Страница 34 из 76
— Не нравится? — прошептала Блоод.
— Почему же? Забор крепкий и добротный. Может за ним и еще что-то полезное найдется. Только что нам эти бревна рассматривать? Пойдем на ночь устраиваться.
Для того чтобы не соваться в город, имелись более веские причины, чем любовь к ночевкам на природе. Обе девушки обладали слишком запоминающейся внешностью, и Катрин совершенно не жаждала славы. Путешествовать инкогнито — оно как-то спокойнее.
Костер разложили крошечный. Блоод занималась свежим кроликом. Катрин наблюдала за трапезой. Манипуляции суккуба с пищей давно стали привычными и отвращения не вызывали. Сейчас хоть самой Бло не приходилось ни от кого таиться.
Потом Катрин сама держала над огнем прутик с нанизанными ломтиками крольчатины. Суккуб смирно сидела рядом, отвернувшись от костра. За компанию делала маленькие глоточки пива. Продукт «собственной пивоварни» все больше нравился Катрин. Жаль, что пиво скоро кончится. Много чего жаль. Лучше и не перечислять.
— Я смогу жить. В твоем замке? — спросила Блоод, опираясь затылком на плечо подруги.
— Что значит, сможешь? — изумилась Катрин. — Я надеюсь, ты не бросишь мой дом и моих друзей. Кстати, они и твои друзья тоже. Вам придется нелегко, и вряд ли они обойдутся без твоей помощи.
— Не знаю. Захотят? Я не человек.
— Фир Болг тоже не человек. И песик. Ты же не бросишь беззащитное четвероногое?
— Он просто не точит зубы. Я говорила. Он может. Если каждый день. Сказал — ладно-ладно. Старик сказал — ждет меня. Любит рассказывать. Спорить. Трепаться.
Катрин покачала головой:
— Что-то вы очень разговорчивы стали за моей спиной.
— Ты занята. Всё не видишь.
— Теперь уж и не нужно, — печально сказала Катрин. — Теперь вы сами. И ты. Ты умная, ты им нужна.
— Старик умный. А я — кровососка. Блудливая.
— Угу. Грех-то какой. То ли дело я — голубка целомудренная.
— Без тебя будет плохо.
— Аналогично, шеф, — прошептала Катрин, обнимая тоненькую, несмотря на маскирующие одежды, талию. — Но пока я еще здесь. Не пойти ли нам на плащ и не распугать ли всех этих подозрительных сов?
— Как можно. Мы почти люди. Здесь плохо?
Идти никуда не понадобилось. Блоод податливо повалилась спиной на колени подруги. Зрачки в янтарных глазах совсем исчезли. После пещеры Катрин еще не целовалась с таким упоением. Шипящая на углях крольчатина была забыта и порядком подгорела…
— Т-сс…
Блоод отпрыгнула в темноту — сверкнул выхваченный кинжал. Катрин, на лету подхватив глефу, откатилась в другую сторону от костра.
По лесу кто-то торопливо шел. Хрустели сучья. Странно, что лошади спокойны.
Из темноты появилась Блоод. Стилет уже вернулся в ножны. Тут же у костра оказался запыхавшийся Энгус.
— А леди? Где? — спросил парень, озираясь.
— Тут, тут, — успокоила его Катрин. — Там за тобою никакого медведя случайно нет?
— Нет. Только один этот кабан, — нежно пояснила Блоод.
— Я спешил, — оправдался Энгус. — Там в трактире сидит один лорд. Его люди ищут проводников в «Две лапы». У лорда человек пятьдесят. И «серые» с ними есть, правда, не местные. Из Дубника никто с ними идти не хочет. Пока не хочет. Торгуются.
— Вот еще напасть. Мы гостей вовсе не ждем. В смысле, Даллап не ждет. Полсотни человек для него многовато. Тем более, Ингерн еще не выздоровела. Фир Болг чужих, безусловно, задержит. Только надолго ли? А настоящей осады «Двум лапам» не выдержать. Какого черта… Что, и королевские солдаты в отряде есть?
— Вроде бы нет. Настоящих «воронов» я не видел. Правда, и всех людей этого лорда я не видел. Жигун с братом за ними следят. Утром можем уйти первыми, в лесу потреплем этих пришлых. Глядишь и повернут назад.
— Только партизанской войны нам не хватает. Что именно этому лорду в Медвежьей долине понадобилось, в трактире не болтают?
— Вроде бы в гости едет. К вам, значит, миледи. Врет, наверное, — Энгус призадумался. — Хотя, может быть, он тебя действительно знает.
— С чего ты взял?
— Ну, — парень слегка замялся, — когда он говорит о хозяйке «Двух лап», улыбается так, будто ему меду пообещали. Слюни, одним словом, текут. Как у меня раньше, когда на тебя смотрел.
— Ты, Энгус, чего-то не то говоришь.
Парень пожал плечами:
— Что ж тут не то? Бло знает всю мою историю.
— Ну, прямо все всё знают. Осведомленные какие. Тогда подскажите, что это за тип к нам в гости прется?
— Вам лучше знать, — Энгус задумчиво приложился к пиву. — В королевском замке я его точно не видел. Но все-таки он тебя знает.
Катрин хмыкнула:
— Может и мне с ним снова познакомится? Раз он ко мне так неравнодушен. Ты как из города выбрался?
— Тоже мне город, — парень махнул рукой. — У них часовые только на башнях. А башни как курятник в наших «Двух лапах». Через забор я перелез. Знал бы, что там такая крапива, лестницу бы перекинул. Счастливый в Дубнике народ — надуются пива и сидят запершись.
— Ты сам с пивом поосторожнее, — Катрин забрала у парня кувшин. — Оставь на завтра. Блоод брюхатых мужиков не любит.
— Всяких люблю, — прошептала суккуб, глядя на парня.
— Да я вижу, что вы счастливы друг друга лицезреть, — проворчала Катрин. — Только любезничать я вам не дам. Придется поднять задницы и срочно посетить замечательный торговый град Дубник.
Крапивы действительно было много. Возможно, эти жгучие дебри и служили основной защитой города. Утоптанное Энгусом место, конечно, не нашли. Пришлось проделывать новую просеку. Катрин беззвучно ругалась. Нужно было взять глефу. В качестве косы длинное оружие было бы незаменимо. Наконец, трое злоумышленников оказались у частокола. После преодоления крапивных преград, оказаться наверху было сущим пустяком. Первой поднялась суккуб и помогла Катрин. Вдвоем затащили на ремне Энгуса.
Катрин без восторга оглядела город. Низкие крыши, свет из домишек едва пробивается сквозь плотные ставни. Пахнет дымом, скотным двором и прочими гадостями. Нужно напомнить своим, чтобы категорически воздержались от свиноводства в пределах «Двух лап». Никаких хлевов в замке!
В полном изумлении от собственных, порядком отставших от реальности, мыслей, Катрин последовала за Энгусом. Лазутчики спустились по корявым сходням со стены, двинулись по узким улочкам. Как всегда в ночную пору, добропорядочные горожане сидели дома. Гостям встретился лишь изумительно пьяный возчик.
— Здесь, — сказал Энгус.
Трактир имел целых два этажа. Судя по тому, что дальше виднелись площадь и торговые ряды, пристанище было выбрано из самых престижных.
— Поскромней вы быть не могли? Реклама нам зачем?
— Отсюда до конного ряда близко. И вообще здесь всего два постоялых двора. Мы же не бродяги какие-нибудь. «Две лапы» должны вызывать уважение.
— Только не сейчас, — зашипела Катрин. — Мы с неофициальным визитом.
Из трактира доносилась музыка и голоса. Очаг культуры, как же. Энгус повел девушек вокруг, поскребся в ставню. Окно немедленно распахнулось, высунулась всколоченная голова Жигуна.
— Входите…
В комнатушке сразу стало тесно. Возбужденно сверкали глаза, селян крайне увлекла игра в шпионов.
— Докладывайте, — сдержано пробурчала Катрин.
— Лорд в своих комнатах. Второй этаж, слева от лестницы. Занимают две комнаты. С ним слуга или сын. Не разглядели. Хлипкий такой, из комнаты не выходит.
— Охрана?
— В комнате рядом — четверо. Остальные ночуют во дворе и конюшне. Часть еще в зале сидит, пиво пьет. Что будем делать, миледи?
— Вы будете сидеть здесь, тихо и спокойно. Я пойду, переговорю с этим господином. Тоже очень тихо поговорю.
— Одна? — прошептала Блоод.
— Пойдешь со мной. Ты бываешь незаметной.
Энгус шевельнулся.
— Сиди, — цыкнула Катрин. — Если начнется шум наверху, откроете дверь и изобразите пьяную драку. Вот тогда можно очень громко шевелиться и нервничать.