Страница 35 из 48
Она отпускает мою руку, и я иду домой, но около подъезда останавливаюсь. Вот это наглость! Машина моего любовника стоит припаркованной прямо передо мной – его в машине нет.
- Вот скотина! – восклицаю я, оглядываясь по сторонам.
- Что случилось, Джулия? – спрашивает одна из девчонок, проходя мимо.
- Да, нет – ничего, - отвечаю я. В этот момент открывается дверь русского хостес-клуба, который находится в том же здании, что и тот клуб, в котором работаю я, и от туда выходит Кацура. Мы оба смотрим друг на друга, разинув рты. В руках у Кацуры ключи от машины Сатоши. Всё понятно – только сейчас кто-то из них вспомнил, что надо бы отогнать машину от моего подъезда.
Восемь лет назад Кацура был моим гостем – тогда у него были деньги, и он приходил в клуб почти каждый день. Но, так как он ни где не работал, то деньги, которые он когда-то получил в наследство, вскоре закончились – последние года три он ходил по клубам за счёт своих друзей. Примерно тогда же, когда у него закончились деньги, от него залетела какая-то девчонка с Украины. Родила ему двух мальчиков – близнецов. Кацура женился на ней, и какое-то время пытался жить и работать в Киеве, но надолго его не хватило. Несколько месяцев назад он вернулся в Токио и продолжил всё своё свободное время проводит в хостес-клубах.
- Он там? – спрашиваю я и направляюсь в клуб, из которого только что вышел Кацура.
- Постой, Джулия, я его сейчас позову!
Но я уже вхожу. В небольшом клубе занят всего один стол – за ним сидят Сатоши, два стафа и три девицы. Мой любовник единственный, кто не замечает моего появления, потому что в этот момент пытается поцеловать одну из девиц – она сопротивляется, кокетничая.
- Добрый вечер! – говорю я громко, подойдя к столу и протягивая Сатоши ладонь для рукопожатия, как это принято в “Мирубезе”. Он пожимает мою руку и снова кладёт её туда, где она была до этого - на коленке у девицы. Я сажусь напротив – все молча смотрят на меня, а я на Сатоши. Таким пьяным я вижу его впервые. Он бессмысленно хлопает ресницами и разглядывает меня, наверное, целую минуту, прежде чем до него доходит, кто я такая. В ту же секунду он резко убирает обе свои руки с девицы и, чуть подпрыгнув, отодвигается от неё. Ну что ж, значит с ней он, по крайней мере, ещё не спал, понимаю я. Сидящий рядом администратор клуба, тоже сразу всё понимает.
- Джулия! – восклицает он. – Как мы давно не виделись! Я Ёджик! Помнишь меня?
Я с трудом фокусирую на нём свой взгляд. Ёджик. Несколько лет назад он был администратором в “Мирубезе” – лучшим из тех с кем мне доводилось работать, но потом у него поехала крыша – он начал швыряться в девчонок табуретками и ведёрками со льдом, те стали одна за другой сбегать из клуба, и его уволили.
- Здравствуй, Ёджик.
Пока мы интересуемся делами друг друга, Сатоши приходит в себя и просит, чтобы я села рядом. Девицу, которую он домогался – курносую, голубоглазую блондинку с большой грудью, которая, наверное, тоже чем-то напомнила ему его первую, русскую любовь, Ёджик оперативно убирает из-за стола.
Через пятнадцать минут я уговариваю своего любовника перестать пить, и мы покидаем клуб. Выходим втроём – Кацура садится за руль, я рядом, Сатоши после долгих препирательств (он утверждает, что может сам вести свой автомобиль) усажен на заднее сиденье. Такой компанией въезжаем в ближайший лав-отель. Кацура отдаёт мне ключи от машины и, распрощавшись, уходит, я открываю заднюю дверцу и застаю своего любовника за попыткой проглотить таблетку “Виагры” – она выскальзывает из пьяных рук.
- Не волнуйся, - говорю я, помогая ему выйти из машины, - сегодня я не собираюсь заниматься с тобой сексом.
- Зачем мы тогда сюда приехали?
- Затем, чтобы ты не приехал сюда с той девицей! – отвечаю я, выбираю комнату, и мы поднимаемся наверх. В лифте он пытается меня поцеловать, но я отворачиваюсь. Когда мы входим в номер, он сразу же валится на кровать и похоже засыпает. Я раздеваю его – равнодушно, без какой-либо эротики. Просто спать с одетым мужчиной, который разлёгся поперёк кровати, неудобно. Когда я начинаю снимать с него рубашку, он сопротивляется и старается прикрыть живот рукой. Мне сразу же приходит в голову, что он пытается скрыть засосы или царапины, оставленные на его теле другой женщиной, и потому я в ярости отдираю его руки. Но оказывается, что он пытался скрыть большой шрам, оставшийся у него на животе после операции.
- Ты что совсем дурак? Я же его уже видела!
- Тогда было темно, а сейчас… Ты не выключила свет.
Я выключаю свет – оставляю только не большую настольную лампу в виде фонарика, и у меня начинает звонить телефон – Канджи.
- Привет, - говорю я.
- Как настроение? – спрашивает он насмешливо.
- Плохое, - отвечаю я.
- И не удивительно! Знаешь, где сейчас твой возлюбленный?
- Знаю – со мной в лав-отеле.
- О… - протягивает Канджи удивлённо, - Полчаса назад я видел его в “Кей Джи Би” – это клуб, который открылся месяц назад в том же здании, что и “Мирубеза”.
- Знаю – я тоже его там встретила.
- Понятно… - Канджи явно разочарован, что не смог удивить меня. – Я сейчас сижу в баре с девчонкой из твоего клуба, хотел предложить тебе составить нам компанию…
- Зачем я вам?
- Мне с ней скучно – хорошенькая, но по-японски ещё не говорит.
- Раньше тебя это не останавливало…
- И сейчас не остановит! Но пока она не напьётся, надо же с ней о чём-то разговаривать!
Знакомая история! В последнее время меня всё чаще заказывают в качестве переводчицы или как женщину, с которой можно поговорить! Рядом всегда сидит безмозглая кукла, попивая шампанское – её водят по ресторанам и магазинам, в надежде однажды привести в отель, а я за одну тысячу йен, а иногда и бесплатно, должна напрягаться, развлекая её поклонника беседой!