Страница 6 из 14
Год от года в похмельной беде.
Забродила кровь бредом, варением,
Растворилась в безмерной тоске.
Помяни меня, матушка, скверного,
Бескорыстно молись обо мне.
Поверни мою душу, неверного,
Пока я догораю в огне.
Рэмбо
Косясь костью на костыль,
Роком строки об Артуре.
Я не знаю, что он - пыль,
Знаю лишь, что вас “надули”.
Дух плюс разум - грязный фарс.
Легкий дух и грузный разум.
Дух взлетает на Парнас,
Разум жить внизу обязан.
Он, узрев болезнь в миру,
Средь болезных лез на гору,
В бесконечность, на бегу
Смыслам не давая фору.
+++
Отдаляясь от основ,
Просыпаясь ото снов,
Посылаю в дол послов,
Греметь кандалами слов.
Отдаляясь от основ,
Горжусь звоном свежих строф.
Ради выгоды и слав
Крепче будет этот сплав.
Разделю звучаньем свет,
Выжму из согласных цвет,
И течение времен
Не убьет словесный звон.
+++
Неспешный экипаж жучком ползет в Сибирь.
Безжизненная жизнь молчит, изнемогая.
В снегу то вдруг находится, то пропадает,
Палит огнем в хладеющую ширь
Бесстрашный колокольчик, золото плеская.
Я жду...
Спазмом стареющей клетки,
Паузой вечной, как пытка,
На ветру раненой веткой,
Я жду твоей светлой улыбки.
Ядом последней таблетки,
Швалью карточной к ряду,
Болезнью заморской редкой,
Я жду твоего взгляда.
Линзой прицела зоркой,
Духом с печатью проклятья,
Зимой тоскливой прогорклой,
Я жду твоего объятья.
Упрямством идеи колкой,
Потугами взора немого,
Кузнечиком на иголке,
Я жду твоего слова.
Парк
Клею на лицо улыбку.
По асфальту ползу в парк.
Сквозь каленую калитку
Стая серых злых собак.
Небо тонкого фарфора,
Солнце - желтый апельсин.
Пока время дает фору,
Там забудусь я один.
В памяти фальшивит скрипка,
Тешит звуком тишину.
Брызги солнечного блика
Выжгут на снегу весну.
Снег польется вниз с асфальта,
Лед сверкнет в воде ножом.
Скрипка вдруг сыграет альтом,
Словно снова мы вдвоем.
А.
Сердце в заплатках, сокровище.
Большей боли не быть -
Красавица и чудовище.
Спеть или завыть.
А она что-то не звонит.
Жду. Ожиданьем живу.
В томном времени тонет
Мой часовой на посту.
А.
Я влюблен навсегда в твои карие очи.
Одинокие свечки в них отклика ждут.
Паутина души под печалью промокла,
И на холмах идей эдельвейсы растут.
Ты колдуешь меня, подбирая соцветья
Пестрой ветоши формы и газов духов.
Мы играем в любовь, словно в салочки дети,
Замирая на миг под неон общих снов.
И в порыв общей страсти и спазма дыханья
Не сказать ничего, не смолчать ничего.
Знаю, нету в миру сокровеннее знанья,
Чем душою суметь заглянуть в то окно.
Там ключи от врат рая вручил Петр в небе,
Что б не тяжко нам было бы жить жуткий век.
Что б не страшно нам было тащить тайны жребий,
И последний снег баловал, как первый снег.
Весна
Сегодня вдарила внезапно в мозг весна.
И даже мне охота с кем-то драться.
Чтобы зубы выбивать, выкалывать глаза,
Как в буйном отделении, кусаться.
Не так, чтоб мучить, а лишь чтоб сражаться,
Не за идею, Родину и веру.
Кромсать плоть плотью и в сознаньи не копаться,
Забыть закон, мораль, конвенцию и меру.
Копаться только в жизни - пить весну.
Пьянеть от солнца и от испарений снега.
Я до рассвета не хочу ко сну -
С ударом в мозг вдруг вывалилась нега.
Камни
Облака несут дождь пегим пеплом,
Небеса несут паруса.
Тает солнце сквозь лед пятном бледным,
Застревая в объятьях сна.
Непогода сродни одиноким -
В заточении править себя,
Когда дождь изливает потоки,
Точит кость, грязь и желчь унося.
Эх! Люблю попинать камни в память,
Когда капли аллеи зальют.
Ставни снять. Перепонки расправить.
Я иду, и деревья встают.
К окнам...
К окнам тянет ветвистую руку
В перламутре прозябший орешник.
Убивай меня ласково, нежно
Смерть-тоска - реставрация духа.
Солнце мертвое за морем стужи.
День короткий вмиг в сумерки скрылся.
Я колючей водой в кровь умылся
И встречаю мигрень неуклюже.
Час забвения хуже разлуки.
Место, действие, время - все частно.
Я обманывал сердце так часто...
Не возьмет меня сон на поруки.
Лицо
Акры и гектары, озера синих глаз.
Лицо твое лежит передо мной пустыней.
Волосы текут рекой по ней, кудрясь.
Жизнь на простыне, где даже ад остынет.
А что ты видишь сквозь вуаль широких глаз
В миг, когда не знаешь, кто я и где ты?
И когда первые слова, за сон еще держась,
Делают свои полшага из мечты.
Упаду...
Упаду на трамвайные рельсы.
Просто так, из-за глупой мечты.
На кусочки разрезано сердце,
В каждом кусочке - ты.
Тепло, твои запахи, слезы
Еще сохранила кровать.
Лишь засохли фиалки и розы.
Я уснул, я устал тебя ждать.
Побегут тараканами мысли,
Объяснятся нелепости их.
И засыпят осенние листья
Миражи троп исканий моих.
Все уже решено. Больше сделано.
И отныне ты можешь не лгать.
Надо мной идет снег цвета белого.
Я уснул. Я устал тебя ждать.
Это место
Ты помнишь это место?
Здесь Шивва шалил раньше.
Весна с венцом невесты,
Топтала вьюгу фальши.
Что было - все не важно!
Не важно все, что будет!
Не ждет нажив отважный.
Пусть время слабый судит.
А что до грусти гордой -
С нее костям не тесно.
В глазах с вуалью мертвой,
Ты видишь это место?
+++
Гуттаперчево, каучуково,
Как младенца в руках убаюкала,
Задремали с дорожного стука
Мои были. Колдунья-разлука.
Не толково с утра пить, и все-таки
У разлуки желание к водке.
“Из горла” спирт колючий репейником
Косолапое мышление пленника.
Каруселево, рвотно, отравленно...
На челе жилка ленностъю сдавлена.
Кто меня изгоняет? Кто двигает?
Кто на пасынка мачехой цыкает?
+++
На “Черную речку” колечко твое привело
Из брички. Село утром бредит...
Брешут собаки.
Бараки батрачьи.
Последний путь начат.
Судьба смертью скачет.
И с жизнью прощается, что отросло.
Бетховен
Не нужно ни золота, ни серебра,
Чтоб сердцем поверить в бессмертье души.
Но только без крови, внезапного зла
Поверить в реальность души не спеши.
Бетховен. Зверь-гений. Глухой. В три руки.
Он правда безумен? В крови нет тепла?!