Страница 11 из 33
Гаррет улыбнулся, вспоминая лучистые глаза молодой женщины.
На Хьюстон-стрит он остановился перед домом № 727. Квартира Ален Сэмпл ему была уже известна. В тот день, когда он, освободив под залог, отвез ее домой, она пригласила его зайти. Гаррету понравилась скромная, но уютная квартира. Они вместе выпили по бокалу вина, поболтали. Настало время уходить, и Гаррет вдруг понял, что ему трудно расстаться с этой притягательной и странной женщиной. Но, конечно, он полностью отбрасывал мысль, что влюбился в нее.
Он поднялся на второй этаж и удивленно остановился на лестничной площадке. Дверь в квартиру была приоткрыта, там кто-то напевал.
Гаррет вошел. Какая-то седая женщина, вооруженная метелкой, принужденно ему улыбнулась.
— Здравствуйте, — сказала она. — Вы новый жилец?
Гаррет был ошеломлен.
— Нет, — ответил он. — Я бы хотел повидать мисс Сэмпл.
— Вы опоздали. Сегодня утром она уехала и вернула ключ от квартиры.
Гаррета охватило беспокойство. Он почувствовал себя совершенно сбитым с толку.
— Как так уехала? И куда же? — удивился он.
— Ну, это мне неизвестно. Она полностью рассчиталась за квартиру, привела в порядок все счета и увезла свои вещи. Мне мисс Сэмпл сообщила только, что хочет переехать в пригород. Это и понятно после того, что с ней приключилось. Девушка чувствовала себя очень несчастной: ведь обвинение-то против нее нешуточное.
— Она не оставляла никакой записки своему адвокату Клэму Гаррету?
— Нет, сэр, к сожалению, нет.
Женщина поглядела на Гаррета со все возрастающим интересом и добавила:
— А вы случаем не этот адвокат?
— Вы не ошиблись.
— Перед отъездом мисс Сэмпл что-то упоминала о вас. Она говорила, что вы славный человек и что вы ей сильно помогли. Если не ошибаюсь, она собиралась в самом скором времени дать вам знать о себе.
В этот момент в квартире появился третий персонаж. Это был неутомимый Джеффри Крэг. Лицо его было строго, руки он держал в карманах своего габардинового пальто.
— Инспектор Крэг, — представился он. — Благодарю вас, миссис Бойн. Можете быть свободны.
Крэг оглядел Гаррета.
— Итак, — констатировал он, — девица-то сбежала?
— Только не рассказывайте мне, пожалуйста, что вы этого от нее ожидали с самого начала, — нехотя признал Гаррет.
— Некоторые сомнения все же были. С одной стороны, я прекрасно ее понимаю. Ален Сэмпл могла, и совершенно справедливо, опасаться нападения с любой стороны и в любое время, поскольку она даже предположить не может, кто ее враги. Роль козла отпущения далеко не смешна.
Гаррет почувствовал, как к вискам прилила кровь.
— Ну, а с другой стороны? — спросил он, готовый защищать Ален от подозрений Крэга.
— Здесь все уже несколько сложнее, мистер Гаррет. Я ведь человек упрямый, и пока мне не докажут, что я неправ, никто не заставит меня забыть о следах наркотика в коробке. Той самой, из которой появился пистолет с глушителем. И ради раскрытия преступления я даже поднял на ноги прессу и предал гласности факты, которые могут помочь правосудию.
— А к чему это приведет?
Крэг вынул руки из карманов и развел ими.
— Пока еще ничего не знаю, — ответил он.
Непроницаемое лицо Крэга источало ледяное спокойствие. Говорил он глухим голосом, чеканя слова.
— Как бы там ни было, — продолжил Крэг, — судьба мисс Сэмпл так же тревожит меня, как и вас. Несмотря на некоторые недостатки внешности, она женщина интересная.
— Ну, а дальше-то что? — спросил резко Гаррет, против воли более сухим тоном, чем сам того от себя ожидал.
— Это все, что я хотел вам сообщить об Ален Сэмпл. Добавлю лишь, что если она сообщит вам свой адрес, прошу известить меня немедленно.
— Даю слово.
Крэг казался удовлетворенным. Острым взглядом он оглядел помещение, останавливаясь на мебели и картинах, украшающих стены.
— Джаспер Фергюссон был наркоманом, — заметил Крэг. — Любопытное совпадение! Мне буквально только что сообщили, что исчез еще один наркоман, но, так сказать, его полная противоположность: на этот раз активный потребитель.
— О ком вы говорите?
— О неком Дике Кобби. Он владел заводиком по производству строительных материалов. Недавно его предприятие разорилось. Сегодня на утро у него была назначена встреча с представителем кредиторов, чтобы обсудить вопросы, связанные с ликвидацией предприятия. Дом оказался пустым, а на ковре в передней было найдено небольшое кровавое пятно.
— Кто обнаружил кровь?
— Один из наших коллег в Бруклине. Предприятие Кобби находилось в их районе на Филморен-Аллее, недалеко от парка Дикер-Бич.
— Если кредиторы взяли его за горло и прижали слишком уж сильно, Кобби мог покончить с собой.
— И скрыться с места самоубийства, прихватив с собой собственный труп?
— А вы юморист, мистер Крэг.
С досады Гаррет закусил губу.
— Но это еще не все, — продолжал Крэг. — Последний остававшийся у Кобби грузовик исчез одновременно с ним. Представитель кредиторов категорически утверждает, что накануне он этот грузовик лично осматривал.
— А в каком состоянии был в тот день сам Кобби?
— В обычном для наркомана, лишенного привычной дозы героина. Надеюсь, вы понимаете, что я имею в виду?
— Очевидно, нервный, подавленный, суетливый.
— Именно, мистер Гаррет. Как только мне сообщили об исчезновении, я организовал розыск, предупредил власти соседних штатов, но пока безрезультатно. Грузовик этот — старая рухлядь, которую Кобби так и не смог продать ни за какие деньги, так что средств на отраву ему найти не удалось. Остальное имущество предприятия он успел спустить ради наркотиков. Так что, когда объявили о банкротстве, у него уже практически ничего не оставалось.
Лицо Гаррета омрачилось.
— Неужели он мог так опуститься?
— Наркотики — это страшный демон, — взволнованно пояснил Крэг. — Сначала он дает человеку наслаждение, затем помогает забыть о трудностях жизни. Но приходит день, когда он полностью разрушает личность. Наркотик становится главнейшей жизненной необходимостью, ежеминутной потребностью и, наконец, полностью подчиняет себе человека. Ни один тиран не может похвастаться такой полнотой власти над своими жертвами.
Крэг на мгновение умолк, затем закончил с неприкрытой ненавистью:
— Мне эти стадии известны не понаслышке. У меня была младшая сестра. В семнадцать лет она выкурила первую сигарету с марихуаной. В двадцать четыре года она попала в психиатрическую лечебницу и умерла в страшных страданиях. До последнего вздоха она умоляла: «Дайте мне небольшую дозу, пожалейте меня, дайте хоть немного».
—
Крэг, я понимаю вас. И прошу вас извинить меня за…
—
До того, как она связалась с этой гадостью, сестра была очень хорошенькая. Я провел у ее изголовья последнюю ночь. Она превратилась в живой скелет, Гаррет. Кожа да кости. Не лицо, а сплошная гримаса. Организм прогнил насквозь! Живое отрицание женственности. Только смерть вернула ей какую-то долю человеческого достоинства.
Крэг поборол охватившую его дрожь. Понемногу черты его лица смягчились. Он глубоко вдохнул воздух и с силой, словно пытаясь освободиться от горя и ненависти, угнетавших его, выдохнул… Неожиданно он усмехнулся.
—
Забудьте все, что я вам тут рассказал, мистер Гаррет.
—
Разве такое можно забыть? — возразил адвокат.
—
Можно. Я многое пережил и научился держать себя в руках.
—
Так почему все-таки я должен забыть?
—
Из-за Ален Сэмпл, разумеется. Спасите ее.
—
Но ведь она никоим образом не связана с наркотиками, — запротестовал Гаррет.
Крэг, уже направляющийся к двери, резко обернулся и спросил:
—
А что, собственно, вы о ней знаете?
Глава 12
Уэвер внимательно слушал рассказ Гаррета.
К известию о внезапном и необъяснимом переезде Сэмпл Уэвер отнесся равнодушно. Не вызвало у него беспокойства и вторжение Крэга в оставленную молодой женщиной квартиру. В то же время известие об исчезновении Дика Кобби вместе с грузовиком заставило его серьезно задуматься. Нет ли тут какой-нибудь связи между коробкой от пистолета и этим разорившимся парнем, к тому же заядлым наркоманом.