Страница 11 из 30
— Спасибо, что освободил президента, — поблагодарил его я.
— А, было бы о чем говорить, — ответил Джек. — Слушай, я вот почему звоню: я вроде как собрал вместе все наши требования и надумал послать их тебе электронной почтой. Вообще-то я привык к обычной, но ты же знаешь, в какой зоопарк превращаются по праздникам почтовые конторы.
Нарочито легкомысленный тон Джека начинал действовать мне на нервы. Я постарался сдержать раздражение, представив себе, как застегиваю на нем наручники и волоку его мимо людей, которых он терроризировал. Я не сомневался, именно так и будет. Это всего лишь вопрос времени, думал я, беря из рук связиста бумажку с электронным адресом.
— Хорошо, Джек, — сказал я. — Записывай наш адрес.
Получив от меня координаты интернет-сайта нью-йоркской полиции, Джек сказал:
— Примерно через минуту отправлю вам письмецо, дам какое-то время, чтобы вы все усвоили, а после перезвоню. Годится?
— Вполне, — ответил я.
— Я правда очень ценю твою помощь, Майк. Если все пройдет гладко, у нас с тобой получится веселенькое Рождество, — пообещал Джек и прервал связь.
— Требования пошли! — крикнул мне молодой коп, сидевший за ноутбуком.
Я подбежал к нему, взглянул на экран. Я ожидал увидеть просто цифры, однако на экране появилось что-то вроде длинной и довольно сложной электронной таблицы. Вдоль левого ее поля шли имена тридцати трех заложников. Против каждого стояла сумма выкупа — от двух до четырех миллионов долларов, — за ней следовали имена адвокатов заложников, их агентов, менеджеров и супруг либо супругов, плюс телефоны каждого. Внизу таблицы стоял номер линии связи с банком и инструкция о том, как перевести через Интернет деньги на счет в этом банке.
Я просто глазам своим поверить не мог. Вместо того чтобы проводить с нами прямые переговоры, преступники обратились непосредственно к источнику денег — к самим богатым заложникам.
— Будем звонить по этим номерам, — сказал Уилл Мэттьюс. — И перешлите список в Бюро. Может, они сумеют дать нам какую-нибудь ниточку.
Кто-то ударил Джона Руни под ребра, заставив его поднять голову. Маленький Джон возвышался над ним, поигрывая бейсбольной битой.
— Эй ты, примадонна, — сказал громила. — Чего-то мне скучно стало. Давай, встань и повесели нас.
— Я как-то не в настроении, — ответил Руни.
И зубы его тут же клацнули — это Маленький Джон ласково стукнул Руни кончиком биты снизу по подбородку.
— Вот тебе мотивация, — сообщил он. — Лезь на алтарь и сделай так, чтобы я хохотал, как гиена. Не то я твою оскароносную башку вдребезги расшибу.
Руни нехотя забрался на алтарь и оглядел заложников. В глазах у них застыл ужас. Расшевелить толпу одними словами дело и так-то не легкое. А чем можно рассмешить этих людей?
— Общий привет, — произнес он на пробу. — Спасибо, что пришли сюда сегодня. Перед вами выступит Джонни!
До него донесся женский смешок, самый настоящий. Кто это? Юджина Хамфри. Умница!
— Юджина, эй, как жизнь, сладкий перчик? — произнес он, пародируя фразу, которой она открывала свое шоу. Теперь Юджина и вправду засмеялась, а с ней и еще несколько человек.
Руни сделал вид, будто смотрит на свои наручные часы.
— Давайте поговорим о затянувшейся мессе, — сказал он.
Новые смешки.
— Знаете, чего я действительно терпеть не могу? — спросил Руни. — Да и вы, наверное, тоже. Это когда приходишь к другу на похороны, а тебя там — раз, и похищают.
Руни хихикнул, вслушиваясь в нарастающий смех, выдерживая для пущего эффекта паузу.
— Нет, ну правда, вы приоделись, как полагается, пришли сюда малость грустные, все-таки человек помер, но и малость обрадованные, потому как померли-то все же не вы, а тут — на тебе! — из алтаря вдруг полезли монахи с обрезами и гранатами.
Теперь смеялись уже почти все. Даже похитители и те давились от хохота. Что ж, по крайней мере людям стало немного полегче. Краем глаза он заметил схватившегося за бока Маленького Джона.
«Смейся-смейся, — подумал Руни. — Погоди, услышишь про электрический стул, тебе еще смешнее станет».
Сидя в глубине часовни, Чарли Конлан делал вид, что смеется шуткам Джона Руни, а сам тем временем изучал одного за другим захвативших их негодяев. У ограждения часовни этих мерзавцев стояло шестеро. Среди них был и здоровяк, Маленький Джон, однако главарь их, Джек, а с ним еще пятеро или шестеро находились где-то в другом месте.
Конлан стал вспоминать, чему его учили в армии. Он пересчитал гранаты, висевшие на груди у каждого бандита, пригляделся к выпуклостям на их рясах — похоже, они надели пуленепробиваемые жилеты.
И наконец, сдвинувшись по скамье на полметра влево, шепнул:
— Тодд.
— Да? — негромко ответил полузащитник «Нью-йоркских гигантов».
— Браун с нами? — Торговавший недвижимостью пятидесятилетний магнат был мужчина крупный и сильный.
— Он готов драться, — ответил спортсмен. — Собирается завербовать мэра.
Конлан был доволен тем, что футболист оказался с ним рядом. Этот мускулистый гигант мог справиться с любым из бандитов.
— Неплохо, — тихо сказал спортсмену Конлан. — Чем нас больше, тем выше наши шансы.
— Что будем делать? — спросил Сноу.
— Только между нами, — прошептал Конлан. — Помнишь, как нас обыскивали? Отобрали сотовые, бумажники? А вот двадцать второй калибр в моем ботинке проглядели.
Ну вот, пришлось соврать, подумал он. Пистолета у него не было, но для того, чтобы выжить, необходимо поднять дух людей. Дать им надежду.
— Мы нападем на них, — сказал полузащитник. — Только слово скажи. Нападем.
Аккуратист стоял в будке телефона-автомата и, натянув на руку перчатку, шарил за аппаратом. Да где же эта штука?
В конце концов его пальцы отыскали за стальным ящиком покрытые пластиковой изоляцией проводки. Он подсоединил к ним телефонную трубку. Три недели назад его люди протянули пару телефонных проводов по кабелепроводу, который соединял подвал собора с ближайшим кабельным колодцем, а из колодца провели провода до этого телефона-автомата. Понимая, что любая сотовая и проводная связь с собором будет отслеживаться, они создали собственную линию связи.
Аккуратист взглянул на часы и поднес трубку к уху. Точно в шесть вечера в трубке раздался щелчок — кто-то из находившихся в соборе людей подсоединил к противоположному концу линии обычную батарейку, и линия ожила.
— Ты здесь, Джек? — спросил Аккуратист.
— А где же мне еще быть? Как там все, на твоем конце?
— Когда ты выслал толпу заложников, — ответил Аккуратист, — они растерялись. То же самое с Хопкинсом. Просто поверить не могли.
— Приятно слышать, — сказал Джек.
— А как твои беседы с нашими богатыми друзьями?
— Беседы получились вполне познавательные, — сообщил Джек. — Теперь вопрос в том, останутся ли слуги закона в прежнем обалдении, пока мы будем все это проворачивать.
— Судя по тому, что я видел, — ответил, хмыкнув, Аккуратист, — они будут чесать затылки до следующего Рождества.
Когда я закончил перечитывать запись наших с Джеком переговоров, за окнами командного центра было уже темно. Сидевший рядом со мной Пол Мартелли беседовал с кем-то по телефону. Около десятка других копов работали с ноутбуками.
Мы переправили требования террористов в отдел экономических преступлений ФБР, наши люди обзванивали указанные в таблице номера. Общая сумма выкупа составила около восьмидесяти миллионов долларов.
Для одного человека сумма огромная, но если разбить ее на доли в два с половиной миллиона, она такой уж непомерной не покажется. Просто удивительно, с какой охотой люди вызывались уплатить свою долю. Супруги и родственники знаменитостей давали мне телефоны своих финансистов едва ли не раньше, чем я получал возможность представиться.
Приходилось согласиться с Джеком. Жирные коты действительно были готовы откупиться от неприятностей.