Страница 31 из 81
– И ты поняла, Софьюшка, но теперь той цепочки нет, а с казака взятки гладки.
Сразу за окраиной селения Дарган свернул с большака на проселочную дорогу и снова пустил коней в стремительный галоп. Он не знал, сколько верст осталось до пограничных столбов, но торопился пересечь разделительную черту поскорее. Рядом с рослым жеребцом разбойников бежали налегке кабардинец с дончаком, мыльная пена исполосовала их бока, сделав похожими на зебр – чудных зверей, завезенных из Африки и виденных казаком в парижском зоопарке. Чуть позади вела за собой еще одну лошадь Софи, на ходу утолявшая жажду виноградным вином из деревянной баклажки. Свою емкость Дарган успел опустошить.
Солнце клонилось к закату, его лучи теперь не так обжигали кожу, они уже не упирались в лоб, а потоками бежали вдоль линии горизонта, делая тени многократно длиннее. Казаку показалось вдруг, что одно из таких темных пятен легко скользит сбоку, держа курс на пересечение с проселком, по которому они скакали. Дарган приставил к папахе ладонь. В той стороне пролегала основная дорога, по которой и в самом деле наметом мчался отряд всадников. Натянув поводья, хорунжий пристально вгляделся в живой комок. Сердце его екнуло, он рассмотрел высокие головные уборы гусар и сверкающие над ними наконечники пик. В голове Даргана пронеслась мысль, что часовой у стены постоялого двора проспался-таки и успел доложить по инстанции об одиноком терском казаке с подружкой и запасными лошадьми. Сами кубанцы бросаться в погоню постеснялись, негоже казакам ловить казака, но передали это задание отряду доблестных гусар. Еще через мгновение эта мысль подтвердилась донесшимся издалека ружейным выстрелом, он прозвучал как предупреждение.
– A-a, господа гусары! – Дарган закружил гнедого жеребца на месте, выхватил из-за голенища нагайку. – Не успеем, вперехлест идут. Где эта граница с Германией?
– Там, – показала рукой вперед жена.
Видно было, что она собралась в единый комок нервов, готовый взорваться выплеском энергии.
– Там, месье д'Арган, – повторила Софи.
– За мной, Софьюшка, отцу и сыну!
Казалось, жеребец решил выпрыгнуть из седла, с таким остервенением рванулся он навстречу пространству, за ним сорвались остальные лошади. Кони понеслись по равнине, расстояние ложилось под копыта, словно они отбрасывали его назад.
Видневшаяся впереди стена деревьев рябила перед глазами, грозя преградить дорогу. Дарган рванул жеребца за уздечку, направляя его в узкую просеку, и тут же, вначале просеки, поднял на дыбы. Выхватив шашку, он срубил за успевшими проскочить животными несколько молодых тополей, отступив саженей двадцать, протянул поперек узкой тропы веревку, замотав ее концы у основания стволов, и вновь вырвался вперед, увлекая маленький отряд за собой. Они неслись по просеке до тех пор, пока сзади не раздались громкие крики вперемежку с ружейной пальбой и отчаянной руганью. Затор сделал свое дело, Дарган вздохнул, убавил бег коня и оглянулся на спутницу. Как всегда, на ее лице присутствовала лишь радостная улыбка. Прижав ладонь к губам, жена послала ему воздушный поцелуй. Он усмехнулся, засунул нагайку за голенище сапога. Через некоторое время издалека донесся еще один вопль, это сработала веревка, натянутая на нужной высоте.
Впереди замаячил просвет между деревьями, подсвеченный последними лучами солнца, за которым простерлось новое открытое пространство. Выскочив из лесу, Дарган по инерции проскакал немного по прямой, потом остановился, стараясь получше сориентироваться. Он не сомневался в том, что они двигались в правильном направлении, память подсказывала, что где-то невдалеке должны торчать полосатые столбы с немецкими буквами на перекладинах. Он запомнил их еще с того времени, когда вместе с казачьим соединением переходил границу Франции, проигрывающей войну.
Вдруг казак заметил, что прямо к ним направляется наряд верховых в чудных шлемах с блестящими набалдашниками, с ружьями за спиной. Сытые лошади с широкими грудями резво перебирали мохнатыми ногами, а сбоку от наряда, ближе к лесу, из земли торчали те самые полосатые столбы. Значит, в пылу скачки они не заметили, как влетели на чужую территорию.
– Хоть назад возвращайся, – произнес Дарган. – Из огня да в полымя.
Спутница за его спиной что-то негромко сказала и встала рядом. Между тем конники подъехали на расстояние в несколько шагов и сняли с плеч ружья.
– Хальт, – крикнул один из них, и тут же щелкнули взводимые курки.
Капрал выдвинулся вперед и нагловато осмотрел нарушителей границы. Вид заросшего черной щетиной воина в папахе, в черкеске и с кинжалом за поясом его заметно настораживал. Он задержал долгий взгляд на женщине и вдруг улыбнулся широкой улыбкой.
– О, господин руссиш казак! – немец приложил ладонь к шлему. – У вас есть аусвайс, разрешение на проезд по германский земель?
– Они у меня в порядке. – Дарган вытащил сопроводительный документ и подал его пограничнику.
– Гут, – внимательно изучив документ, немец отдал его обратно. – Битте на германский территорий, ви есть дружественный армия.
– Благодарствую, господин капрал, – неласково отозвался казак. – Нам нужно добраться до большой дороги, мы едем в Россию.
– Как ви оказались в эти места? – развел руками командир наряда. – Здесь нет дорога.
– Мы возвращаемся из Парижа, сбились с пути.
– Почему с вами три свободных лошадь?
– Я их купил для своего хозяйства.
– О, я-я, война капут – хозяйство гут, господин казак, – засмеялся капрал, которого тут же поддержали рядовые в ядовито-зеленой форме. – Эта фрау с вами?
– Это моя жена.
Заметив, что разговор перешел на ее персону, Софи выпрямилась в седле, с достоинством вскинула подбородок.
– Парле ву франсе? – надменно спросила она.
– Ви, мадам.
Немецкий унтер-офицер немного опешил, он переводил взгляд с казака на женщину, не зная, на каком языке продолжать разговор. Он никак не мог взять в толк, как это француженка согласилась вдруг стать женой недавнего врага, для него такое считалось неприемлемым поступком. Наконец он спросил по-французски:
– Мадам, это действительно ваш супруг?
– Да, мы являемся мужем и женой, – кивнула женщина. – Нам нужно добраться до какого-нибудь постоялого двора, чтобы мы могли отдохнуть и продолжить путь. Вы не будете так любезны показать нам дорогу?
– Конечно, мадам, я к вашим услугам, – подтянулся капрал. – Но согласитесь, ваш союз с казаком по меньшей мере странен.
– Вы полагаете, что имеете право задавать мне такой вопрос? – вскинула брови женщина.
Заметив, что обстановка накаляется, Дарган наклонился чуть вперед, положил ладонь на рукоятку шашки. Он приготовился дать каблуками под брюхо жеребца.
– Ни в коем случае, – между тем смешался немецкий пограничник. – Мадам, прошу меня простить.
– Вам, должно быть, известно, что браки совершаются на небесах. – Софи потеребила повод и снисходительно пояснила: – Мой спутник – герой войны, он из древнего рода терских казаков, к тому же на супружество нас благословили император Александр Первый и король Франции Людовик Восемнадцатый. Надеюсь, вопрос исчерпан?
– Вполне, мадам, еще раз приношу вам тысячу извинений за неприличное любопытство.
– Тогда поскорее покажите дорогу к ближайшему постоялому двору, за несколько дней скачки я довольно сильно устала.
И тут случилось то, чего уже давно опасался Дарган, из лесу на полном скаку вылетел поредевший отряд гусар. Размахивая саблей, командир в чине ротмистра устремился к группе всадников, еще издали выкрикивая какие-то гневные слова.
– Задержите их, они гонятся за нами, – Софи прижала руки к груди и просительно посмотрела на пограничника. – Они ищут каких-то бандитов, а мы обыкновенные путники.
– Разберемся, мадам, – выдергивая саблю из ножен, заверил ее бравый капрал. – В первую очередь они хотят нарушить границу суверенного государства. – Он вскинул клинок над головой. – Ахтунг, зольдатен!