждая свое взбесившееся либидо не сходить с ума. Медленно выдохнула и спросила.
-- Как отличить правду ото лжи, Фран?
Рука, ласкающая мое лицо, дрогнула.
-- Я не обманываю тебя.
-- И все же?
Даже с закрытыми глазами, я ощутила, как весь он напрягся.
-- Хочешь проверить свою драконью интуицию?
-- Да.
-- Хорошо, - Франчиас тяжело вздохнул, - Давай попробуем. Не открывай глаза.
Руку он не убрал, только сместил на затылок.
-- Хорошо, - кивнула я, стараясь отвлечься от желания полностью раствориться в его руках.
-- Спроси меня что-нибудь?
-- Что?
Пропустила момент, когда Фран придвинулся ближе, и я ощутила его дыхание на своей шее. Черт, какую игру он затеял?
-- Что угодно.
-- Все, что угодно?
-- Да.
-- Ты кого-нибудь любил? - брякнула, и тут же устыдилась - нашла что спрашивать.
-- Свою кормилицу. Я и сейчас ее люблю. Ближе нее у меня никого нет.
В голове зародился образ - он был смутный, но светлый и теплый.
-- Правда, - просипела я.
Кончиком языка Фран прикоснулся к пульсирующей венке на шее, провел вверх до подбородка и завершил путь едва ощутимым поцелуем. Я вскрикнула и попыталась открыть глаза, но змей искуситель прошипел:
-- Не открывай глаза.
-- Я...
-- Еще.
-- Еще?
-- Задай мне еще вопрос.
Голова начала кружиться. Вопрос? Какой вопрос? Меня уже не интересуют никакие вопросы. Но если просят:
-- Она научила тебя готовить?
-- Да.
Легкокрылые поцелуи порхали по линии подбородка, перелетая то на щеки, то на кончик носа.
-- Еще, - голос Франчиаса гипнотизировал.
-- Ты боишься, Станисласа?
-- Некорректный вопрос.
-- Ты не ответил.
-- Да.
Возникший образ отличался от предыдущего блеклостью оттенков и какой-то мутностью, тем не менее, он не был отталкивающим, скорее болезненно печальным, словно что-то угнетало Франчиаса. Между ними что-то произошло. Ссора? Не знаю. Наверное.
-- Странно, мне показалось, что ты хотел сказать что-то другое.
-- Нет. Только это.
Ложь - неприятное ощущение, словно наперед знаю, что это не так. Промолчала. Так будет лучше.
Фран отпустил мою голову, ненавязчиво уложил на кровать, и, зафиксировав мои руки у меня над головой, поцеловал, ощутимо прикусив нижнюю губу. Мое тело выгнулось дугой и из глотки вырвалось хриплое:
-- Фран...
Его ладонь накрыла мне глаза.
-- Не подсматривай.
Его губы становятся настойчивее. Не помню, в какой момент моя ночная рубашка капитулировала и оказалась на полу. На мне только кружевные шортики. Ох, если так пойдет и дальше ...
-- Еще.
Голова совсем не соображает. Это он о чем?
-- Задай мне еще вопрос-с, - вот уже и змеиные интонации появились.
Фран вдавил меня в матрас, позволив ощутить всю силу своего желания. Ого! Вот это я понимаю. Хочу открыть глаза, но Франчиас не позволяет. Да еще и руки удерживает. А я только и могу, что чувствовать его каждой клеточкой своего тела, впитывать его тепло, наслаждаться его запахом. А это еще что за жалобные мяуканья? Это я? Не узнаю себя. Что он со мной делает? Это настоящее безумие.
-- Ты..., захлебываясь шепчу я, - когда-нибудь влюблялся?
-- Нет.
-- Ложь, - бросила я, и сама же испугалась своей запальчивости.