Превращение

— Тогда почему тебя расстроило то, что я провел время с Далией?

Я фыркнула:

— Это что, так очевидно?

— Не трудно догадаться. Твоя ревность так и рвется наружу. — Кир положил руку на мое колено. — Ты знаешь о той роли, которую здесь играет Далия.

— Роль полировщицы головок?

— Довольно грубый способ выразить это. Но да. Не нужно переживать, что она сможет занять твое место. Ты моя кровь.

— Как я могу не переживать? Она твоя любимица.

Я оттолкнула его и встала.

Кир осмотрел меня с ног до головы, не пытаясь скрыть свой похотливый взгляд. Была ли на мне водолазка или нет — я все равно ощущала себя голой и в отчаянии закрыла лицо руками.

— Не важно. Ты все равно не поймешь. Я ненавижу это чувство. А ты даже не слушаешь.

— Я слушаю, — настаивал он.

— Нет, — произнесла я, проводя рукой по волосам. — Я просто дура. Меня с рождения учили бороться, но Далия находит самое худшее во мне. Но ты не можешь помочь.

— Мне очень жаль, что ты чувствуешь такое. Позволь мне компенсировать твои страдания, — предложил Кир, поднявшись, чтобы усадить меня обратно на диван.

— Как? — Я ожидала, что он посадит меня к себе на колени, но он устроился на приличном расстоянии от меня.

— Позволь мне ухаживать за тобой. Дай мне шанс показать тебе, насколько ты дорога мне. — Кир стал постукивать пальцами по подлокотнику дивана. — Как насчет обеда? Мы сможем получше узнать друг друга.

— Я помню наш последний ужин. Мне не очень-то хочется опять проводить вскрытие трупа.

— Никаких трупов, — улыбнувшись, заверил он меня. — Для врача ты ужасно брезглива.

— Дело не в брезгливости. А в том, что во мне осталась доля человечности.

Каждую минуту, которую я проводила с Киром, мой гнев испарялся как кадры, исчезающие с фотопленки, попавшей под солнечные лучи. Я попыталась найти причины, чтобы рассердиться на него, но это было трудно сделать, когда он находился так близко ко мне.

— А Далия разве не станет ревновать?

— Я не думаю, что она единственная, кто будет ревновать. — Кир поднял руку, взял меня за подбородок и повернул мою голову к себе лицом. — Далия — это мимолетное отвлечение. А ты у меня навсегда.

Навсегда. В первый раз, с тех пор, как я заключила сделку, чтобы спасти жизнь Натану, я осознала последствия своего обещания. Сколько я проживу? Киру удалось прожить более шестисот лет. Я боролась со злодеем, жившим внутри меня всего одну ночь, а уже выбилась из сил.

Возможно, поражение неизбежно.

Очень нежно Кир прижался холодными губами к моему рту. Я не сопротивлялась. Не потому, что у меня не осталось силы воли, а потому, что кровные узы манипулировали моим телом. Я поцеловала его в ответ, желая доказать ему и себе, что он не вызывает во мне никаких чувств. Что я все держу под контролем.

Но это сработало не совсем так, как я ожидала. Обвив руками его шею, я позволила ему притянуть меня ближе к себе. И ощутила его удивление, но когда Кир отстранился, то сразу же улыбнулся, как будто выиграл большое сражение:

— Вот видишь, это не так уж страшно.

Нет. Это не было страшно.

Кир наклонился, чтобы еще раз поцеловать меня, но забытый всеми охранник кашлянул. Досада появилась на лице моего создателя, но он тут же скрыл ее за улыбкой. Кир поднялся и расправил рубашку:

— Роджер? Так что ты сказал насчет следующего поединка?

— Роберт, сэр. Я почту за честь.

Охранник бросил ему рапиру. Кир поймал ее и изящно встал в оборонительную позу.

— Ужин будет подан в пять утра. В моих покоях, — предупредил он. — Пожалуйста, не опаздывай. С этими словами он и охранник развернулись и вышли из комнаты.

Я закрыла глаза. Слишком легко было винить кровные узы в моей покорности. Я не могла лгать самой себе. В нем существовал какой-то магнетизм, который не имел ничего общего с тем, что он был вампиром. Несмотря на то, насколько ужасно повел себя Кир сегодня утром, на какое-то мгновение он заставил меня поверить, что заботится обо мне как о нечто более ценном, нежели о своей собственности.

Это была его самая опасная тактика, которую он использовал в сегодняшней битве.

ГЛАВА 12

Подарок

Приближалось назначенное время, а я бродила по спальне, так и не решив, что надеть. Было бы хорошо иметь здесь пояс целомудрия, но его, к сожалению, не включили в мой гардероб.

Отсутствие музыки в нашем крыле дома, которое поначалу понравилось мне, начало сводить с ума. Меня не особо радовало предположение, что «Клыки» сидели в холле и слушали радио, но с каждым часом я осознавала всю привлекательность этой идеи. Я смогу договориться о том, чтобы мне в комнату поставили телевизор, если правильно использую свои возможности. После изматывающей ночи, которую я провела, мысль позаниматься проституцией, лишь бы получить за это кабельное телевидение, не казалась такой уж плохой, как должна была бы.

Я почти остановилась на прямой черной юбке и свитере с высоким воротом, как послышался стук в дверь. Прежде чем я успела открыть ее, вошел Кларенс. Он принес большой черный полиэтиленовый пакет, который просто бросил на кровать.

— Что это? — окликнула его я, когда он уже собрался выйти из комнаты.

— Почитай карточку.

Это был единственный ответ, который я услышала, прежде чем дверь в мою спальню закрылась с другой стороны.

— Спасибо за помощь, — пробормотала я, вглядываясь в пакет. На нем сверху лежал маленький конверт. Я вытащила из него карточку и прочитала текст, написанный аккуратным почерком: «Надеюсь, тебе понравится платье. Меня очень порадует, если ты наденешь его сегодня вечером. Кларенс придет за тобой в пять часов».

Собравшись с силами, поскольку опасалась того, что могла там обнаружить, я открыла пакет. Платье было совсем не таким, каким я ожидала его увидеть, хотя мои предположения не были столь уж конкретными. Приподняв длинный атласный рукав красного цвета, я признала, что у Кира отличный вкус.

В большинстве случаев я чувствовала себя глупо, если одевалась подобным образом, но мне понравилось то, что я увидела, когда скользнула в платье и посмотрела в зеркало. Этот цвет оттенял мои светлые волосы, и хотя моя кожа была бледной, с тех пор как я стала вампиром, сейчас это не казалось таким очевидным из-за столь изысканного оттенка.

Обычно я не любила вещи на показ, поэтому не надевала ничего подобного со дня выпускного в колледже. Сам мой вид в чем-то другом, нежели в джинсах или белом халате, притягивал мой взгляд к зеркалу. Я выбрала пару бриллиантовых сережек из ящичка в шкафу и распустила волосы, расчесывая их, пока они не стали спадать мягкими волнами на плечи. Я выглядела также хорошо, как телевизионные звезды, и позволила себе вообразить, что предоставила Киру привилегию, согласившись сюда приехать.

Сейчас я смотрелась как модель, которую можно было нарисовать. Но, как только эта мысль возникла в моей голове, я сразу же пожалела об этом. После ссоры из-за футболки я позаботилась о том, чтобы тщательно спрятать рисунок Натана, но чувствовала себя так, как будто похоронила старого друга. Мне было интересно, что сейчас делал Натан. Скучал ли он по мне. Или просто ждал своего часа, когда у него появится возможность убить меня.

Я приказала себе не думать о таких грустных вещах. Что бы ни началось между мной и Натаном, это уже позади. Я могла продолжать цепляться за прошлое или попытаться стать счастливой в новой жизни.

Посмотрев в зеркало, я едва узнала себя. В прошлой жизни я была одинокой и несчастной, жила ради своей карьеры, но мое сердце не участвовало в этом. Я не имела понятия, кем была или какие строила планы. Но сейчас у меня появилась возможность. Я не могла упустить свой шанс.

Кларенс вошел в гостиную с пятым ударом, отсчитывающим пять часов. Лицо дворецкого было мрачным, когда он вел меня по коридору. Мы остановились перед большими двойными дверями и подождали, пока они не открылись изнутри.