Страница 53 из 83
Сольный альбом Дэвида, названный просто «David Gilmour», был выпущен в мае 1978 года. На этом альбоме он снова работал с Вилли Уилсоном, который был его партнером по группе «The Jokers Wild», прежде чем Дэвид присоединился к нам. Рик работал над своим сольным альбомом под названием «Wet Dream». В составе его группы на гитаре играл Сноуи Уайт. Я немного поиграл со Стивом Хилледжем во время производства его альбома «Green», звукооператором которого стал Джон Вуд – он работал над нашим первым синглом «Arnold Layne» в студии «Sound Technics» в январе 1967 года.
Всякий раз, когда кто‑то из членов группы занимался какой‑либо сольной работой, не возникало никаких проблем, поскольку легко можно было совмещать работу в группе и сольные проекты, как это обычно бывает и в других группах – именно работа на стороне помогла Мику Джаггеру и Киту Ричардсу преодолеть их разногласия в 1980‑х. Все мы делали собственные альбомы, а также работали с другими музыкантами, и эта деятельность не становилась источником напряжения или зависти, а наоборот, давала полезный предохранительный клапан.
К счастью, Роджер решил проблему нехватки материала. Пока мы все занимались чем‑то другим, он работал в своей домашней студии. Демозаписи Роджера резко различались по качеству. Некоторые были так хороши, что нам даже не удавалось улучшить их в студии, и в конечном итоге мы возвращались к оригиналу. Другие представляли собой всего лишь грубые наброски, перемодулированные и искаженные. Роджер, правда, оспаривал этот факт, утверждая, что весь его материал отличного качества, и грозился в доказательство снова проиграть их мне от начала до конца. Едва услышав такое предложение, я предпочел согласиться с его мнением.
Глава девятая НАДПИСЬ НА СТЕНЕ
Момент, который дал искру альбому «The Wall», случился во время шоу, проходившего на стадионе Монреаля «Олимпик» в процессе тура «Animals» 1977 года. Это был гигантский спортивный стадион с видом на некую футуристическую башню, построенный для проходивших здесь годом раньше Олимпийских игр. Вышеупомянутая башня воспаряла поистине до заоблачных высот, так что по одному своему масштабу эта концертная точка не слишком благоприятствовала теплому отклику фанатов.
В рядах ближе к сцене располагалась относительно небольшая, но откровенно перевозбужденная группка. У этих ребят явно был полный порядок с химикатами, зато такой же полный непорядок с внимательностью и вежливостью. Поскольку они находились прямо перед нами, их было хорошо слышно. Таким образом, они определили наше ощущение публики. Во время перерыва между парой номеров эта группка принялась выкрикивать требования исполнить различные песни. Когда зоркое око Роджера уловило особенно горластого члена этой компании клакеров, вопящего «Сыграй „Careful With That Axe", Роджер!», наш басист наконец потерял терпение и плюнул обидчику в глаз.
Этот его поступок стал более чем необычным. Со времен отбытия Сида Роджер всегда был оратором на сцене. Он брал на себя всевозможные вступления, заполнение брешей в ходе концерта, когда ломались проекторы, отвечал на внезапные вопросы из публики, а также изрекал кое‑какие комические наблюдения. Инцидент в Монреале ясно указал, что теперь установление любой связи с публикой становилось проблематичным.
Не один Роджер испытывал депрессию во время этого представления. За многие годы мы разработали характерную финальную игру на бис: группа исполняла медленный двенадцатиаккордный блюз, а бригада тем временем постепенно убирала всю аппаратуру и инструменты, пока на сцене не оставался один безмолвный музыкант, который затем тоже исчезал. В тот раз Дэвид был так разозлен настроением публики, что вообще отказался принимать участие в этой процедуре.
Хотя инцидент с плевком стал весьма досадным, он привел в движение творческие ресурсы Роджера, и ему пришла в голову идея шоу, базирующаяся на концепции физического и эмоционального отделения публики от ее кумиров. Оказала ли конфронтация в Монреале какое‑либо серьезное жизненное воздействие на несчастного оплеванного фана, так и осталось неизвестным; во всяхом случае, он не только никогда не обращался к адвокату, но и не требовал вознаграждения за обеспечение Роджера столь креативным толчком.
«The Wall» в целом представляет собой целый комплекс материалов: пластинку, концерты (усиленные показом видео, сценическими эффектами и прочими атрибутами), а также кинофильм. С самого начала намерение Роджера было именно таким. Он уже проявил склонность к исследованию различных возможностей мультимедиа, однако альбом «The Wall» пошел значительно дальше. Весь проект потребовал большого количества времени. Период работы над ним длился фактически от середины 1978 года, когда Роджер создал первоначальную версию, до 1982 года, когда на экраны вышел фильм.
Роджер по опыту знал, что для успешной работы самое главное – почувствовать, когда наступает нужное время для проталкивания идеи. В какой‑то момент 1978 года он ясно почувствовал, что пора настала, и взялся за работу в домашней студии. К тому времени, как Роджер проиграл нам результаты (помню, однажды я ходил к нему домой, чтобы их послушать, а затем он принес катушки на «Britania Row»), у него на самом деле были вчерне намечены сразу две пластинки – «The Wall» и «The Pros And Cons Of Hitch‑hiking».
Хотя позднее первая пластинка подверглась значительной трансформации и Роджер по сути закончил писать весь альбом во Франции, демозапись «The Wall» содержала вполне ясные и самодостаточные концепции – одни лишь в зачаточном виде, другие относительно хорошо оформленные. Всего этого хватило, чтобы мы поняли – там содержится потенциал не просто для очередного альбома. И в то же время всех нас куда меньше вдохновил «The Pros And Cons Of Hitch‑hiking»; казалось более приемлемым вариантом оставить этот альбом на доработку самого Роджера (что он и сделал в 1984 году). Даже тогда было совершенно очевидно, что «The Wall» представляет собой целый пласт новой работы – думаю, мы все ясно видели концертное исполнение этого материала. Чувствовалось также колоссальное облегчение от того, что на такой ранней стадии процесса у нас появилась столь полная концепция.
На одном из демотреков было слышно, как я ругаюсь по телефону. Зуммер телефона понадобился Роджеру как ритм, так что, полагая, что меня нет дома, он набрал мой номер и даже не потрудился проверить, снял ли я трубку. Взяв телефонную трубку, я поначалу подумал, что это розыгрыш, поскольку мне послышалось, будто на том конце линии какой‑то псих что‑то напевает. Отсюда и мои ругательства. Только позднее выяснилось, что это пел Роджер, а поначалу мы оба очень удивлялись.
Стив О'Рурк также прослушал демозаписи: он оказался единственным, кто сумел достаточно честно припомнить, что тогда предпочел выбрать «Pros And Cons». Таким образом, продолжилась освященная временем традиция, которая позволяла нам насмехаться над музыкальным вкусом менеджеров, однако в защиту Стива следует также упомянуть о том, что в демозаписях «The Wall» еще не было таких известных теперь песен, как «Run Like Hell» и «Comfortably Numb».
Уровень участия других членов группы в альбоме поистине стал яблоком раздора. Хотя, может статься, сама завершенность демозаписей Роджера предельно затрудняла для Дэвида или Рика процесс внесения какого‑либо вклада. Однако Дэвид позднее считал, что его музыкальный вклад, особенно в «Run Like Hell» и «Comfortably Numb», оказался порядком недооценен. Впрочем, потенциальный вулкан будущего раздора пока еще по‑прежнему дремал, когда осенью 1978 года на студии «Britania Row» мы начали делать черновые версии некоторых треков.
С самого начала работы нам чертовски не хватало звукооператора. Думаю, мы все чувствовали, что Брайан Хамфрис совершенно измотан и страдает от тяжелого случая «переедания „Floyd"». Алан Парсонс теперь был группой «Alan Parsons Project», а Ник Гриффитс по‑прежнему оставался неизвестной переменной, так что мы начали искать по всей округе молодого, но талантливого звукооператора с таким послужным списком, который позволил бы ему применить совершенно новый подход к нашему саунду. В конечном итоге Алан порекомендовал нам Джеймса Гатри, который уже поработал продюсером и звукооператором для некоторого числа групп, включая «Heatwave», «The Movies» и «Judas Priest», а также для команды под названием «Ru