Беглец в жизнь

Альфаран только сейчас обратил внимание на то, что сено под его ногами, не темно-зеленое — а багровое. Однако….

— Тьфу ты! — Он широко ухмыльнулся. Уж некромаг то разбирается в крови! — Да она ж куриная!

— А? — красотка удивленно моргнула. Она не предполагала, что ее хитрый замысел разгадают так быстро. — Да как ты смеешь?! Я по чистой любви… а он! Чтобы к алтарю Мирайлы не вести!! Обесчестил… — она снова шмыгнула носом и потупила глаза

Тут из-за стога вышли два силуэта. Высокий и пониже — худой и пошире. Отец и мать девушки.

— Шо тут собственно происходит? — грозно насупил седые брови лысый отец — Арта кто этот парень?

Мать предпочла молчать.

— Я Альфаран. — он опередил всех — Племянник лекаря, что приехал сегодня в деревню. И я хочу сказать….

— Ты сопляк, тут мне голову-то не морочь!! Привык, шо у вас в городе там блядей полны улицы! А у нас не так! Обесчестил девушку — веди к алтарю!

— Э-э-э, ты язык в узде держи! — парень не привык и не любил, когда на него орали без повода. Да еще в данный момент и пытаются нагло охомутать! Такое спускать нельзя.

— Что?! Ах ты щ-щенок! А ну пошли к алтарю, а то яйца оторву и в зад запихаю! — мужчина попытался схватить Альфарана за руку.

В бой вступила тяжелая конница. То есть мамаша девки, начавшая причитать, явно работая на публику: "Ой шо ж это деется! Ой девушку-красавицу-умницу обесчестили насильно!"….

Альфаран покосился на лежащую неподалеку одежду, и не спеша начал подниматься.

— Вот! Пошли-пошли…. - мужик подумал что незнакомый парень смирился с участью козла отпущения и еще сильнее пихнул его.

Что же произошло дальше? Все просто — сработал условный рефлекс. В следующий момент, крестьянин ощутил себя головой в стогу, и рукой в чем-то мокром. Почти сразу же он выскочил из стога, и хотел было обругать парня… но увидел он разве что голый его зад, который с очень большой скоростью удалялся к дому лекаря. Конечно, отец девушки сразу же бросился в погоню, но….

Но куда ему, деревенскому увальню, догнать, тренировавшегося, по усиленной методике ассасина?

Немного попетляв по переулкам, Альфаран выбежал на большую улицу, на которой и был дом лекаря.

— Мда…. Влип я. Ну ничего… Кларахот поможет! — думал Альфаран на автомате перемещаясь к нужному дому — Странный сон…. Кстати что же там было дальше?

…- А расскажи-ка мне как еще можно их использовать?

— Ну… Можно их… бр-рр… есть. Но от этого велика возможность переполнения резерва.

— Что бывает при переполнении резерва? — Кларахот умело расспрашивал ученика. Начиная с недавней темы, и кончая одной из первых.

— Когда как. — Альфаран задумался, копаясь в памяти — Если слабенькое — то, достаточно лишь сотворить какое нибудь заклятье, чтобы излишек был использован и выведен. Если слишком много… может быть буквально "разрыв". Полное опустошение как маны то есть духовной силы, так и биотоков ауры и организма, то есть физической.

— А если сказать короче?

— Окажется на волосок от смерти! — гаркнул ученик

Кларахот одобрительно кивнул и указал на высушенную печень.

— Ну, чего остановился? Давай доделывай.

И сел на небольшой стульчик. Что касается Альфарана… в ближайший час он был очень занят — вычищал орган от остатков маны и биотоков владельца. Потом нужно было сотворить заклятье "Негниения" чтобы хранился такой артефакт очень долго. А потом запитка маной… из собственного резерва. И наложение заклинания.

Закончив работу, Альфаран на негнущихся ногах подковылял к уже знакомому ему шкафу и достал зелье "Впитывания маны" ибо резерв был уже пуст. Ведь мана — она есть везде. В огне, в земле, в свете в воздухе…. И ее можно впитать. Но для этого надо совершать медитации — для которых иногда времени быть не может.

С помощью этого зелья, аура впитывает в себя всю ману, которую может найти. Понемногу, но все же достаточно чтобы не загнуться от опустошения.

Однако Кларахот сурово окликнул его:

— Не смей! Делай все сам! А печенка пусть пока отлежится… урегулируется….

Пришлось ставить изумрудную жидкость на место и садиться на пол….

Что такое медитация? Можно назвать это забором маны из окружающего мира. Можно назвать это полусном полуявью — но даже это не характеризует все грани этого действа.

Во время медитации ум четко понимает, что он только частичка этой великой Вселенной. И Вселенная благосклонно отвечает своей частичке….

Что войти в транс — сначала надо занять самое удобное положение, какое только требует тело. Затем просто расслабиться. А потом самое сложное — открыть все каналы ауры наружу, одновременно оставляя их закрытыми. Кому надо чтобы в ауру влез недоброжелатель? Ведь это такая вещь… можно просто остановить сердце, а можно и полностью увлечения поменять. "Голубком" например сделать….

В медитации Альфаран просидел больше трех часов. Резерв буквально "трещал" от заполнившей его маны.

— Продолжай работу. — флегматично сказал читающий какой-то фолиант Кларахот

Наложить заклинание, и привязать его к артефакту было делом получаса. Можно было управиться и за 5 минут, но кто даст гарантию, что халтурная привязка не оборвется, высвободив всю ману наружу? Превратив артефакт и того, кто его носит, в невесомый и очень мягкий пепел. А так — линии крепкие, гарантия того что все сработает как надо — полная. Из всех видов активации Альфаран выбрал кровную, она ему больше нравилась.

— Готово Кларахот.

— Что? — непонимающе отвлекся тот от книги — А… готово. Ну что же, проверим!

— Как? — недоуменно отступил Альфаран

— Просто. Щит не ставь.

И в парня полетел "Призрачный Тесак"… страшное атакующее заклинание — режет любые физические преграды, но только на выбранной хозяином цели. Для блокирования его нужен мощный щит. Ключевое слово — "мощный", ибо уровень у него может быть хоть самый низкий — главное чтобы подпитка маны была большой. "Тесак" в магическом плане бьет не по уровневому основанию, он просто выжирает питание щита.

Щит он поставить попросту не успел…. Крутящимся белым сгустком ему снесло половину бицепса и задело кость. Тугим алым фонтанчиком хлестанула кровь.

— Чего ждешь идиот?! — прошипел старик

— Ага… — рассеянно ответил Альфаран и неуверенно сжав рукой артефакт он подставил его под мощную артериальную струю….

Серо-бурый сгусток сушеной плоти запульсировал возвращаясь в свой полноценный размер — от него начали отходить трубочки сосудов…. Альфаран слишком сильно осуществил привязку — заклинание не вырывалось за пределы артефакта восстанавливая его, а не хозяина! Впрочем эта проблема бы исправлена тут же — даже на пороге смерти ученик не забыл как обрывать "нити".

И началось…. Задетая кость стремительно обросла сначала розовым а потом и полноценным белым покровом. Перебитые вены и артерии хоть и кровоточили, но уже элементарно срастались. Бицепс восстанавливался и зарастал кожей. Через несколько мгновений рука стала нормальной и на вид и на щуп. Разве что была слишком бледной.

— Ты понял свою ошибку?

— Ага…. — Альфаран еще не отошел от потери крови

— Запомни. Слишком слабая привязка испепелит тебя. Слишком сильная привязка восстановит сам артефакт.

— Это…. Скажи — а что если бы я умер? Что бы ты делал?

— Что делал? Хек. — старый некромаг равнодушно усмехнулся, но тут же отвел глаза — Мне всегда удавалось поднятие личей.

…Сидя у крылечка, Кларахот попыхивал трубкой с яблочным табаком, и переговаривался с крестьянином. Тот был местным забиякой (довольно умным кстати), отставным солдатом недавно вернувшимся из армии. Казалось, о чем могут болтать эти два человека? Отнюдь.

— И что, как служилось?

— Каком кверху! — тот усмехнулся щербатым ртом — Я же дюжий, вот и записали на галеры. Сколь-то времени там оттрубил — потом сказали "Не желаете ли вы, господин Хаф остаться еще на парочку лет?". А что я? Я отказался — мне оно надо? Ну и конечно же: "Тогда дуй на берег хрен недосоленный!".