Страница 57 из 87
– Эти вон которые с хвостами. – Начал объяснять он мне, пока я тряс головой пытаясь хоть как-то восстановить многие, утраченные в результате удара, функции, – вроде возможности ясно видеть и соображать. – Дорогу между тех двух шатров перегородили. А кроме как по ней, до вражьих баб не доберешься…И верблюды там у них тоже все, и богатства главные! – Мнау*гхо аж облизнулся, в предчувствии огромной добычи, лежащей буквально в дух шагах от него. Осталось только перебить последних защитников, да протянуть руку. – Щас наши передохнут чуток, перестроятся, и снова по вражинам вдарят…Пойдем тоже Дебил? А то ведь самое интересное пропустим.
Я только грустно посмотрел на это угребище ходячее. – Ведь досталось ему в драке не намного меньше чем мне. – Лицо серое от усталости, лоб рассечен, правое плечо в крови, да и штанина на левой ноге вся промокла от крови, – а все туда же, – "самое интересное" боится пропустить! – И то что до этого "самого интересного" его еще тыщу раз убить могут, – дурачину Мнау*гхо похоже ни сколечко не волнует. И даже отблеска мысли о том что можно профилонить заключительную драку, а потом придти делить добычу, нет в его честных и глупых глазах…Да и я почему-то уже так не могу, – совсем испортил меня этот чертов каменно-бронзовый век.
Ухватившись за протянутую руки и тяжело опираясь на копье, я поднялся на ноги. – Наши стояли метрах в двадцати дальше, и что-то старательно обсуждали и прикидывали, тыча пальцами в сторону заградивших им дорогу врагов.
Поковылял и я к ним. Рядом, тяжело ступая на подраненную ногу, топал Мнау*гхо.
В иное время, – мелькнуло у меня в голове, – все эти болячки уже давно стали бы поводом даже для таких завзятых дикарей как мы с ним, – обмазавшись мазями да примочками, и забинтовавшись с ног до головы в стиле мумии Тутанхамона, залечь где-нибудь в уголке, отдав себя в руки нежным заботам родных и близких. А сейчас, едва стоим на ногах, но какого-то хрена изображаем героев.
…Когда подошел к своим, убедился что и остальные были не лучше. – Кое-кого, в основном из послушного молодняка, Витек уже успел перемотать бинтами, но остальные, на которых авторитет Витька не распространялся, – предпочли истекать кровью из многочисленных порезов. – Не до того мол сейчас!
…А может просто не успели подлечиться. – Ведь судя по солнцу, – офигеть, – всего два часа воюем, оно еще толком и в зенит не полезло, а за это время уже столько событий произошло, столько жизней потерянно, столько волнений, переходов от глубокого отчаяния до кровожадной радости, – что кажется будто битва длиться несколько дней.
Уверен, противник не в лучшей форме, но как же противно терять своих людей попусту, ведь даже этот последний штурм может стоить жизни не менее чем десятку наших вояк. А может и двум десяткам… Загнанные в угол, и обреченные на уничтожение аиотееки, будут биться до последнего, ведь дорого продать свою жизнь, – единственное что они могут себе позволить в этой ситуации.
Внезапно вместе с этими мыслями накатила жуткая злость, так что я торопливо но гордо прошествовал мимо выстраивающихся и что-то там обсуждающих ирокезов, и пошел к вражескому строю.
– Эй, там. – крикнул я, остановившись на достаточно безопасном расстоянии. – С вами говорит Великий Шаман Дебил Великого Племени Ирокезов. Пусть тот кто у вас там главный выйдет поговорить со мной…Если конечно он не боится!
На мой голос откликнулись с обоих сторон. – Со стороны аиотееков, растолкав стоящих в плотном строю "волчеховстых", к нам вышел дюжий мужик в богатых доспехах и с длинным, выглядящем как-то особенно богато и грозно, копьем. А от наших рядов, к нам поспешно подошли Лга*нхи и парочка Старшин, явно пришедших выяснить что это такое задумал их Шаман, и какого хрена он опять тут всем кайф обламывает.
– Чего тебе? – Глядя на меня с таким высокомерием и брезгливостью, которые может себе позволить только безнадежно проигравший гордец перед лицом своего победителя, спросил аиотеек.
– Как твое имя, если конечно ты его не стыдишься. – Спросил я не менее гордо и дерзко. Не то чтобы это и впрямь меня сильно интересовало, просто сейчас мое внимание, куда сильнее привлекло устройство самого лагеря аиотееков-оуоо, а главное, – некие движения внутри закрываемого аиотееками периметра.
– Мое имя Тибасииаак, из рода Итиикаоо. – Еще более высокомерно ответил мне аиотеек, умудряясь при этом смотреть даже поверх головы Лга*нхи, который возвышался над ним более чем на голову.
– Это мой Великий Вождь Лга*нхи, – продолжил я по-джентельменски представлять собеседников друг другу, указывая на своего брательника-подельника. – И если бы он сейчас, с ног до головы не был бы залит вражеской кровью, ты бы увидел как много скальпов твоих собратьев, украшает его одежду.
А это Гив*сай и Бали*гхо, – они Старшины нашего великого племени, и оикияоо самых лучших оикия. – Их подвиги известны всему миру, ибо…
– …И почему твой Вождь не говорит сам, или он проглотил от страха свой язык? – Оборвал мои разглагольствования аиотеек. А возмущенное сопение Лга*нхи, подтвердило его полную солидарность по этому вопросу с нашим врагом.
…Вот уж хренушки я сейчас позволю Лга*нхи говорить самому, обламывая мою затею…Тем более что я и сам толком не понял чего хочу добиться.
Он конечно не дурак и не лох какой-то, но чтобы впарить аиотеекам завалявшуюся у меня пачку акций МММ, нужен несколько иной склад ума.
– Мой Вождь слишком Велик и Крут, чтобы разговаривать самому! – Отрезал я…, попытки Лга*нхи что-то сказать. – В бою, за него говорит его копье и Волшебный Меч, и враги слышащие эти голоса падают замертво. (Упс… Что это за скрип такой? – А это внезапно задравшийся нос Лга*нхи царапнул облака). А когда на поле боя надо что-то сказать врагу, – от имени племени говорю я, – мирный и тихий Великий Шаман Дебил, чье имя, – наводящее ужас на врагов, друзья произносят с радостью и приязнью.
…Ух блин. – эк завернул, – сам не ожидал от себя такого. Но как обычно бывает в стрессовых ситуациях, – словесный понос полился из меня широким потоком, оглушая и ослепляя оппонента. А я тем временем, пользуясь предоставленной возможностью, внимательно присматривался к тому что происходи в укрепленном участке аиотеекского лагеря
…Сразу надо сказать, что не все тут было просто. – Явно этот укрепленный участок возник не случайно. То, как были расставлены шатры, и всякие коновязи и загородки для скота, – навевало на определенные мысли.
Видать у аиотееков был немалый опыт захвата чужих лагерей и обороны своих…, возможно от собственных же подчиненных. И данная укрепленная зона, была чем-то вроде Кремля внутри городских стен. – Последним бастионом на пути внешних врагов, и укрытие, в котором оуоо могли бы отбиться в случае бунта своих же оикия.
А помимо чисто энтографически-познавательного интереса, это еще и означало что штурм такого "кремля" обойдется куда дороже чем рассчитывают мои вояки.
– Так что ты хочешь сказать мне оикия, взбунтовавшийся против своих хозяев, и говорящий за своего Вождя? – Попытался оскорбить меня Тибасииаак из рода Итиикаоо. – Говори или уходи! А то мне уже стало скучно слушать твои разглагольствования…
Хрен тебе, заскучавший ты наш. – Будто я не вижу что ты тоже тянешь время!
– Я знаю что вы задумали. – Коротко ответил я. И продолжил, пытаясь одновременно произвести впечатление и на вражьего Большого Босса, и на товарищей. – Когда мы пойдем на вас в атаку, – люди которых ты спрятал в шатрах прорежут стенки, и нападут на нас сбоку. А одновременно, из глубины последует атака оуоо верхом на верблюдах!
Хоть Тибасииаак из рода Итиикаоо и пытался делать каменное лицо, однако камень этот после моих слов начал излучать удивление и растерянность. Что лишь подтвердило мои мысли и наблюдения. -…А иначе какого же хрена, перед самой битвой, как минимум восемь воинов на моих глазах попытались незаметно спрятаться в здоровенных шатрах? А сколько других уже успело сделать это, до того как я заметил подозрительные передвижения?