Страница 3 из 62
Не говоря больше ни слова, мужчины разделились на две группы. Половина из них направилась туда, куда я указала, вторая половина двинулась в противоположную сторону. Ха. Кажется, они не доверяли полупьяной девице с проколотым носом и без обуви.
Я дождалась, пока они скрылись из поля зрения, и прошла туда, где сидел парень, спрятавшись за кустами.
— Они ушли. Думаю, теперь безопасно вылезти и поиграть.
Он выдержал мой взгляд и маневром покинул укрытие. Когда он не сделал и движения, чтобы снять мои кеды, я кивнула на его ноги.
— Ты вообще кеды-то возвращать мне собираешься?
Он покачал головой и согнул руки.
— Я не могу отдать их тебе.
— Черт, почему нет? Если серьезно, чувак, красный — не твой цвет.
Он смотрел на землю какое-то время, а затем его взгляд прошелся по пути, которым он двигался ранее.
— Я голоден. — Он снова пялился. — У тебя есть какая-нибудь еда?
Он забрал мою обувь, а теперь просит еду? У парня есть мужество.
Глубокая царапина на его голове все еще немного кровоточила, и слабый фиолетовый синяк начинал появляться на его щеке, но этот испуганный взгляд его глаз, который выделялся на общем фоне ярче всего остального, словно горячая неоновая вывеска. Он щелкал пальцами, по одному за раз. Указательным, средним, безымянным и мизинцем, снова и снова.
Крикнула сова, и я вспомнила о времени. Отец скоро будет дома. Это могло бы сыграть мне на руку. Я знала, что приведи я домой парня, это не по-детски выбесит его. Вот это будет номер, если он найдет незнакомца в своем доме. Черт, он, у него, должно быть, шерсть дыбом встанет.
Но пока мысль о доведении до ручки моего отца согревала меня, было и еще кое-что среди моих мотивов. Мне почему-то хотелось провести немного больше времени с парнем. Эти руки... Эти глаза. Мы были наедине посреди леса. Если бы он был серийным убийцей, он бы уже начал действовать. Не верилось, что он опасен.
— Мой дом недалеко отсюда. Отец ходил в магазин на днях. Много нездоровой пищи, если это тебя устроит.
Взгляд его глаз заставил меня думать, что он мне не доверял, чего я не понимала. Черт, я же дала ему свою обувь.
— Не знаю, кем были твои друзья, но они могут удвоиться и вернуться. Ты будешь в безопасности у меня некоторое время. Может, они сдадутся.
Он посмотрел на воду и покачал головой.
— Они не из тех, кто сдается.
2
П
уть лежал прямо через лес и Киндер Стрит. Маленький тупик отделял национальный заповедник Парквью, и до дома оставалось пять строений, все до боли одинаковые, за исключением цвета. Пока мы шли, я пыталась заговорить с парнем несколько раз, но все, что я получала, это простые, односложные ответы, которые мне не сказали ничего. В итоге я сдалась и сосредоточилась на подсчете тяжелых шагов моих кроссовок, когда они топали по земле все еще обутые на его ноги.
К тому моменту, как дом показался впереди, я умирала от любопытства.
— Ну, готов уже меня просветить? Кто были те парни в пикантных трико? — Я боролась с замком входной двери. Черт, он всегда заедал. — Тебя достало стадо балерунов?
Тишина.
Дверь, наконец, поддалась, и я уступила дорогу, махнув ему вперед. Он не двинулся.
— Ну?
— Ты первая.
Ладно. У кого-то серьезный случай паранойи. Я зашла и подождала. Спустя некоторое время он, наконец, пересек порог.
— По крайней мере, ты можешь назвать свое имя?
Он бродил по комнате, пробежав пальцами вдоль края кушетки и по некоторым старым маминым безделушкам.
— Сью зовет меня Кайл, — пробормотал он после минуты колебаний. Он поднял маленькую хрустальную лошадь, поднес ее к уху, а затем встряхнул несколько раз, перед тем как поставить обратно и пойти дальше.
— Кайл какой?
Вопрос остановил его осмотр и заработал для меня забавный взгляд. В его руках была мамина мозаичная пепельница, сделанная на ярмарке народного творчества за неделю до моего рождения. Она выглядела безвкусной и дешевой, но я все равно боялась, что он может уронить ее.
— Что насчет твоей фамилии?
— Она мне не нужна, — ответил он и вернулся к изучению. Как будто он искал что-то. Выделяя каждый элемент в комнате по отдельности, будто он мог содержать в себе какой-то ключ к разгадке массового убийства, или, может быть, он искал пастилки для свежего дыхания.
— Очень по-голливудски. — Я подняла корзину для белья с пола, поставила ее на кушетку и рылась в ней, пока не нашла пару отцовских штанов и старую футболку. — На. Ванная наверху, вторая дверь справа. Там должны быть чистые полотенца в шкафу на первой полке, если хочешь принять душ. Не торопись.
Пожалуйста, не торопись.
Это был бы идеальный способ отплатить отцу за то, что заставил меня кусать себе локти после побега на прошлой неделе. Плюс, это не так тяжело, потому что Кайл умопомрачительный красавчик.
Он не пошевелился, чтобы забрать у меня одежду.
— Слушай, не беспокойся, ладно? Отец не должен вернуться домой некоторое время, а ты покрыт всякой фигней и грязью.
Я положила одежду перед ним и шагнула назад, чтобы достать себе джинсы из корзины.
Не отрывая взгляда от меня, он взял одежду в руки. Его выражение лица было столь глубоким, что мне пришлось напомнить себе дышать. Что-то в том, как он наблюдал за мной, заставило мой живот сделать маленький кувырок. Глаза. Должно быть. Кристально синие и решительные. Вид пристального взгляда, который мог заставить девушку выжить из ума. Вид пристального взгляда, который мог заставить девушку выжить из ума, и этим многое сказано. Я не из тех, кто легко ведется на смазливое личико.
Он, казалось, согласился, потому что быстро кивнул и медленно направился из комнаты вверх по лестнице. Несколько минут спустя включился душ.
Пока я ждала, переодела свою грязную одежду и стала варить кофе. Даже если отец не обнаружит странного парня дома, когда вернется, он будет зол из-за кофе. Я не смогла бы сосчитать, сколько раз он говорил мне, что ElInjerto был неприкосновенен. Он даже пытался спрятать его, как будто бы это помогло. Если он хочет, чтобы я оставила в покое его кофе, он должен был бы снова пить KopiLuwak. Ни за что на свете, как бы я ни любила кофе, я не буду пить что-то, сделанное из бобов, на которые гадили древесные крысы.
Я почти закончила сворачивать стираное белье, когда Кайл спустился по лестнице.
— Намного лучше. Ты выглядишь почти как человек.
Штаны были мешковаты, Кайл оказался немного ниже отца, и футболка тоже была большой, но, по крайней мере, он был чистый. Его ноги были все еще втиснуты в мои любимые красные кеды. Они промокли насквозь. Он не снимал их в душе?
— Твое имя? — спросил он, когда спустился, кроссовки хлюпали и выплескивали воду при каждом шаге. Он не снимал их в душе!
— Дэзни, но все зовут меня Дэз. — Я указала на пропитанные водой кеды. — Мм, ты вообще собираешься когда-нибудь снять мою обувь?
— Нет, — сказал он. — Я порежусь.
Может, что-то было неправильно. В городе поблизости есть психиатрическая больница, и не было чем-то неслыханным, что время от времени оттуда сбегали пациенты. Предоставьте это мне: найти самого горячего парня из только существующих и обнаружить, что он псих.
— О. Ну, это все объясняет, да...?
Он кивнул и принялся рассматривать комнату снова. Остановившись напротив одной из маминых старых ваз, ужасно голубой, которую я держала только потому, что она была одной из тех вещей в доме, которые принадлежали ей. Он поднял вазу.
— Где растения?
— Растения?
Он посмотрел снизу и внутри перед тем, как повернуть ее и потрясти, как будто оттуда могло что-то выпасть.
— Здесь должны быть растения, правильно?
Я шагнула вперед и спасла вазу. Он резко отпрянул.
— Тише. — Я осторожно поставила голубого монстра на стол и отошла. Он снова пялился. — Ты ведь не думаешь, что я собираюсь тебя ударить или что-то в этом духе?