Страница 70 из 92
Голос звучал в моей голове, и удар! Я была вне Лиссы.
Вот что это было, умственный толчок, щетка моего ума и волны горячего и холодного. Я осмотрелась вокруг своей комнаты, потрясенной в том, насколько резкий переход был. Все же я изучил кое-что. Я знал тогда, что Лисса не был тем, кто выталкивает меня прежде или теперь. Лисса был слишком отвлечена и слишком обезумевшая. Голос? Это также не был ее.
И тогда, я наконец вспомнила, где я чувствовала, похожее прикосновение в моей голове. Оксана. Я испытала такое же ощущение, когда она протянула руку, на мой взгляд, стараясь почувствовать мои настроение и намерения, действия, что и она, и Марк признали было неправильным, если ты не связан с кем-то.
Тщательно, я переиграла то, что только что случилось с Лиссой. Еще раз, я видел те прошлые несколько моментов. Сине-серые глаза, уставившись на меня — меня, не на Лиссу
Лисса не выпихнула меня из ее головы.
Это Авери.
Глава 24
Айвери была пользователем духа.
"Вот дерьмо."
Я вернулась к кровати и начала шевелить мозгами. Я никогда не видела такого. Черт, ни разу. Айвери хорошо продемонстрировала ее пользование воздухом. Она только достигла такого уровня с воздухом для того, чтобы он казался ее специализацией. Никто не спрашивал ее, потому что, ну честно, кто ожидал бы другого пользователя духа? С тех пор как она была вне школы, она не имела никаких причин быть проверенной и не была вынуждена демонстрировать ее способность. Никто не рассказал ей об этом.
Чем больше я думала об этом, тем больше признаков находила. Очаровательная личность, она может говорить людям что угодно. Скольких контролирует ее дух? А это было возможно… возможно она использовала принуждение к Адриану? У меня не было причин чувствовать себя счастливой из-за этого, но…хорошо, я чувствовала.
Говоря более конкретно, Айвери делала с Лиссой что хотела? Айвери прониклась симпатией к Адриану. Он был красив и происходил из важной семьи. Он был любимым племянником королевы, а члены семьи текущего монарха не могли наследовать трон; у него было хорошее будущее, обеспечивающее ему вращение в высоких кругах общества.
Но Лисса? что Айвери хотела от нее? каков была ее цель? Теперь поведение Лиссы стало понятным: посещенеи вечеринок, капризы, ревность, ссоры с Крисином — все это было не типичным для нее. Айвери руководила Лиссой, ставила перед ужасным выбором. Айвери использовала какого то рода принуждение к Лиссе, что бы она стала неконтролируемой, подвергая свою жизнь опасности. Зачем? Что хотела получить Айвери таким образом?
Это не имеет значения. Поэтому не важно. Как и каким образом я собираюсь выйти отсюда и вернуться к своей лучшей подруге.
Я осмотрела себя в деликатном шелковом платье, которое я носила. Вдруг я возненавидела его. Оно было знаком того, какой я стала — слабой и бесполезной. Я поспешно сняла его и разграбила свой шкаф. Они забрали мои джинсы и футболку, но по крайней мере сохранили мое пальто. Я одела зеленое платье-свитер, видя, что оно больше всего мне подходит для того, чтобы я чевствовала себя более-менее дееспособной. Пальто я накинула сверху. Я не чувствовала себя воином, но была теперь более компетентной. Достаточно одетая к действию, я вернулась в зал и начала ходить, что, как правило, помогало мне думать, хотя я не полагала, что выйду с новыми идеями. Я пыталась изо дня в день, но удача не была со мной. Ничего не изменится.
— Черт — крикнула я, чувствуя себя лучше с этим взрывом. Злая, я метнулась к стулу, идивляясь, что его не отбросило к стене из-за моего разочарования.
Стул немного расшатался.
Нахмурившись, я стояла и смотрела на него. Все остальное в этом месте было современно. Странно, что у меня был дефектный стул. Я опустилась на колени и осмотрела его более внимательно. Там, на одной из ножек, была трещина рядом с местом где ножка соединялась с сидением. Я огляделась. Вся мебель здесь была промышленной прочности, без каких либо соединений. Я должна была заметить, видя, как долго я била этот стул об стены, когда я впервые приехала. Я даже не повредила его.
Когда же эта трещина появилась? Швыряние им снова и снова ничего не сделало.
Но я была не единственной, кто бросал его.
Как и в первый день, когда я сражалась с Дмитрием с помощью этого стула. Он отнял его у меня и снова отбросил к стене, я никогда не обращала на это внимание на то, что он может быть сломан. Когда позже я пыталась разбить окно, я использовала стол, потому что он был тяжелым. Моей силы не хватило, чтобы сломать стул, но вот у него хватило.
Я подобрала стул и немедленно бросила его в это крепкое как алмаз окно, все еще надеясь, что я могла бы убить двух птиц одним камнем. Нет. Оба остались нетронутыми. Так что я сделала это снова. И снова. Я потеряла счет того, сколько раз я брасала этот стул в стекло. Мои руки болели, и я знала несмотря на мое выздоровление, я все еще не была в полной силе. Это приводило в бешенство.
Наконец, после этого я ощутила как мой ремейк удался, я посмотрела на стул и увидела, что трещина стала больше. Прогресс возобновил мое желание и силу. Я била и била, игнорируя боль когда древесина впивалась в мои руки. В конце концов, я услышал треск, и ножка оторвалась. Я подняла ее и осмотрела в изумлении. Разрыв не был чист. Он был расколотый и острый. Достаточно острый, чтобы быть полезным? Я не была уверена. Но я знала, для справки, что дерево было крепким, и если бы я использовала достаточно силы, то я могла бы ударить в сердце Стригоя. Это не убьет, но удар мог бы ошеломить. Я не знала, будет ли этого достаточно чтобы вывести меня отсюда, но это было все, что я сейчас имела. И это было чертовски намного больше, чем я имела час назад.
Я села на кровать, оправившись от моего сражения со стулом и подбрасывая ножку туда и обратно. Ладно. Теперь у меня было оружие. Но что я могла сделать с ним? Лицо Дмитрия мелькнуло в моем воображении. Черт побери. Не было никаких сомнений в этом. Он был очевидной целью, с которой я сначала должна буду иметь дело.
Дверь внезапно щелкнула, и я осмотрела себя с тревогой. Быстро, я сунула стул в темный угол, поскольку паника пронеслась через меня. Нет, нет. Я не была готова. Я не полностью убедила себя заколоть его. Это была Инна. Она несла полнос, но не выражала ее обычное подчинение. Беглый взгляд, которым она одарила меня, был полон ненависти. Я не знала то, от чего она должна была быть сердита. Не похоже, что я причинила ей какое либо повреждение.
Пока.
Я шагнула, будто я собираюсь исследовать поднос. Снимая крышку, я увидела бутерброд с ветчиной и картофель-фри. Это выглядело хорошо — я не ела некоторое время — но адреналин струящийся во мне, оттолкнул любой аппетит, который я могла бы иметь, на второй план. Я оглянулась на нее, сладко улыбаясь. Она стреляла в меня гневными взглядами.
Не колебаться, всегда говорил Дмитрий.
Я и не стала
Я схватила Инну, бросая ее так об пол, что ее голова ударилась затылком. Она выглядела ошеломленной, но быстро оправилась и попыталась сопротивляться. Я не была под наркотиками до этого времени — ну, не так много — и мои годы учебы и природная сила наконец показало себя снова. Я прижалась своим телом к ней, крепко держа ее на месте. Тогда, я достала произведенный кол, который я скрывала и нажала его острым концом против ее шеи.
Это было как в те дни захвата Стригоя в переулках. Она не могла видеть, что мое оружие ножка стула, но острые концы привлекли ее внимание, поскольку я вертела их в горле.
"Код" Сказала я "Какой код?"
Ее единственный ответ был потоком ругательств на русском языке. Ладно, не удивительно, учитывая, что она вероятно не понимала меня. Я прокрутила скудный русско-английский словарь в своей голове. Я была в стране достаточно долго, чтобы получить некоторый словарный запас. Правда, это было эквивалентно двухлетнему, но даже они могли общаться.