Страница 44 из 63
Я попыталась собрать клочки своего достоинства и посмотрела на Пэйна бесстрастным взглядом профессионала. По крайней мере, мне хотелось в это верить.
— Я это тебе не говорила. Ты читаешь мои мысли. Поскольку ты столь жестоко и бессердечно меня бросил, мы больше не пара, и я буду тебе признательна, если ты перестанешь лезть ко мне в голову. Что касается того, где я была, это тоже не должно тебя волновать. Ограничимся тем, что моя поездка дала нам немного полезной информации о твоей статуе.
Он сощурил глаза. К моему удивлению, на статую ему, похоже, было плевать.
— Я не бросал тебя ни жестоко, ни бессердечно. Ты влюбилась в меня! Ты нарушила правила наших отношений!
Я шагнула вперед и встала перед ним, твердо настроенная не сдаваться. Конечно, из-за его близости мое тело было в экстазе, но я решила проигнорировать требования моей физической составляющей, чтобы кое-что прояснить.
— Ты ни разу не говорил, что я не могу в тебя влюбляться.
— Ага, — торжествующе воскликнул он. — Ты признаешь, что это правда!
— Вот дубина стоеросовая! Разумеется, признаю! Но как ты можешь говорить, что не бросал меня, если именно это ты и сделал?
Его глаза засветились серебристым блеском.
— Не было ничего подобного. Я был бы рад продолжать наши отношения до тех пор, пока мы оба этого хотим.
— Был бы рад, говоришь? Быть просто любовниками, которые время от времени сбегаются ради секса — это все, что ты хочешь? Мы опять вернулись к теме «трах против любовной близости»?
— Да, — зарычал он, схватив меня за руки. — Это все, что я хочу. Затрахать тебя до смерти.
Несмотря на грубость слов, мое сердце рвануло из груди и на время отключило мозг. Я прижалась к Пэйну, каждый изгиб, каждая мягкая линия моего тела таяла от соприкосновения с ним. Его запах и близость наполняли меня, пока я не поняла, не осознала, что до самого последнего удара сердца нам предназначено быть рядом. Вместе. Единым целым.
— Скажи мне, — прошептала я в его губы. — Скажи мне, что ты хочешь от меня только секса. Скажи мне, что больше ничего не имеет значения.
— Больше ничего не имеет значения, — сказал он и завладел моим ртом, его руки грубо обхватили мои бедра, и он еще крепче притянул меня к своему телу. Ничего не имеет значения, кроме тебя.
Его мысли открылись мне, и я слилась с ним, мое тело отчаянно вспыхнуло, моя душа запела радостную песню бытия, когда я почувствовала, что нужда внутри него ответила во мне.
Скажи мне, что я неправа, скажи мне, что ты не хочешь этого, потребовала я, его губы двигались, заставляя еще отчаянней нуждаться в нем. Я не просто хотела прикасаться к нему, не просто жаждала его тела, я хотела его всего, всего Пэйна.
Ты неправа. Я не хочу этого, сказал он, улыбаясь в моей голове. Я оторвалась от поцелуя, секунду пососав его нижнюю губу, прежде чем ее выпустить:
— Я настаиваю, чтобы ты делал это чаще, — сказала я ему, задыхаясь и теряя рассудок, мое тело мурлыкало песню страстного желания и любви.
— Дразнил тебя или целовал до беспамятства? — Спросил он, приподнимая уголки рта.
— Не по отдельности. И то, и другое. И улыбался тоже. — Я поцеловала каждый уголок и легонько их лизнула. — Пэйн, мне искренне жаль. Я не хотела портить этим твою жизнь. Я не хотела портить и свою тоже, но, черт возьми, каким-то образом за эти несколько дней ты заставил меня потерять голову и влюбиться. Физических отношений, которых хочешь ты, мне не достаточно. Я хочу тебя, всего тебя, а не только твое тело. Я хочу тебя утром, когда ты сердит, потому что не получил свою утреннюю чашечку кофе…
— Я не пью кофе.
— И я хочу тебя днем, когда ты упрямишься и злишься…
— Я никогда не упрямлюсь и не злюсь!
— И я хочу тебя вечером, когда ты требователен, угрюм и чертовски сексуален.
— Я уловил суть, — сказал он, потянувшись ко мне, чтобы еще раз поцеловать. — Само собой разумеется, что я не требователен, не угрюм, и не секс… эээ … ладно, я чертовски сексуален. Я признаю это, но в остальном ты неправа.
Я засмеялась, и на моих глазах выступили слезы радости. Глубоко в душе, вместо былого холодного отрицания, Пэйн неохотно соглашался со мной, но его жаба давила признаться, что я значу для него больше, чем ему бы того хотелось. Там даже ощущалось что-то теплое, мягкое и укутывающее, и от этих эмоций у меня запело сердце.
Я хочу тебя всего, Пэйн. Каждую твою частичку. Только так мы будем вместе. Если ты не можешь дать мне всего себя, мы расстанемся.
Я дам тебе все, что смогу, поклялся он, и я ему поверила. Я хотела бы услышать, что он любит меня, но знала, что для него это слишком стремительно. Я ощущала, что в нем присутствуют более глубокие эмоции, но не подталкивала его. Ему нужно было время, чтобы ужиться со своим новым взглядом на мир.
Его поцелуй был горячим и глубоким, он пробирал меня до кончиков ног, пока я не стала одним гигантским пламенем желания.
Ты самая невыносимая, убийственная… восхитительная женщина, которую я когда-либо встречал. Помоги мне боже, я тоже тебя хочу. Ты нужна мне.
Кажется, мы договорились… Пэйн!
Хм?
Он усадил меня на стол. Его рот все еще не отрывался от моего. Руки, бродившие по моему телу, погладили большими пальцами мои груди, прежде чем двинуться ниже, чтобы расстегнуть молнию на моих джинсах.
Мне кажется, это не занятия любовью.
Нет. Я же говорил тебе, что собираюсь затрахать тебя до смерти.
Здесь? Сейчас?
Здесь. Сейчас. Жалобы, возражения?
Нет. Но что, если кто-нибудь зайдет? Я могла бы повозмущаться, что он хочет сделать это в офисе, но я же не дура — я радостно стянула с ног штаны, пока он сдергивал через голову мой свитер. Это был не просто секс. Да, это был быстрый, потный секс, но быстрый, потный секс, пропитанный любовью.
Я скажу тебе прежде, что кто-то войдет, ответил он, усмехаясь.
Ах, все вы обещаете да обещаете, пробурчала я. Мои руки быстро расстегивали пуговицы его рубашки. Я замурлыкала, когда рубашка упала на пол. Перед неминуемым, мои широко разведенные пальцы охватили его грудную клетку, и одна рука соскользнула по тропинке из шелковистых волос вниз к его брюкам.
— Ооооо. Теперь я вся в предвкушении.
— Предвкушении чего? — У него перехватило дыхание, когда я погладила выпуклость в районе молнии, медленно потянула замок вниз, и мои руки заскользили по его бедрам, снимая штаны.
— Ты не возражаешь, если я удовлетворю одну свою маленькую фантазию?
Клянусь, блеск его глаз мог осветить, по крайней мере, половину Эдинбурга.
— Милая, ты можешь делать со мной все, что тебе вздумается, но я не хочу, чтобы ты чувствовала себя обязанной. У нас есть столько времени, сколько тебе… о, боже. — Пэйн замолчал, но внутри него, в его мыслях, бушевала тысяча ощущений. Волнение, возбуждение, страсть, теплота, похожая на зарождающуюся любовь и огромное сексуальное удовольствие окатили меня, будто волной, когда я взяла его в рот. Мое тело замурлыкало еще громче от нарастающих в нем эмоций, усиливающихся так быстро, что это почти ошеломило Пэйна.
— Прости, — сказала я, оторвавшись и посмотрев на него. — Было слишком сильно и слишком быстро? Прости, если сделала что-то не так. Я думала, чем больше, тем лучше? Да? Нет? Черт, ненавижу делать что-то подобное впервые.
Он дико уставился на меня, будто совсем не понимал, о чем я говорю.
— Ты раньше этого не делала?
— Ну… я пробовала однажды со своим последним парнем, Карлом, но почти сразу отключилась. Похоже, это испортило ему все впечатления, поэтому я никогда больше не пыталась.
— Сэм?
— Мм? — Спросила я, щелкая языком по кончику пениса. Я улыбнулась вспышке удовольствия, что замерцала внутри Пэйна от моего прикосновения.
— Давай сейчас не будем говорить о твоих парнях.
— Хорошо. Но один из них просил меня, сделать это…, - я схватила свою сумку со стола, достала мятные конфеты для освежения дыхания и засунула парочку в рот. — Не слишком много, как думаешь? Я всегда хотела это попробовать.