Страница 13 из 24
— То, что мы делаем на благо Тоби, не обязательно должно перетечь в иные отношения, — туманно резюмировала свои опасения Эйми.
— Могу я узнать, что ты подразумеваешь под «иными отношениями»?
Эйми корила себя за каждое сказанное ею слово. Она сама дала повод Джеду требовать объяснения того, о чем она даже заикнуться боялась.
— Я имела в виду то, что все произошедшее между нами прежде привело к тому, что сейчас мы оба — родители замечательного ребенка, и это единственное, что нас связывает, — сбивчиво выпалила Эйми.
— Громоздко, но в целом вразумительно, — саркастически заметил Джед. — Очевидно, ты меня неправильно поняла.
— Да?
Джед выдержал паузу, желая увериться, что он полностью владеет ее вниманием.
— Когда я хотел выяснить причину твоей озабоченности нашими взаимоотношениями, я имел в виду наши родительские обязанности перед Тоби. Как легко догадаться, тебя тревожит возрастающая привязанность Тоби ко мне, а поскольку я в твоих глазах никудышный отец, ты боишься, что я могу неосторожным поступком поставить под угрозу его выздоровление. Потому что у тебя есть твердое убеждение, что человек, однажды оставивший тебя, непременно должен сбежать и от собственного сына. Все верно?
Эйми растерялась. Как ей быть? Просить прощения за неверное предположение означало окончательно сознаться в том, что она так или иначе допускала возможность их сближения. Просто посмеяться над причинами их взаимного недопонимания не позволяла ситуация. Но Джед сам заговорил о делах минувших дней и об истинной причине ее беспокойства.
— Да, ты действительно оставил меня, а я до сих пор так и не знаю, почему ты это сделал. Все твои таинственные исчезновения после звонков каких-то дальних родственников, длительные отсутствия без объяснения причин, секреты, сохранение которых было для тебя гораздо важнее, чем наше общее будущее. Быть может, они для тебя важнее, чем Тоби. Какие у меня есть основания верить тебе сейчас? Что изменилось?
— Так ли важно то, что было пять лет назад? Факт, что у нас с Тоби сложились хорошие отношения.
— Я считаю, что заслуживаю объяснений, даже если они не имеют отношения к Тоби, — парировала Эйми, уже не следя за логикой суждений.
— Когда ты, вызвав меня из Сиднея, сообщила, что у меня есть пятилетний сын, который болен и нуждается в моей помощи, ты потом несколько раз заявляла в ответ на все мои упреки, что прошлое должно остаться в прошлом и мы обязаны всецело сосредоточиться на лечении Тоби. Так почему ты теперь решила ворошить это самое прошлое? — Джед нахмурился.
Эйми действительно не могла решить для себя, насколько ей необходимо знать истинную причину их разрыва. В лучшие времена ей казалось, что все пережитое позади и ее новая жизнь — результат преодоления обид и огорчений прошлого. Но, по сути, это было иллюзией. Она по-прежнему чувствует потребность разобраться в произошедшем, найти ответы на мучившие ее вопросы.
— Хорошо. Мы будем говорить только о Тоби. Могу я знать, какие у тебя планы? Ты помнишь, что сказал лечащий врач: могут уйти годы на то, чтобы его организм начал функционировать нормально? Какой сценарий ты выберешь? Собираешься навещать его от случая к случаю, прежде чем окончательно исчезнуть? Или все-таки намерен подчинить свою жизнь воспитанию сына, стать настоящим отцом? — Эйми сыпала вопросами, все резче и резче наседая на Джеда. Забота о Тоби придавала ей сил, она никогда не смогла бы столь же неистово бороться за собственное благополучие.
— Настоящим отцом? Я уверен, однажды так и случится, — легкомысленно ответил Джед и пожал плечами.
Кровь запульсировала у Эйми в висках, несерьезный ответ Джеда чрезвычайно возмутил ее. Она считала недопустимым превращать отношения с Тоби в объект шуток.
— Пусть это звучит как клише, но ты понимаешь, какая это тяжелая ноша и огромная ответственность?
Сурово стиснув зубы, Джед наклонился в сторону Эйми и посмотрел на нее колючим взглядом.
— Я здесь потому, что Тоби во мне нуждается, поэтому не строю никаких планов и не собираюсь никуда уезжать. Мне хочется лучше узнать собственного сына.
— Но... Но как долго ты намерен здесь оставаться? — не сдавалась Эйми, несмотря на то что битва была почти проиграна и ей навряд ли удастся добиться от него путного ответа.
Ничего не изменилось, Джед был все так же скрытен. Жаль! Эйми надеялась, что совместные заботы о сыне в самый тревожный период его жизни сделают их общение более доверительным. Но этого не случилось.
— Прекрати давить на меня. Когда я соберусь уехать, ты будешь первая, кто об этом узнает.
Эйми услышала неутешительный ответ на свой главный вопрос. Он сказал «когда я соберусь», а это означало, что рано или поздно он уедет.
— Вот ваш заказ. Желаю вам приятного ужина.
Эйми вымученно улыбнулась официанту и вооружилась ножом и вилкой, хотя аппетит пропал бесследно.
— Послушай, давай забудем все эти споры и спокойно поужинаем, — вальяжным тоном проговорил Джед.
— Мда, — неопределенно выдохнула Эйми в ответ на его предложение, не отрывая взгляда от тарелки.
— Кстати. Если тебя так уж интересует причина нашего разрыва, скажу одно: это была целиком моя вина, не твоя.
Эйми подняла глаза и внимательно всмотрелась в Джеда, пытаясь найти на его лице хоть какую-нибудь подсказку.
— Твоей вины в том не было, просто я так решил. Все. Покончим с этим, — Джед произнес это спокойно, но отрывисто, и посмотрел на Эйми почти умоляющим взглядом.
Она ответила на его просьбу понимающим кивком и вернулась к еде.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Джед бродил вдоль побережья, то и дело увертываясь от роллеров и женщин с колясками. Яркое солнце, нежный теплый бриз, десятки парусников, рассекающих прибрежные воды... ему бы насладиться окружающей красотой и прекрасным теплым осенним днем. Но Джед, погруженный в хаос собственных переживаний, не замечал окружавшей его благодати. Он был занят лихорадочным поиском простого решения на мучившие его сложные вопросы.
Действительно ли он хороший отец, или Тоби просто привязался к нему, как привязался бы к любому другому мужчине, поскольку испытывал естественную для детей его возраста потребность в старшем друге и наставнике? Хочет ли он сам быть рядом с сыном изо дня в день, отводить его в школу, помогать с домашними заданиями, брать с собой на футбол? А ведь впереди еще пресловутый трудный возраст, выбор профессии, проблемы в общении с девушками? Будет ли он таким же хорошим отцом годы спустя?
Стоит ли взваливать на свои плечи такую ответственность?
А как быть с Эйми? Он отдавал себе отчет в том, что его решение о разрыве отношений с ней было проявлением малодушия. Он не раз обдумывал возможность их сближения, но, памятуя о том, как она негодовала, услышав о его желании на время переехать к ним, он вряд ли снова рискнет завести об этом речь. В тот момент ему самому это казалось весьма уместным, в особенности после слов доктора о необходимости оберегать Тоби от стрессов. Но безапелляционный протест Эйми, который откровенно шел вразрез с интересами Тоби, ошеломил Джеда. Он остро чувствовал свою вину, отчего его неуверенность в себе лишь возрастала. Тем более что его отношения с Эйми в огромной степени касались Тоби, и меньше всего ему хотелось чем-либо ранить малыша. Ему не хотелось портить отношения матери с сыном. Они уже были сложившейся счастливой семьей, и велика вероятность, что его вторжение может только всем навредить. С другой стороны, Джед понимал, насколько болезненно Эйми все еще переживает их разрыв. Он должен был снять с нее груз терзавших ее сомнений, а вместо этого отделался ничего не значащим штампом.
— Эй, посторонись, дядя! — бесцеремонно прокричал проезжавший мимо роллер.