Страница 75 из 79
Секретарь Янгблада заглянула в кабинет.
– Я слышала шум. Вы… о нет! – она бросилась к Таше.
– Мисс Эпстайн, вызовите «скорую помощь», – пробормотал Янгблад. – У нас несчастный случай.
Секретаря как ветром сдуло.
Янгблад закрыл за ней дверь, ветер лицо полотенцем. Переоделся, достав из шкафа чистую рубашку и другой пиджак. Просмотрел содержимое ящиков, часть документов переложил в брифкейс. Открыл сейф, достал оттуда еще пачку документов и драгоценности, которые дарил Таше. Документы легли в брифкейс, драгоценности он рассовал по карманам. Ташу, по-прежнему лежащую без сознания на полу, он словно не замечал.
Надев пальто, Билли Янгблад вышел из кабинета.
– Я уезжаю на несколько недель, мисс Эпстайн, – и с тем отбыл в аэропорт, чтобы ближайшим рейсом вылететь в Хьюстон, подальше от всего этого безобразия.
Глава 30
Тайгер открыла бутылку «Шато Леовиль-Пуаферре».
– Ты готов поднять со мной тост за салат?
– Oui, ma chérie. Несу кролика, – ответил Ги, появляясь из кухни «люкса» отеля «Карлайл» с серебряным подносом. – А вот и петрушка, чтобы посыпать его. И соус из зеленых перчиков. Voilà! – он поставил все на стол. – La nouvelle cuisine française [54]!
Тайгер погасила верхний свет.
– Выглядит великолепно. Я хотела по пути купить свечи…
– Ничего страшного. Ты выглядишь великолепно и без зажженных свечей.
Она разлила вино.
– За тебя, твои кулинарные способности… и за новый «Джаз».
Они чокнулись, выпили.
– А теперь, Тайгер, за нас.
– За нас.
Она заглянула в его удивительные карие глаза и улыбнулась.
Ги разрезал кролика.
– Я так вымотался за последние две недели. И после презентации «Джаза» хочу взять отпуск.
– И я бы не отказалась от отпуска. Но, к сожалению, после Нью-Йорка последуют презентации по всей стране.
– Это не твоя забота. – Ги поставил перед Тайгер полную тарелку.
– Теперь моя. Этим собиралась заниматься Конни, но она подала заявление об уходе.
Ги положил вилку на стол.
– Что?
– Так уж вышло. Конни винит себя за смерть Шелдона. Она уходит из «Келлерко». Вместе с дочерью переезжает в Сан-Франциско.
– Бедная Тайгер. – В голосе Ги слышалось искреннее сочувствие. – Теперь на тебя ляжет ее работа.
– Ну, пока мы перераспределили ее обязанности – Джесс, Дэвис и я. Мне придется ездить по стране и организовывать презентации на местах. А пока не назначен новый президент, нам придется взять на себя и обязанности Шелдона. – Тайгер замолчала. – В чем дело, Ги?
Ги перестал есть, отодвинул тарелку.
– Я думал, ты вернешься со мной на Ривьеру.
– Ты знаешь, я хочу поехать туда. Но чуть позже.
– Я-то хотел, чтобы ты поехала во Францию навсегда. Я хочу жениться на тебе.
Тайгер молчала. Пока Ги жил в Нью-Йорке, все у них было хорошо. Но Тайгер знала, что в Грасе она жить не сможет.
– Ги… Не знаю, как и сказать. Я тебя люблю. Другого мужа мне не надо… если б я решила, что мне пора замуж. Но к этому я еще не готова. – Она знала, что больно ранит его, но хотела, чтобы он ее понял. – Ги, я хочу быть с тобой. Почему бы тебе не остаться в Нью-Йорке? А отпуск мы бы проводили во Франции…
– Нет, Тайгер, – твердо заявил Ги. – Ты упускаешь главное. Я – мужчина. Я люблю свою страну. Мне недостает Граса. Я там родился, вырос и хочу там жить. С тобой. Тайгер, никого я не любил, как тебя…
У Тайгер разрывалось сердце. Она подошла к Ги, опустилась рядом с ним на колени, обняла, прижалась к нему.
– Я тоже люблю тебя. Не хочу расставаться с тобой, но не могу бросить работу. Во всяком случае, теперь. Я слишком долго искала то, что действительно хочу делать. И не могу от всего этого отказаться.
Ги отвернулся от нее.
– Тогда ты меня не любишь.
– Но, Ги, влюбленные идут на компромисс…
– И как ты представляешь себе этот компромисс? Я остаюсь в Нью-Йорке, и каждое лето мы ездим в Грас на две недели?
– Я этого не говорила! – фыркнула Тайгер.
– Неужели?
Он поднялся, понес на кухню тарелки. Тайгер последовала за ним с миской недоеденного салата.
– Ги, пожалуйста, я не хочу ссориться.
– Я тоже. Но обсуждать нам больше нечего, – он сбрасывал остатки еды в мусорное ведро и ставил грязные тарелки в посудомоечную машину.
– Но проблема не исчезнет, если о ней не говорить. Должно же найтись взаимоприемлемое решение. – Тайгер села на стул.
Глаза Ги наполнились слезами.
– Никогда я не был таким несчастным. Наконец-то я нашел женщину, на которой хочу жениться… и она отвергла меня.
Тайгер переполняли печаль и раздражение.
– Я же не отвергаю тебя. Мы должны найти выход…
– Я решения не вижу, – покачал головой Ги.
– А я вижу! – Она положила руки ему на плечи. – Ты будешь работать в Грасе, я – в Нью-Йорке. Мы будем часто видеться… насколько возможно. Я буду прилетать во Францию при первом удобном случае… и отпуск мы будем проводить вместе.
– А что мне делать по вечерам, вернувшись усталым с работы? Когда мне захочется пообедать с тобой, поговорить? Нет, Тайгер, для меня любовь неотделима от совместной жизни. – Он начал протирать разделочный столик губкой. – Мне проще не любить тебя совсем, чем раз в месяц!
– Ги! Будь благоразумен. Рано или поздно все образуется. А пока почему не мириться с тем, что мы имеем? Отпуск-то будет наш.
– Я хочу не этого,Тайгер. – Ги прошел в спальню. Тайгер – за ним. Он улегся на постель, раскрыл журнал, игнорируя ее.
– По-твоему не бывать! – выкрикнула Тайгер. – Мужчины всегда ждут от женщин полного подчинения их желаниям, но со мной этот номер не пройдет! Я этого не хочу! Мне нравится моя работа! Нравится моя нынешняя жизнь! И я ничего не собираюсь менять, ни ради тебя, ни ради кого-то другого. Я сойду с ума от жизни в Грасе. Что я буду делать целый день?
– Во Франции женщина тоже может найти работу, знаешь ли.
– Любую работу я не хочу. Мне нужна мояработа!
Тайгер вышла из спальни, схватила пальто и отбыла.
Целый час она просидела в баре «Карлайла», изредка пригубливая «Джимлет», слушая Бобби Шорта, несчастная, грустная. Она не хотела такого разрыва. Если уж их отношения с Ги не имели будущего, разве обязательно ставить точку ссорой и злостью?
В результате Тайгер заставила себя подняться в «люкс», открыла дверь своим ключом. В гостиной горел свет, но Ги там не было. Она заглянула в спальню. Он лежал в кровати. Тайгер постояла на пороге, глядя на него. Внезапно поняла, что глаза у него открыты.
– Так ты не спишь!
– Я не могу заснуть.
Она медленно двинулась к кровати, на ходу снимая одежду, бросая на пол. В полумраке спальни она не могла разглядеть выражения его лица, но знала, что его глаза, как и ее, блестят от слез.
Тайгер забралась в постель. Руки Ги по-прежнему лежали вдоль его тела, как плети. Ладонью она прошлась по его лицу, плечам, груди, запоминая все то, что и так хорошо знала.
Пальцы нащупали пенис, от ее прикосновения он с неохотой зашевелился, начал крепнуть. Тайгер наклонилась, нежно поцеловала набухшую головку.
– Тайгер…
Она со всхлипом упала на Ги, жадно припала к его губам, он гладил ее волосы, груди, ягодицы, потом прошептал: Tout sera bien, ma chérie [55]. A слившись воедино, они вместе поднялись на вершину блаженства, и каждый знал, что столь сладостного подъема им не забыть и не испытать вновь до конца жизни.
Чарлзу Аллингвуду природа недодала роста. Но уж с тем, что было, он обошелся по-хозяйски. Расположенный к полноте, он, однако, держал себя в форме, безжалостно изгоняя диетой и физическими упражнениями каждую лишнюю унцию жира. Носил безупречно сшитые английские костюмы, следил за ногтями, свеженачищенные туфли сверкали, в прическе чувствовалась рука опытного мастера. Еще два дня тому назад он возглавлял маленькую компанию в Палм-Бич, штат Флорида. А сегодня новые сотрудники вводили его в курс дела в кабинете, недавно покинутом Шелдоном Шоу в Солоу-Билдинг на Западной Пятьдесят седьмой улице в Нью-Йорке.
54
Оригинальное французское блюдо (фр.).
55
Все будет хорошо, любовь моя (фр.).