Страница 2 из 4
Гадство! Почему-то резко пропало настроение развлекаться с очередной девицей, изображая из себя вампира. Лучше прокачусь, как и обещал малявке. Я распахнул двери гаража. Вот он мой красавец Харлибой! Я залюбовался благородной машиной, поблескивающей лаком и хромом в полутьме помещения. Для меня мотоцикл как породистый конь. Я без устали ухаживаю за ним, и потому он единственный безупречно чист среди пыльного хлама, валяющегося вокруг. Я поменял плащ на куртку и, сев в седло, нажал на газ. Харлибой с рёвом выскочил на улицу. Гараж остался открытым, но у Вована есть ключи, и он обо всём позаботится.
Вечер прошёл как обычно. Встретился со своими парнями. Всей ватагой мы немного покатались, выпили и слегка побуянили. К моему разочарованию драчка как-то быстро закончилась, и мы засели в кафе. Вскоре мои товарищи укатили с подцепленными по дороге тёлками. Не люблю это слово, но иначе их не назовёшь. Ребята звали меня с собой, но что-то не было настроения потакать тёмным инстинктам и ублажать очередную самку. Короче, я хандрил, и пил пиво. Как назло взгляд упал на пару счастливых кроликов примерно моих лет. Держась за руки, эти уроды бросали друг на друга нежные взгляды и что-то чирикали. Я пригляделся. Девица — сплошная серость, а парень — прыщавый дебил, но поди ж ты, у них любовь. Из глубины души поднялась глухая ярость. Тупую полупьяную сучку, что прилепилась ко мне, как пиявка, пришлось отгонять буквально пинками, слов она не понимала.
Мой Харлибой взревел, и я вылетел на дорогу. Придорожное кафе, где мы тусовались, быстро скрылось за поворотом, и я устремился в ночную пустоту. Для меня это привычное занятие — ехать, куда глаза глядят, но сегодня почему-то было особенно муторно на душе. Быстрей! К чёрту осторожность! Я прибавил газу и Харлибой с места рванул в карьер. Сказка! Зверь, я люблю тебя!..
Высекая слёзы в лицо бил влажный сырой ветер, — на мне не было шлема и я, не стесняясь, плакал. Господи! У меня было всё и в то же время у меня не было ничего, чем бы я дорожил в этой жизни. Так, только одна приблудная девчушка, которая мне никто и ничто. Прости, Гемма, в случае чего о тебе есть кому позаботиться…
Как всегда бывает в таких случаях, силуэт девушки на дороге вырос передо мной совершенно неожиданно. Визг тормозов и Харлибой пошёл юзом.
Время растянулось до бесконечности…
На такой скорости вряд ли во мне останется хоть одна целая кость…
Скоро я лягу на землю окровавленным кожаным мешком…
Прощай, земля, да здравствует Ад!..
Вдруг какая-то сила на мгновение приподняла меня над асфальтом. Это спасло мне жизнь, но не избавило от сильных травм. Протащивший меня за собой, Харлибой раздробил мне ногу и, упав сверху, переломал не только рёбра. В общем, это была небольшая отсрочка перед походом в Ад.
"Перед тем как провалиться в бездну, хочу напоследок увидеть небо", — я разлепил глаза, залитые кровью, и с трудом сфокусировал взгляд. Надо мной склонилась лицо девушки неземной красоты. В сияющем ореоле волос она показалась мне ангелом, спустившимся с небес. Я криво усмехнулся. "Кажется, небесная канцелярия дала промашку либо с кем-то меня перепутала. Ведь мой проводник должен иметь пару симпатичных рожек, а не ангельский нимб…"
Раздался мелодичный смех и удивительно красивый голос произнёс:
— Не спеши. На тот свет никогда не поздно. Может, для начала выслушаешь моё предложение?
"Давай!" — мысленно ответил я. Голосовые связки мне не повиновались.
— Хочешь на самом деле стать вампиром?
Вау! Вот это предложение! Задыхаясь, я хрипло рассмеялся и почувствовал, как хлынула горлом кровь. Что такое не везёт и как с этим бороться?! Чёрт возьми! Мир просто полон придурков. Надо ж было перед смертью напороться на ненормальную, воображающую себя вампиркой!
Придурочная красотка понимающе улыбнулась.
— Не веришь, да?
Наверно, мой взгляд был более чем красноречив.
— Твоё дело. Но если согласен, просто опусти ресницы.
"Без проблем!" Я выполнил требуемое. С миром живых меня уже ничего не связывало, и я до самой смерти решил оставаться джентльменом. Пора было хоть немного компенсировать ущерб, нанесённый женской половине рода человеческого. А нужно отдать им должное — они много чего от меня натерпелись. Пусть хоть это пойдёт в зачет моего срока отбывания в Аду.
— Отлично! А теперь выслушай краткую инструкцию. Став одним из нас ты должен неукоснительно соблюдать три основных закона вампиризма, — красотка весело фыркнула. — Знаком с тремя законами робототехники Айзека Азимова? — я ухмыльнулся и поморщился от боли. Перед глазами всё поплыло, похоже, я терял сознание, но девичий голос по-прежнему звучал на удивление ясно. — Вижу, что знаком. Значит так. Согласно основному закону ты должен во всём неукоснительно следовать указаниям своего прародителя, в данном случае меня. Второй постулат гласит, что ты не имеешь права самостоятельно создавать вампиров и третий — скрытность должна стать твоим вторым именем, а может и первым. За нарушение любого из законов смерть. Ясно?
"Куда уж ясней?" — подумал я и отрубился.
Мир, по которому я бродил, находясь без сознания, не отличался гостеприимством и это ещё мягко сказано. Насколько видел глаз, кругом простиралась безжизненная каменистая пустыня, освещаемая незаходящим тусклым солнцем, напоминающим багровое око. Оно висело почти у самого горизонта, и все предметы отбрасывали длиннейшие тени.
Всё-таки здесь была своя жизнь, но явно неорганического происхождения. Мимо меня проскользнула стеклянная змейка, имеющая кровавый окрас, а за ней следом проползли какие-то коралловидные создания. Они оказались хищниками и вмиг сожрали стеклянную красавицу. Когда в мою сторону целеустремлённо двинулась колонна животных, похожих на маленькие разрисованные танки, находящиеся на марше, я счёл за благо отступить с их пути.
Вскоре меня заинтересовал высящийся вдали постамент с какой-то скульптурой, и я решил узнать, что там такое. Дорога заняла немало времени и сил, и последние несколько сот метров пришлось добираться уже ползком. Но всё когда-нибудь кончается. С чувством победного ликования я ткнулся головой в подножие постамента, немного отдышался и, перевернувшись на спину, посмотрел наверх. Мой взгляд упёрся в немигающие змеиные глаза аспидно-чёрного дракона, сидящего на постаменте. "Привет!" — сказал я, не придумав ничего лучшего.
Пасть сказочной рептилии расползлась в жуткой ухмылке. Блин, вот это зубы! Мороз по коже стоит только представить себя в качестве драконьего обеда.
Сверху загрохотал смех. "Не бойся, Глоб, я не настолько голоден, чтобы бросаться на всё, что движется". Ко мне метнулась узкая драконья голова на длинной шее, и обнажённую кожу на груди обдало его мощное дыхание. К моему удивлению в нём не было никакого зловония. Наоборот, от дракона исходил запах свежескошенной травы, мёда… и счастья. Да-да! Безоблачного, беззаботного, такого, какое бывает только в детстве… в счастливом детстве, которого я, никогда не знал…
Я сморгнул слёзы. Второй раз плачу за всю свою сознательную жизнь.
"Бедный бесприютный волчонок, не знающий ни любви, ни радости, — мягко произнёс дракон, заглядывая мне в лицо огромными янтарно-золотыми глазами. — Если ты плачешь, значит, не всё потеряно. Что ж, я подарю тебе ту жизнь, какую ты заслуживаешь". Из его пасти вырвался клуб огня, окутавший моё тело светящимся золотым коконом.
Из сладкого забытья меня вывела дикая боль. Это осколки костей вдруг ожили и зашевелились. Тем не менее, я оставался в сознании, и даже ничто не туманило мой взгляд. Ну, надо же! Придурочная девица всё ещё была здесь и по-прежнему изображала из себя вампира. Она вставила накладные клыки, и пропорола ими мою кожу на шее, а затем присосалась к ранке. Эффект превзошёл все её ожидания. Когда эта двуногая пиявка отвалилась от меня, сломанные кости уже встали на место и срослись. Теперь дело было за более "мелкими" ранениями, типа пропоротого легкого и разорванных внутренних органов.