Страница 7 из 100
Что-то Maman давно не объявлялась, мелькнувшую было мысль прервал зуммер М-канала. Легка на помине!
Накинув на себя пурпурную махровую простынь, Демьян прошлепал босиком в гостиную. Телевизор мигал всеми цветами радуги и верещал турецким маршем. Он взял в руки пульт и плюхнулся в антикварное кресло от Галле[29]. Набрав код, Демьян нацепил на лицо благочестивую улыбку и приготовился увидеть Maman.
Вопреки ожиданиям с экрана на него удивленно пялился Ганс-сказочник, сокурсник с МАЗИ, собутыльник, соратник по безумным проказам и многочисленным «со».
Salve[30]! Кому это ты так мило скалишься?
Думал, это Maman меня ищет.
Извини, если не оправдал твоих ожиданий. Как диплом?
Последняя цыпочка осталась. Сегодня сорвалась. – От всколыхнувшей его злости Демьян даже заскрипел зубами.
Ну-ну, охолонь, твои эманации даже по оптоволокну передаются! Так хороша, что ли? Или просто отказала? У тебя ведь на этом пунктик…
Просто сбежала, честно признался демон.
Забудь! Завтра наверстаешь упущенное. КАКАисты[31] снова запускают Бермудский треугольник – сбор в Майами объявили. Знатную гулянку обещают: ede, bibe, lude, lupare[32]! Ты как?
Не знаю, последняя неделя осталась, диплом-то затянул.
Да я тоже еще улов не собрал – пресса шумиху уже подняла, а до суда никак дело не дойдет.
Ганс творил диплом по плагиату. Он взял себе в напарники процветающего отщепенца Андеграунда – Пегого Муза, знаменитую жертву роковых стечений обстоятельств. На самом деле Муз изначально был музой, кажется, творчества. По случайности (в Чистилище вредность характера зашкалила при сканировании) она одна попала в Ад, опять же случайно была воплощена в мужском теле, и по той же роковой случайности при распределении оказалась в клане троллей. А, как известно, что медную гору вдохновлять, что тролля. В отчаянии волоокий неофит-тролль официально сменил пол, чем быстро приобрел пикантную известность далеко за пределами своей семьи. За это мерзопакостный трансвестит был с позором изгнан из клана, что впрочем, ничуть его не расстроило. Пегий Муз стал звездой андеграундского бомонда и с успехом зарабатывал на жизнь своим прямыми обязанностями – вдохновлял. Правда, только на глупости, все-таки, пребывание в семье, чьей визитной карточной слыла непроходимость, как тела, так и ума, наложило свой отпечаток.
А, к Рогатому с Горбатым этот диплом! Когда встречаемся?
Верно! Ars longa, vita brevis[33], – несмотря на тщательно разыгрываемый образ разнузданного прожигателя послежизни, Ганса периодически выдавал интеллект, не дюжий даже для своего клана. Порой он прорывался в бытовую речь вампира замысловатыми цитатами древних. – Ergo[34], завтра в полночь по местному времени, Майами, отель «Гранд Лючия». И не забудь созвониться с Финансистом, у него работа по краху авиафирм они с Синоптиком ураганы через Атлантику запускают. У тебя, кажется, не тот настрой, чтобы в водно-воздушных аттракционах участвовать! Ганс хихикнул и отключился.
Демьян не успел еще перелистать свой телефонный свиток, как М-канал запел снова. На этот раз это была Maman.
Милый, то тебя Рогатый благополучно где-то носит, то канал занят. Ты вообще об отчем доме помнишь, или земные юбки память напрочь отбили?
На Земле последние сто лет, мама, все девицы брюки носят, пока доберешься, пока расстегнешь, поди разберись, кто там действительно за молнией спрятался…
Еще добавь, что это тебе в тягость, и ты устал как последний депутат.
Ну, притомился малость. И, мам, честно, домой хочу. По катенькиным свиным рогулькам соскучился, она все еще их мышьячком приправляет?
Нет, твоему папе их сладковатый вкус не понравился, Катерина на свинцовую амальгаму перешла, Maman наконец-то улыбнулась.
Как дома?
Спокойно. А вот у тебя намечается одна проблема. Завтра в Москву летит дядя Меркуза. С племянницами.
Всеми шестью?
Нет, кажется с пятью – Гризелла уже нашла себе жениха. Сам знаешь, как они все оптом по тебе сохнут. Во избежание всяких пересудов – девочкам еще в свете появляться нужно, на семейном совете принято решение перевести тебя в «Сталинградскую».
Но мам, недовольно протянул Демьян.
Я знаю, что тебе осталась всего неделя, но я и так целый год защищала твой люкс в «Интернационале» от посягательств родни. Так что собирай вещи.
Портал, да еще транспортный?
За мой счет.
А автокамердинер?
Так и быть, бездельник! – Maman изобразила воздушный поцелуй, и экран погас.
Демьян радостно потер руки. Рогатый помог просто чудненько все складывается. Магиканал в «Сталинградской» работает через пень колоду. Можно спокойно мотать на Майами, а свое отсутствие списать на перебои со связью. Манатки все равно через неделю собирать пришлось бы – вон их за год сколько накопилось.
Демон вытащил кредитку. Она было строга по дизайну – на оранжевом фоне черно-белый логотип банка. Демьян приложил указательный палец к магнитной полоске, и карточка, опознав владельца, стала приобретать оранжевую окраску – показатель второго уровня насыщения. Ласково поглаживая драгоценный пластик, он принялся ждать. Через несколько секунд кредитка запульсировала всеми цветами радуги – шел перевод энергии. Наконец кредитка стала монохромно синей.
Maman, конечно, пожадничала, заправила только до шестого уровня, правда все равно на несколько порядков больше, чем обещала при разговоре. Этого с лихвой хватит покуражиться на курорте. Со словами «Я люблю тебя, мама!» он поцеловал карточку и бросил ее на камин.
Скрестив руки в замок, Демьян произнес заклинание Ля Шане и вызвал автокамердинера в воплощенном варианте. Вместо привычного лакея с французским прононсом в номере материализовался полупрозрачный джин с мощным торсом.
В конторе оценили объем работ, предупредил он, готовый сорваться с уст Демьяна ехидный вопрос. Затем церемонно поклонился:
Слушаю и повинуюсь! Тьфу, шайтан меня возьми! Готов к вашим услугам! – и попытался сделать книксен.
Демьян отдал необходимые указания, и, не спеша допивая виски, отправился одеваться сам. Он как раз увидел дно своего бокала, когда все чемоданы были упакованы.
Теперь в «Сталинградскую» распорядился демон.
Я в грузилы не нанимался, гордо сообщил джин и испарился.
От всего сердца чертыхнувшись, Демьян опять скрестил руки и вызвал грузчика. В номере материализовался тот же самый джин.
Видимо в конторе большие проблемы с персоналом, раз они гастарбайтеров уже на работу принимают, съязвил Демьян.
Несмотря на древность рода, клан Джинов и Ифритов уже несколько тысячелетий пытался завоевать уважение среди других семей Андеграунда. Правда, что-то мешало. То ли сказывалась жадность верхов, то ли горячность рядовых членов, но в приличное общество приглашать восточных демоном избегали.
Куда изволите? – бешено вращая всеми тремя глазами, поинтересовался джин.
Я уже тебе сказал, в «Сталинградскую». Ты язык плохо понимаешь или Средний мир плохо знаешь?
Джин выпростал вперед руку, которая начала расти в длину и вширь. На ладонь, как на платформу слетались и самостоятельно укладывались кофры и чемоданы Демьяна. Во время этого занятия у восточного носильщика вырывались возмущенные слова непереводимого диалекта, сопровождаемые огоньками пламени. Когда багаж достиг размеров среднего грузовика, конечности джина расти перестали.
Из горы с поклажей Демьян выудил черный кожаный чемодан на колесиках. Он собрал его собственноручно для завтрашней поездки. Демон оправил чемодан в центр зала и оставил над ним висеть огненную записку домовому с указаниями, что тому следует сделать. В углу записки болтались, попискивая, пригвожденные пяток чаевых душ.
Серебристая молния разрезала явь рваной раной транспортного портала. Мимо проплыл и загрузился джин. Он демонстративно не смотрел на хозяина перевозимых шмоток, а только горестно вздыхал, уже на общепринятом анде что-то об оборзевшей молодежи.
Демьян пустил по комнатам Нетеряйку, маленького поисковика, и, убедившись, что ничего важного не забыто, разве что пару порнофантомчиков для озабоченных сестричек, несмываемую помаду едкого зеленого цвета для тетушки, не гнушающейся «халявшиной», да призывно початую бутылку виски (модель «без дна», механизм самонаполнения основан на канализационных конструкциях, важно: обязательна магическая привязка к конкретным «удобствам»), для любимого дядюшки!