Страница 77 из 93
Спустя два дня Людовик XIV тоже написал д'Ожерону письмо, в котором подтвердил то, о чем уже рассказал ему Кольбер. К сожалению, мы не знаем, побывал ли Мануэл Корреа на Тортуге и передал ли ему губернатор острова деньги за потерю корабля и груза. Можно лишь предположить, что дело это завершилось успешно для португальских собственников.
Вернемся, однако, к Франсуа Требютору. В конце 1673 года он в компании с каким-то другим флибустьерским капитаном решил совершить очередную экспедицию против испанцев — на сей раз к берегам Юкатана. Помощником Требютора, если верить Эксквемелину, был знаменитый голландский пират Геррит Геритсзоон по кличке Рок Бразилец.
Флибустьеры появились на мексиканском побережье, намереваясь захватить Мериду — административный центр Юкатана, но здесь были выслежены индейцами, которые сообщили о них в город. Оттуда выслали сильный отряд, разгромивший разбойников. Часть пиратов, в числе которых находился и Рок, сумела уйти от преследования и вернуться на берег. Капитан Требютор либо попал в плен, либо был убит испанцами во время сражения.
Глава 46
Восстание 1670-1671 годов
Пока «морские силы» Тортуги и Эспаньолы были вовлечены в пиратские авантюры против испанских колоний в Южной и Центральной Америке, в самой колонии дела обстояли не блестяще. Буканьеры и плантаторы, недовольные монополией Вест-Индской компании и ужесточением ее политики в отношении нарушителей этой монополии, глухо ворчали и были готовы выйти из повиновения официальным властям. Мятежные настроения охватили также иностранных моряков, осевших на кабацких мелях и мечтавших покинуть Бастер.
В марте 1670 года ирландец Джордж Кузик с группой англичан и ирландцев нанялись на Тортуге на торговое судно «Сен-Жозеф», принадлежавшее Даниэлю Годфруа. Последний поручил Пьеру Эстелю и Этьену Гуайяру доставить груз табака и шкур в Лиссабон и Ла-Рошель. Но в первую же ночь плавания Джордж Кузик вместе со своими сообщниками захватил «Сен-Жозеф», затем высадил всех французов на побережье Южной Америки, в районе Картахены, а похищенное судно увел в Северную Америку, в Бостон. Годфруа оценил свои убытки в 170 тыс талеров и обратился с жалобой к английскому королю. Карл II потребовал, чтобы губернатор Бостона оказал содействие французскому судовладельцу в возврате его собственности.
Весной того же года Тортугу и Сен-Доменг потряс мощный социальный взрыв. Плантаторы и буканьеры, раздраженные монополией Вест-Индской компании, подняли восстание.
В начале мая д'Ожерон, проводивший инспекцию поселений на западе Эспаньолы, заметил в море два неизвестных фрегата, вооруженных соответственно 28 и 32 пушками; они направлялись в Коридон, где обычно грузили соль англичане, и губернатор решил, что это были суда с Ямайки. Но когда он вернулся на Тортугу, ему сообщили, что замеченные корабли пришли из зеландского города Флиссингена. Их капитанами оказались корсары Питер Констант и Питер Маркусзоон (Маркус), а арматором — известный нидерландский купец Лампсин. Голландцы успели побывать в Байяхе, где скупали у буканьеров шкуры, затем пришли в Пор-де-Пэ и там в течение восьми дней торговали с местными жителями. Одну барку они отправили на Тортугу, где нашли покупателей в Мильплантаже. Когда приказчик Вест-Индской компании попытался воспрепятствовать их незаконной торговле, Питер Констант с иронией ответил ему, что на данный момент «он гораздо сильнее его».
Через два дня д'Ожерон узнал, что вся область Кюль-де-Сак охвачена мятежом. Чтобы лично удостовериться в этом, губернатор Тортуги тут же сел на корабль «Арм де ла Компанье» и с небольшими силами отправился на Эспаньолу. Спустя четыре дня он прибыл в Нипп, расположенный недалеко от Пти-Гоава, где узнал, что восстание охватило не только западное, но и северное побережье острова. В нем участвовали как плантаторы, так и буканьеры. Зачинщиками мятежа были голландцы, которые подстрекали жителей «сбросить цепи рабства», которыми их опутала Вест-Индская компания.
В Леогане колонисты, прельщенные более выгодными ценами, которые предлагали им Констант и Маркусзоон, закатили пирушку и устроили пальбу из пушек. Их радость можно было понять: голландцы продавали им добротное сукно по 20 пенсов за локоть, тогда как Вест-Индская компания требовала за локоть полотна 60 фунтов табака; бочку топленого свиного жира голландцы отдавали за 2 пистоля, а ВИК требовала за нее 750 ливров.
Майор Рено (иначе — Рену), командир округа, услышав выстрелы недалеко от своей резиденции в Пти-Гоаве, тут же отправился узнать причину беспокойства. Местные чиновники, господа Гольтье и Вильнёв, сообщили ему, что Леоган захвачен мятежниками, которые вступили в сделку с голландскими контрабандистами. Сьёр Рено попытался запретить незаконную торговлю, но голландцы нагло заявили ему, что они находятся на территории, юридически принадлежащей королю Испании. Разгневанный Рено отбыл назад в Пти-Гоав и по пути захватил два голландских баркаса с товарами. Голландцы, чувствуя поддержку колонистов, пустились в погоню за майором, вернули свою собственность, а самого сьёра Рено вместе с Вильнёвом взяли в плен и заточили на борту судна Пита Константа.
Такова была ситуация, когда с Тортуги прибыл Бертран д'Ожерон. Губернатор действовал быстро и решительно: он поднялся на борт голландского судна, на котором сидели в заточении Рено и Вильнёв, и, пригрозив Константу виселицей, потребовал немедленно освободить французских офицеров. Затем он отправился в Пти-Гоав и, став на якорь, отправил на берег капитана своего корабля, некоего Сансона. Тот должен был передать жителям письмо от губернатора, но, едва ступив на берег, был схвачен толпой мятежников. В сторону корабля д'Ожерона прозвучали мушкетные выстрелы; сьёр Рено был легко ранен. Не рискнув высадиться в этом порту, губернатор решил вернуться на Тортугу. Шпионы донесли ему, что распоясавшиеся мятежники из Кюль-де-Сака послали своих агитаторов к буканьерам и плантаторам северных районов Эспаньолы; что они собираются захватывать все французские суда, которые будут приходить в порты Сен-Доменга; и что они даже вынашивают план нападения на Тортугу.
Новости о восстании на Сен-Доменге дошли и до генерал-губернатора Французских Антил Жана-Шарля де Бааса. Он тут же послал приказ командиру патрульной эскадры Луи Габаре отплыть на Тортугу и, объединившись с д'Ожероном, подавить мятеж. 3 июля 1670 года, находясь близ Мартиники на борту своего флагманского корабля «Норманд», Габаре написал ему, что имеет приказ короля препятствовать незаконной торговле иностранцев на Наветренных островах и, следовательно, не может покинуть место своей дислокации.
Тем временем д'Ожерон отправил майора Рено к сьёру де Баасу с просьбой побыстрее прислать военный корабль, пугая его возможностью потери Тортуги и Сен-Доменга. Рено смог достичь острова Сент-Кристофер лишь 25 сентября. Рассказав генерал-губернатору о сложившейся ситуации, он был тут же направлен на остров Гренада, где в то время находилась эскадра Габаре. О предпринятых им действиях де Баас уведомил губернатора Тортуги.
Габаре, однако, не спешил удовлетворить просьбу генерал-губернатора. Он снова написал ему, что без приказа из Франции не может уйти с Наветренных островов. Де Баас от возмущения едва не лишился дара речи. Он напомнил Габаре, что является главнокомандующим всех вооруженных сил французов на Антилах и, таким образом, командиры королевских эскадр обязаны подчиняться его приказам.
Пока сьёр де Баас и Луи Габаре выясняли, кто из них главнее, от д'Ожерона на Сент-Кристофер пришло еще одно письмо, датированное 9 октября. В нем губернатор Тортуги сообщал о том, что дерзость мятежников дошла до крайних пределов. Собрав на море и на суше три сотни человек, они собрались «разграбить Тортугу»; при этом свои намерения они прикрывали утверждением, что из Франции им прислали на Тортугу кое-какие вещи. Чтобы избежать худшего, д'Ожерон вынужден был отдать им часть товаров со склада. Губернатор добавил, что почти все люди оставили его, и ему больше не на кого положиться. Шарлевуа утверждает, что видел письмо д'Ожерона, адресованное Кольберу, в котором тот просил министра разрешить ему с горсткой верных колонистов переехать либо во Флориду, либо в иное место на континенте, либо на необитаемые острова в Гондурасском заливе.