Пасифик-Хайтс

— Вы сказали, что роман избавил ее от одиночества. Может быть, не только в этом дело?

Вера опять дотронулась до блюдца, провела по краю пальцем, но тут же взяла свои эмоции под контроль.

— По-моему, — произнесла она, подняв глаза на Фейна, — роль супруги Джеффри Сафры Керрина оказалась Элизе не по плечу. Знать свое место, быть используемой как вещь — это да. Секс без любви — тоже да. Показывать себя, когда мужу угодно продемонстрировать, какой лакомый кусочек мяса он отхватил, — да. Элиза заранее с этим примирилась, и я уже объяснила почему.

Вера тщательно взвесила то, что собиралась сказать.

— Большинство женщин в ее положении приспосабливаются, находят защиту в ожесточении и цинизме и вполне ими довольствуются. Однако в душе Элизы есть что-то такое, что мешает ей нарастить толстую шкуру. Это свойство позволяет ей без содрогания как бы со стороны смотреть на свою жизнь и решения. Она невозмутимо исследует свое падение, трезво оценивает собственную безысходность. Ее не пугает «винегрет человеческих страстей» в собственной душе. Немногие выдержат подобное внутреннее противоборство. Схватки с самим собой жестоки и требуют беспримерного мужества.

Глава 10

Лора Ча сидела на краешке дивана, закинув ногу на ногу и покачивая ступней в шикарной туфле «Феррагамо». Задник туфли свободно свисал и покачивался в такт.

— Об этой маленькой фантазии не знает ни один человек. Клянусь, ни один! — воскликнула Лора. — Ну ладно, ты знаешь, потому что я тебе рассказывала. Но черт возьми! Ни с того ни с сего мы ее уже разыгрываем. Вплоть до каждой мелочи. Похоже на какую-то… дикую, безумную, запредельную галлюцинацию!

Лора была одновременно взбешена и напугана. Страх и гнев несколько дней скручивались узлами внутри, и она все еще была на взводе. Вера не торопилась отвечать, желая услышать побольше — все, что Лора Ча могла вспомнить.

Мысли Лоры за что-то зацепились, она вдруг перестала качать ногой. Ее взгляд застыл на какой-то детали за окном, ничего, однако, не различая. Лора насторожилась, как лань, почуявшая опасность.

Нога вновь пришла в движение, а с ней — эмоции.

— А потом он — раз! — и отключился. То есть отключился напрочь, как будто отдал последние силы. — Лора покачала головой, вперив черные глаза в лицо Веры. — Черт побери! Меня это так бесит!

Лора Ча была женщиной потрясающей красоты, из более-менее благополучной семьи американских китайцев в пятом поколении. С дипломом магистра международных отношений Стэнфордского университета, фигурой фотомодели, богатым мужем и… мозгами набекрень. Проведи она у психотерапевта всю оставшуюся жизнь, все равно оказалось бы мало.

Лора схватила с низкого стеклянного столика бокал воды и, сделав быстрый глоток, поставила его назад.

Вера выслушала рассказ пациентки, как та забралась в бумажник Крея, как он проснулся и застал или почти застал ее врасплох и как она потом оделась и убежала.

— На следующий день поискала его фамилию в Интернете, — сказала Лора. — Куда там! Номер телефона тоже не нашла. Зато нашла адрес. Дом в лесу, в одном из каньонов Милл-Вэлли. Один адрес мало что дает, а я хотела знать. Целый день парилась и вот вчера взяла и поехала в округ Мэрин проверять.

Лора сделала паузу и медленно покачала головой.

— Заехала я, значит, в каньоны. Несколько раз свернула не туда. Секвойи эти кругом — жуть! Нашла.

Лора опять запнулась, вне себя от злости, но потом кивнула словно в подтверждение.

— Нашла. Остановилась, значит, на дороге и думаю: откуда, черт возьми, мне знать, что это действительно его дом? Как бы не сходится. Вокруг лес, а дом будто в пригороде. Не в духе моего любовничка.

Лору сегодня не требовалось направлять. Она долго держала новости в себе и теперь торопилась выплеснуть их наружу.

— Еду опять в город, нахожу агентство по продаже недвижимости. Прикидываюсь, что интересуюсь покупкой участка и конкретного дома. Они достают свои карты, и мы по ним проверяем. По архивным записям тоже. Хозяин дома действительно Филлип Р. Крей.

Возвращаюсь к дому, стучу в дверь. Открывает женщина лет пятидесяти пяти. Спрашиваю: здесь живет Филлип Крей? А та смотрит на меня как-то странно, словно испугалась. Он в отъезде, говорит. Уехал за границу шесть месяцев назад и вернется только через год.

Спрашиваю, кто такая. Отвечает: Дженни Кокс. Спрашиваю, как долго она знакома с Креем. Говорит, что вообще-то незнакома. Просто ответила на объявление в газете — искали человека присмотреть за домом. Потом она не на шутку разволновалась и закрыла дверь.

Лора наконец успокоилась и перестала качать ногой.

— После этой поездки, — голос Лоры стал мягче и увереннее, — я чего только не перепробовала, чтобы установить личность этого деятеля, но, похоже, что Филлип Р. Крей просто не существует.

Гнев Лоры сначала сменился спокойствием, затем спокойствие отступило перед рассудочным, безжалостным страхом.

— Спрашивается, с кем, черт возьми, я крутила роман? Почему он так поступает? Откуда он столько знает обо мне? И как он узнал так много? Что ему надо? Секс? И все? Зачем устраивать такую жуть из-за секса? Ну, я понимаю: он не хочет светиться, но, черт побери, его же просто нет в природе!

Лора в своем рассказе прошла через несколько эмоциональных взлетов и падений, прежде чем снова обрести равновесие. С каждым откровением перед Верой разверзалась целая вселенная новых проблем. Она слушала излияния Лоры с нарастающей тревогой. Что ее пациентка решит делать со своими открытиями? И как она поступит с человеком, выдающим себя за Крея?

— Его интуиция, — вновь заговорила Лора, — достигла такой степени, что мне… стало страшно, понимаешь? Он не мог просто догадаться. Невозможно объяснить, почему он так глубоко пролез в мои мысли!

Голос Лоры задрожал, и это, похоже, застигло ее врасплох. Она отчаянно заморгала, стараясь во что бы то ни стало удержать слезы, схватила бокал, выпила воды.

— Как думаешь быть дальше? — спросила Вера, но ее пациентка не успела взять себя в руки и потому не ответила.

Вера подождала немного. Что делать дальше — непонятно. Если не остановить Крея, личные секреты Лоры и тайну записей Веры сохранить не удастся. Фейн предлагал ей все обдумать и взвесить.

— Я решила, — наконец сказала Лора, проглотив слезы, — что больше не буду встречаться с этим гадом. Чтоб он провалился!

— Ну, на это не стоит рассчитывать.

— Для меня он и так уже провалился.

— Думаешь, отрицание — лучший выход из ситуации?

— Черт возьми! А почему бы и нет?

— Просто делать вид, что он не существует, — не решение проблемы.

— Не решение? Издеваешься? С глаз долой — чем не решение?

— Ты никогда не будешь уверена, что он не появится снова.

Лора молча смерила Веру взглядом.

— Я всего лишь говорю, что прятать голову в песок — не выход, — сказала Вера, — а бегство от реальности.

— Послать его на фиг — еще какой выход!

— Послать-то можно, но что это изменит?

— Не на все в жизни существует готовый ответ.

— Неужели? Какой мудрец такое сказал?

Лора не ответила. Она уже не слушала Веру. Понятно одно: положение совершенно безвыходное. Лора попала в серьезную передрягу и до смерти напугана.

Вера и сама пыталась унять дикую тревогу. Наступал момент для принятия критического решения, а у нее даже не было времени обдумать возможные последствия непонятно чем грозящей развязки, которую быстро приближали текущие события.

— Насколько реально, что Филлип Крей не станет тебя удерживать? Думаешь, если не отвечать на телефонные звонки, он сразу отстанет?

Лора продолжала молчать. Ее длинные пальцы нервно теребили коралловый браслет.

— Ты до конца жизни будешь бояться, что столкнешься с ним нос к носу на улице или услышишь его голос в телефонной трубке.

Лора отвела взгляд. Туфля от «Феррагамо» снова пришла в движение. Между прелестными бровками залегла глубокая складка.