Страница 11 из 12
– Половина бизнеса отходит родственникам, смысл именно такой, – согласился Хейнс. – Вдове и сыну покойного.
– Лидия Ивченко, вдова бизнесмена, посвящена в дела фирмы. Она рассчитывала получить как минимум около тридцати пяти миллионов долларов наличными и еще ценные бумаги на сумму порядка десяти миллионов долларов. Итого – сорок пять миллионов. Оставшийся в живых компаньон Стас Рогов и сам настаивает на честном дележе. Правильно? – В знак согласия Хейнс перебросил мячик из руки в руку. – Сначала оценку активов «Васты» поручили русской аудиторской конторе «Константа Плюс», – продолжал Радченко. – Работа длилась около трех месяцев. Были проведены экспертизы. Оказалось, что дела «Васты» не так хороши, как рисовало воображение вдовы. Выяснилось, что Лидии отойдет всего около трех миллионов долларов. Но и эту сумму она сможет получить не сразу, а частями. В течение пяти лет.
– У вас хорошая память, – заметил Хейнс.
– Спасибо. Лидия, разумеется, не согласилась с выводами экспертов, усомнившись в их неподкупности. Она посоветовалась с адвокатом и решила привлечь для аудита независимую иностранную фирму с отличной репутацией «Хьюз и Голдсмит». Стас Рогов был не в восторге от этой идеи, но принял ее – правда, с тем условием, что вдова возьмет на себя все расходы по оплате аудита. Женщина настаивала на обратном. Долго торговались. В конечном счете решили оплатить счет поровну.
– Все так. – Хейнс подбросил мячик к потолку. – Но эти выкладки не имеют прямого отношения к исчезновению Джейн.
– Возможно, вы правы. Но, приступая к поискам Джейн, я должен был знать, над чем она работала. Теперь вопрос: правда ли, что капитализация, то есть стоимость компании «Васта», за полгода упала в двенадцать раз?
– Это коммерческая тайна, – улыбка исчезла с лица Хейнса. – Но я получил письменное указание от одного из своих боссов. Мне предписано честно ответить на все ваши вопросы. Итак, мой ответ утвердительный. «Васта» подешевела в разы. Я работаю в России два года, тут иногда бывает так.
– А в Америке разве не случается? – усмехнулся Радченко.
– Случается, но не так часто. Кстати, не я отправил Джейн в Ташкент; у нас есть русский сотрудник, который выполняет подобные поручения. Но Джейн хотела все закончить сама. И еще одна штука: для нашей фирмы аудит «Васты» – дело мелкое. И, признаться, лично я сожалею, что начальство в Чикаго приняло такое… Такое предложение. Особенно сейчас, когда исчезла Джейн. И очень надеюсь на вашу помощь. Тем более что отношения с вашей полицией у меня не сложились.
Чарли рассказал, что заявление о пропаже гражданки Америки принял некий майор Юрий Девяткин. Сначала он и слышать ничего не хотел о Джейн и уверял, что факт исчезновения не установлен. Возможно, Джейн вместе с любовником отдыхает где-нибудь в горах или плавает в море. Поэтому Девяткин пальцем о палец не ударит, даже не подумает хоть что-то сделать… И так далее.
Но из посольства позвонили самому большому полицейскому чину Москвы, и дело сдвинулось с мертвой точки. Заявление приняли. Из ГУВД Москвы ушел запрос в Таджикистан. Оттуда ответили, что Джейн Майси в городских гостиницах не регистрировалась, в частном секторе на постой не останавливалась, ее местонахождение не установлено. В городских ресторанах американку не видели. Тамошние сыщики запросили дополнительную информацию.
В аэропорту Джейн встречал некий Рахат Садыков, уже года два-три работавший на «Васту». Фирма в свое время хотела открыть в Таджикистане фабрику по выделке кожи, но начинание увязло в бюрократическом болоте. «Васта» купила в Ташкенте отдельно стоящий дом, оборудовала что-то вроде офиса. Там работали две женщины, сторож и сам Садыков. Он сидит на мизерной зарплате, бережет вверенное ему имущество и документы. И дожидается лучших времен. По отзывам, этот Садыков приличный человек, на которого можно положиться. Он взялся устроить Джейн в какую-то гостиницу и помочь ей разобраться с документами, но исчез вместе со своей подопечной. И никаких следов. Еще в Москве Чарли и Джейн договорились, что она будет звонить каждый день. Был только один звонок, Джейн сказала, что приступила к работе, и больше на связь не выходила.
Теперь московские и таджикские менты делают вид, что ищут американку. А сами ждут, только не поймешь, чего именно. Возможно, информации о том, что в окрестностях Ташкента найден изуродованный до неузнаваемости труп женщины. Одежды нет, вещей нет, денег нет. Или, напротив, Джейн появится, живая и невредимая, и расскажет какую-нибудь романтическую историю, похожую на сказку. Этот финал устроил бы все стороны, но чудеса случаются редко. А если и случаются, то за большие деньги.
Глава 6
Ближе к вечеру завернули в незнакомый аул, проехали вдоль единственной улицы: несколько одноэтажных домов, сложенных из необожженного кирпича, с плоскими крышами, занесены песком по самые окна, полуразвалившиеся кошары для овец, развалившиеся сараи. Кое-где сохранились загородки из жердей, а возле одного из домов валялись железная бочка, листы ржавого железа. Джейн заметила, что такие же кишлаки она видела три года назад в Афганистане, когда «Хьюз и Голдсмит» работала по заказу крупной международной корпорации, в планах которой значилось строительство комбината по производству олова, и поинтересовалась:
– Почему людей не видно? Тут ведь не Афганистан.
– А везде одно и то же – что в Афганистане, что у нас. – Садыков прошелся вожжей по спине Погоста, норовящего свернуть с дороги. – Сначала пропадает вода, за ней исчезают люди. Потом гибнут деревья, наконец, все съедает песок. Раньше тут все было по-другому, обещали оросительный канал подвести. Но посчитали, что это слишком дорого.
– Все наладится, – ответила Джейн. – Песок может отступать, он приходит и уходит, как море. Ну, поживем – увидим. Это русская поговорка.
– Кто доживет – тот увидит, – мрачно кивнул Садыков. – Это местная поговорка. – Он стеганул лошадь плеткой, чтобы бежала быстрее.
Через полчаса выяснилось, что дорога кончилась прямо посередине выжженной солнцем долины. Дальше поехали, выбрав направление по солнцу. Перевалили через холм и неожиданно оказались на берегу небольшой речки. Садыков разнуздал лошадь и с задумчивым видом присел на камень, наблюдая за течением мутной, желто-коричневой воды.
Джейн тоже опустилась на камень. Неожиданно ей в голову пришла мысль, что только сейчас она поняла, когда началась эта история, и может связать концы сконцами…
В конце марта Джейн прилетела в Атланту. Возле аэропорта в компании по прокату автомобилей за восемьдесят долларов оформила на двое суток новенький «Крайслер Пацифика» и поехала в гостиницу. Оставив машину на стоянке, зарегистрировалась, получив у портье ключи от номера и талоны на бесплатный завтрак.
Конечно, можно было просто взять такси и отправиться в дом Майкла. Они могли бы провести весь уик-энд вместе, но Миа, его мать, религиозная и ворчливая старуха, не любила, когда на ночь остаются чужие люди. К их числу она относила всех окружающих, включая единственную сестру Луис, темнокожую сиделку Алису и, разумеется, невесту сына.
Так что Джейн просто позвонила Майклу и спросила, когда он освободится. Потом сварила себе кофе и вдруг вспомнила об одном магазинчике посуды, где всегда есть изумительные тарелки ручной работы, выполненные по эскизам знаменитой художницы из Пенсильвании. Магазин находился довольно далеко от города, но дело того стоило.Миа тридцать пять лет собирает фарфоровые статуэтки и посуду якобы ручной работы, и подарок должен ей понравиться.
Приехав в магазин, Джейн выбрала декоративную тарелку и подставку к ней. Оформив покупку, она уже выходила, когда зазвонил мобильный телефон.
– Как всегда, времени не хватает, – сказал Майкл. – Свалился на голову один идиот, который собирался купить дом. Потом куда-то пропал на полгода, а вот теперь вынырнул из тины. Короче, я задержусь. Ненадолго. Жди меня в зале, за столиком.