Страница 32 из 93
Передав управление Тортугой и Берегом Сен-Доменг новому хозяину, сьёр де ла Плас вернулся во Францию, где и поселился в родном Перигоре. В документах 1683-1684 годов он упоминался как свидетель на судебном процессе по делу некоего дворянина из этой провинции.
Из текста «Протокола о взятии во владение острова Тортуга» видно, что главным приказчиком Вест-Индской компании на острове был назначен местный «авторитет» — бывший буканьер Клод Легри. Год спустя его, по всей видимости, сменил сьёр де ла Ви. По данным Шарлевуа, в то время на Тортуге постоянно проживало 250 жителей, в Пор-Марго (на северном побережье Эспаньолы) — около 150, а в Леогане (на западном побережье Эспаньолы) — еще 120 человек. Это были главным образом торговцы и мелкие плантаторы. Количество флибустьеров и бродячих охотников-буканьеров на Тортуге и Эспаньоле никто не подсчитывал, но, согласно некоторым источникам, оно могло варьироваться от 700 до 1000 человек.
Хотя французские колонисты формально признали власть директоров Вест-Индской компании и их ставленника д'Ожерона, вскоре, проведав о введении торговой монополии, они дали понять губернатору, что «не хотят подчиняться никакой торговой компании; королю готовы, пожалуй, повиноваться, но с тем, чтобы он не запрещал им торговлю с голландцами, которая для них была гораздо полезнее покровительства Франции».
Хотя статья XV королевского эдикта от 28 мая 1664 года требовала исключить всех иностранных и частных французских негоциантов из торговли с Французской Вест-Индией, туда ежегодно приходило до 150 голландских судов, контрабандно снабжавших колонистов изделиями европейских мануфактур. В августе 1664 года Кольбер вынужден был констатировать: «В Вест-Индии, откуда идут сахар, краски, табак и хлопок и где французы занимают различные острова, вся торговля находится в руках голландцев».
Поскольку колонисты Тортуги и Эспаньолы издавна поддерживали тесные деловые связи с иностранными контрабандистами, монополия на торговлю, объявленная Вест-Индской компанией, весьма быстро вызвала их открытое недовольство. «Компания наводнила колонию своими уполномоченными и слугами, решив заняться прибыльной торговлей с испанцами, как это делали голландцы на Кюрасао, — рассказывает Эксквемелин. — Однако компании не повезло. Она надеялась вступить в сделку с враждебной нацией, а такого быть не могло. Каждый, будь то пират, охотник или плантатор, вначале покупал все в долг, но, когда дело дошло до оплаты, никто платить не стал. Тогда компания была вынуждена отозвать своих агентов и приказала им продать все, что у нее было…»
Независимое положение колонистов и их отказ работать на Вест-Индскую компанию привели к тому, что компания стала терпеть убытки и усилила меры административного давления на жителей колонии. «Губернатор Тортуги, которого плантаторы, вообще-то, уважали, попытался принудить их к работам на компанию и дал понять, что все товары, в которых плантаторы нуждаются, они должны покупать сами, не приобретая их при этом у чужеземцев, которые приезжают в эти места торговли ради; а с этой целью объявил он, что четыре раза в год во Францию будут отправляться особые корабли под командой его капитанов. Таким образом, заставляя привозить товары из Франции, он одновременно запрещал торговать с чужеземцами на месте», — сообщает Эксквемелин.
Для расширения ремесла и плантационного хозяйства — основы стабильности колонии — нужны были рабочие руки, и д'Ожерон старался отвлечь буканьеров и пиратов от бродячей жизни, прибегая даже к административным мерам. При этом он, судя по всему, пытался использовать опыт сьёра дю Россе. Его «Мемуар об острове Тортуга» от 20 июля 1665 года, адресованный г-ну де Бешарме, удивительным образом повторяет основные положения письма дю Россе, адресованного королю Франции (датируемое приблизительно 1663 годом). Документ интересен тем, что содержит довольно подробное описание Тортуги и соседнего с ней Берега Сен-Доменг.
«Остров Тортуга, — читаем в "Мемуаре", — расположен на 18° севернее экватора, отдален от острова Эспаньола на два малых лье. Он имеет 20 лье в окружности и неприступен с востока, севера и запада. Он не имеет защиты ни со стороны окрестностей порта, расположенного в средней части, в двух лье от восточной оконечности названного острова, ни сбоку низменной земли между берегом моря и горами с пиком Ла-Гранд. А выше названного порта, в западном направлении, есть другая долина длиною в половину лье. Первая необитаема по причине приливов, как и небольшая часть другой. В порту построены 35 или 40 домов и магазинов, и там проживают ремесленники и купцы, торгующие здесь. Порт способен вместить от 20 до 25 кораблей и столько же барок. Вход в него очень хорош, 18 брассов глубины, и он образует полукруг, как видно на этом чертеже, с источником пресной воды в десяти шагах от берега моря. Здесь есть платформа с четырьмя пушками, как показано. Имеется скалистая банка, при полном приливе скрываемая водой, но сухая при отливе; что касается рейда, то порт очень хорош, хотя создан был не нами, море тут поднимается только на два фута, а ветер дует всегда восточный. Можно построить в порту от 500 до 600 домов между морем и небольшими горами, на которые нужно подниматься, чтобы пройти к жилищам, расположенным выше названного порта; все они тянутся до подножья Ла-Монтаня и, между прочим, на добрую половину лье к западу, в малых долинах и на небольших холмах, все земли обрабатываются и производят прекрасный и качественный сахарный тростник, великолепный табак и индиго. Остальная часть, которая не заселена, покрыта лесом; она могла бы производить то же самое, если бы обрабатывалась. Форт находится примерно в середине Ла-Монтаня и напротив порта, на расстоянии весьма приличного ружейного выстрела от названного порта В названном форте есть большой колодец с пресной водой, который я начал восстанавливать; он был разрушен испанцами, и его невозможно завершить за год, не потратив десяти тысяч экю; также ведется укрепление порта. Но оно потребует мало расходов. Здесь имеется также небольшой порт в четверти лье от большого, расположенный немного западнее. Сюда могут входить только лодки и шлюпки, так как глубина его составляет лишь 5 брассов. Там также есть две пушки на небольшой платформе. Долина находится в месте шириной от 600 до 700 шагов, между берегом моря и небольшой горой, где расположены жилища и дома с источниками воды, а на большой горе [Гран-Монтань], которая тянется от одного края острова до другого, добрых пол-лье укрыто лесом и там имеются очень красивые и большие жилища с несколькими источниками воды. Всё это — напротив и выше других жилищ. Примерно в середине острова также имеется большая долина, которая лежит в двух лье к северу и тянется в западном направлении на три лье. Она покрыта большими лесами и наилучшей почвой, какую только можно встретить. Верхняя часть Ла-Монтаня протянулась почти от края и до края, в одних местах она более широкая, чем в других; а на краю названного острова есть хороший солончак, где добывают много соли. Но она не столь известна по причине большого количества соли, которую добывают рядом на острове Эспаньола, расположенном, как я уже говорил, на расстоянии двух лье от Тортуги. Это очень большая земля, которая имеет три сотни лье в окружности и очень слабо заселена из-за того, что 700 или 800 французов поселились вдоль берегов названного острова, в неприступных местах, окруженных горами или большими скалами и морем. И, пускаясь в путь на небольших лодках, они объединяются по 3,4, 6 или 10 человек на большем или меньшем удалении друг от друга, в 2,3,6,8 или 15 лье друг от друга, по мере того как находят более удобные места, и живут как дикари, никого не признавая и без какого-либо начальника в своей среде, и совершают множество разбоев. Они похитили несколько голландских и английских судов, что вызвало у нас много беспорядков. Питаются они мясом кабанов и диких быков и выращивают немного табака, который они обменивают на оружие, амуницию и поношенную одежду. Так что было бы весьма полезным, чтобы Его Величество издал указ об удалении сих людей с острова Эспаньола, по которому он велел бы им под страхом смерти не поселяться на названном острове Эспаньоле и в течение двух месяцев уйти на Тортугу, что, безусловно, укрепило бы ее и принесло большой доход королю; и чтобы названным указом было запрещено всем капитанам торговых кораблей и другим ничего не обменивать и не продавать названным французам, именуемым буканьерами, живущим вдоль берегов острова Эспаньола, под страхом конфискации их кораблей и товаров, а также объявить данный указ арендаторам и сборщикам или служащим канцелярий морских городов Франции, чтобы конфисковывать в пользу короля все товары, производимые названными буканьерами и поступающие с острова Эспаньола. Это заставит всех их уехать и прибыть на названный остров Тортугу, что в короткий срок принесет значительный доход. Она была взята в 1656 году Жереми Дешаном, шевалье, сеньором дю Россе, губернатором Его Величества, который вложил все свои ценности, причем с лихвой, для сохранения названного острова от вторжений испанцев и англичан, которые предприняли несколько попыток ее захватить, как он представил сие Его Величеству в двух или трех жалобах и в мемуарах, которые я передал месье де Лиону; и нет возможности завершить укрепление названного острова, ежели Его Величество не поможет мне определенной суммой денег как для продолжения работ по завершению наиболее насущных фортификаций, так и для получения военного снаряжения, оружия и вещей, необходимых для снабжения гарнизона, для подчинения жителей, которых будет, без сомнения, еще больше, если тут будет хороший форт, и которые не захотят ничего давать без оного для содержания солдат. Также весьма желательно доставить сюда женщин и детей, коих было бы весьма выгодно выдать замуж. Имеется много тех, кто хотел бы сюда приехать в качестве волонтеров, а на острове их очень мало. Здесь может быть 250 или 300 человек».