Страница 79 из 94
Но тот, по-видимому, уже так долго не выходил из кузни, что понятия не имел, день сейчас или ночь.
— Почему он всё время говорит «мы»? — прошептал Майки Джиксу. — Разве он не один? Или в нём ещё кто-то сидит?
— Нет, — так же шёпотом ответил Джикс. — Короли всегда говорят «мы», даже когда король один.
— Мы не одобряем секретных разговоров! — раздался монарший окрик. — Мы требуем, чтобы нам рассказали, о чём вы там беседуете!
— Мы беседуем о Восточной Ведьме, Ваше Превосходительство, — отозвался Джикс. — Она очень могущественный противник. Она преодолела ваш ветровой барьер и в настоящий момент грозит уничтожить живой мир.
— А что нам за дело до живого мира? — сказал король.
Внезапно Майки сделал шаг вперёд и горячо заговорил:
— Если у неё это получится, под её властью окажутся тысячи... да нет, не тысячи — миллионы, и тогда она объявит себя королевой Междумира!
Его превосходительство выгнул бровь:
— Оно разговаривает?
— Я не «оно!» — зарычал Майки.
Джикс скроил ему гримасу — мол, помолчи, но король снова лишь небрежно махнул рукой.
— Конечно, ты «оно». И будешь «оном» до тех пор, пока мы не скажем, что ты больше не «оно».
Майки открыл было рот, но король не дал ему ничего сказать.
— Поскольку ты «оно», значит, ты предмет. А мы не помним, чтобы нам когда-либо доводилось видеть предмет, который двигается сам по себе. Нет, мы это запамятовали.
И в ту же секунду Майки застыл на месте, как примороженный — не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой, он лишь стоял, как столб — а всё потому, что король запамятовал.
— Ну так, — продолжал повелитель, — а что представляет собой второй подарок?
— Это шоколадный мальчик, — ответил Джикс.
Его превосходительство улыбнулся.
— Это что-то новенькое!
Он поднялся, подошёл к Нику и тронул пальцем кончик его носа. Слизнул шоколад с пальца, посмаковал... и засмеялся.
— Надо бы нам забыть, что таких дýхов, как ты, не существует! А ещё лучше забыть, что их не существует в различных вкусовых вариантах. Кокос, земляника, тамаринд...
— О, пожалуйста, Ваше Превосходительство, — быстро нашёлся Ник, — я единственный и неповторимый, а если бы таких, как я, было много, то это уже не был бы уникальный подарок для истинно великого короля!
Повелитель призадумался.
— Быть по-твоему. Но мы оставляем за собой право запамятовать твой вкус, если он надоест нашему королевскому превосходительству.
— Всё в порядке, — заверил его Ник. — Меня это устраивает.
— УНИЧТОЖЬТЕ ИХ! — прошипел визирь из-за статуи. — БРОСЬТЕ ИХ В СЕНОТ!
Король вздохнул.
— Нашему визирю вы не нравитесь, но мы ещё не вынесли своего суждения. — Он повернулся к Майки, который по-прежнему стоял столбом. — Мудрость твоего шоколадного друга спасла тебя. Мы запамятуем, что ты — предмет, который не может двигаться.
В тот же миг Майки «разморозился».
— Итак, — промолвил монарх, — мы полагаем, что юноша-ягуар не принёс бы нам дара, который ни на что бы не годился. — Он сложил руки на груди и выжидающе уставился на Майки. — Приказываем тебе произвести на нас впечатление!
Джикс подал Майки знак, и тот пошёл превращаться во всё, что приходило в голову. Король даже зааплодировал:
— Мы в восхищении! Сами боги пришли бы в восхищение!
Майки снова стал самим собой и сложил руки на груди в точно такой же величественной манере, что и его превосходительство.
— Объявляю тебя моим личным талисманом! — объявил король. — Я прикажу надеть на тебя бриллиантовую сбрую и стану водить за собой, и ты будешь превращаться в то, что мне захочется!
Майки пришёл в ярость; глаза его выкатились из орбит, вены в них набухли.
Король разгневанно уставился на Майки.
— Что это? Мы ощущаем, что наш талисман не желает нам подчиняться. Может, нам поступить, как советует наш визирь?
— ДА, ДА! — завизжал визирь. — ПОСЛУШАЙТЕСЬ МОЕГО СОВЕТА И БРОСЬТЕ ИХ В ШИБАЛБУ!
Глаза Майки выпучились ещё больше и... Но тут случилось нечто невероятное: он опустился на колени, затем на четвереньки, а потом простёрся у ног повелителя.
— Я стану циновкой под вашими ногами, Ваше Превосходительство, с этого момента и до конца времён, если вы согласитесь выступить против Восточной Ведьмы! — Майки трансформировался во что-то плоское и пушистое. Его можно было бы принять за медвежью шкуру, из тех, что кладут на пол, если бы не дюжина глаз, рассеянных по всему телу.
Король посмотрел на него с некоторым отвращением.
— У нас хватает циновок, — проговорил он. — Но ход твоих мыслей нам нравится. — Монарх погрузился в размышления, постукивая кончиком пальца по губам. — Мы передумали. Если ты будешь потешать нас, превращаясь в существа, которых мы раньше не видели, мы согласимся не водить тебя на поводке.
Майки принял свой первоначальный вид и поклонился.
— Ваше Превосходительство, вы самый добрый и милостивый дух во всём Междумире.
— Конечно, мы таковы, — подтвердил владыка.
— А насчёт Восточной Ведьмы... — заикнулся было Майки.
— Восточная Ведьма подождёт, пока у нас не возникнет настроение разобраться с нею.
— БРОСЬТЕ ИХ В ЯМУ! — снова взвыл визирь. — УМОЛЯЮ ВАС, СДЕЛАЙТЕ ЭТО, ПОКА НЕ ПОЗДНО!
Король покачал головой.
— У нашего советника сегодня плохой день.
Тогда заговорил Джикс.
— Ваше Превосходительство, простите меня за дерзость... но я считаю, что каждый, кто выкажет неприязнь к моим дарам, должен высказаться открыто, лицом к лицу.
— Быть по-твоему, — согласился король и прищёлкнул пальцами, обращаясь к лучадору. — Приведи к нам визиря.
Лучадор положил свои инструменты и пошёл за статую. Визирь пищал, упирался и брыкался, но куда этому коротышке и хлюпику было справиться с громадным кузнецом! Тот ухватил его за шиворот и приволок к королю, как котёнка.
— Представляем вам нашего королевского визиря, — сказал монарх.
Ник остолбенел и не мог слова вымолвить, лишь моргал, не веря своим глазам. Наконец мечущееся туда-сюда и никак не дающееся в руки воспоминание влипло в его мозг, словно выплюнутая жевательная резинка, и он выпалил:
— Вари?!
Маленький мальчик со светлыми кудряшками воззрился на Ника с той же ненавистью, с какой смотрел на него в бытность свою комнатной собачкой Мэри.
— ПРОГОНИТЕ ИХ! ПОШЛИТЕ ИХ ВНИЗ! В ШИБАЛБУ! В ШИБАЛБУ! — завопил Вари.
Король развеселился:
— Вы знакомы?!
— Вари в своё время служил Восточной Ведьме, — пояснил Ник.
— Ах вот как, — восхитился его превосходительство. — Ну что ж, кажется, нынешний день удался!
Путь, который привёл Вари в Чичен-Ицу, изобиловал извилинами и крутыми поворотами. Он стряхнул с себя своё имя «Страдивариус», назвался МакГиллом и пустился через Атлантический океан на «Сульфур Куин». Но в амплуа капитана он продержался не долго. Скрипач-то он был отменный, а вот монстр из него вышел паршивый. Однако Вари повезло: он увидел чудеса Атлантиды... а потом его выкинули из этой страны. Он узрел Помпеи во всей их красе... а потом его выгнали и оттуда. Он прошёлся по залам великой Александрийской библиотеки... а потом обитающие там послесветы горячо пожелали ему счастливого пути и спустили с самой верхней, тысячной ступени библиотечной лестницы.
Урюк, его бывший старший помощник, устроился на непыльную работёнку — водить экскурсии по Вавилонской башне, но Вари упорно не везло. Куда бы он ни подался, те же самые души, которые поначалу оказывали ему самый тёплый приём, быстренько старались от него избавиться — до того он был противный. Конечно, всем нравилось волшебное пение его скрипки, но всё же не до такой степени, чтобы терпеть дрянного мальчишку, который на ней играл.
Вари попытал счастья у юных викингов. Ему казалось, что там он может прижиться, — возможно, потому, что внешне смахивал на скандинава. Но после одного месяца в викинговской ватаге суровые парни отправили его в плавание на борту вечно горящего погребального корабля.