Страница 51 из 78
На кафедру поднялся священник. Он произнес проникновенную надгробную речь, особенно впечатляющую для тех, кто не знал Люка и Стейси достаточно близко. Мистер Штейн, видимо, сообщил ему некоторые факты из биографии Люка. Священник говорил о желании Люка доставлять людям веселье и радость. Он заметил, что для некоторых сама жизнь представлялась огромным цирком, где Бог был как инспектор манежа. Священник также говорил о новом, более высоком предназначении, которое ждет Люка на небесах, куда призвал его Бог. Меня очень обрадовали эти слова, потому что то же самое я сказала Дрейку, и он их запомнил, так как услышав их из уст священника, он оторвал взгляд от гробов и посмотрел на меня.
Потом священник заговорил о Стейси. Он отметил, что она была хорошей матерью и женой. И так как они сильно любили друг друга, Бог решил их не разлучать и сразу взял к себе обоих.
Рыдания Фанни становились все громче, а причитания раздавались по всей церкви. Рендл успокаивал ее, думаю, он пытался уговорить ее плакать не так громко. Незадолго до конца службы наши взгляды встретились, и я увидела в ее глазах неподдельные горе и боль. Люк был с ней ласков в детстве, но потом ей не часто приходилось чувствовать к себе искреннее внимание и любовь. Смерть Люка стала для нее действительно тяжелой утратой.
Гробы вынесли из церкви и перенесли к могиле. Было уже приготовлено и надгробие, на котором стояла фамилия Кастил, далее шли даты их рождения и смерти, а внизу было выбито: «Спите с миром». Отзвучали слова прощания, гробы опустили в могилу, и люди стали расходиться.
У дверей церкви Фанни прижала к себе Дрейка, слезы заливали ее лицо.
— Ты теперь сирота, как и мы, — она стала исступленно целовать его. Мальчик не отстранялся. Впечатления от увиденного и услышанного были слишком сильны для него. Мне показалось, что Фанни еще больше усиливает его переживания, и я потянула его к себе.
— Он не сирота. — Щеки мои вспыхнули гневом. — У него будет дом и семья.
Фанни отступила, ошеломленная холодностью моего тона. Она вытерла слезы платком Рендла и пристально посмотрела на меня, глаза ее сверкнули.
— Он должен жить в Уиллисе, где жили предки его отца.
— Этому не бывать, — заявила я с силой и решимостью. — Люк покинул Уиллис в поисках лучшей жизни, того же он бы пожелал и своему сыну.
— Успокойся, Фанни, — тихо заметил Рендл. — На нас уже стали обращать внимание. Здесь не место для такого разговора.
— Ты прав, — с улыбкой согласилась Фанни, оглядываясь по сторонам. — Пока до свидания, Хевен Ли, до свидания, Дрейк. — Она послала ему воздушный поцелуй и, повернувшись на каблуках, медленно удалилась в сопровождении Рендла.
А мы сразу же отправились в аэропорт. Дрейк, мягкий и податливый, словно тряпичная кукла, всю дорогу просидел у меня на коленях, положив голову мне на грудь. Но в аэропорту он оживился, охваченный суетливой жизнью аэровокзала. Дрейк немного подкрепился, и мы сели в самолет. Я усадила его у окна, и он еще больше повеселел.
— А мы летим выше, чем птицы? — поинтересовался мальчик. — А на Луну мы не попадем? — Логан объяснил ему, как летают самолеты, почему им не мешают облака, которые закрывают от нас землю. Путешествие произвело очень сильное впечатление на Дрейка. Его возбуждение дало мне уверенность, что нам удастся сделать его жизнь счастливой. Из Логана получится прекрасный отец. Он уже считает Дрейка своим сыном.
Вскоре Дрейк с Логаном уснули. Мальчик положил свою темную головку на колени Логану: они спали так хорошо, так мирно. Мне бы хотелось так же безмятежно уснуть, однако не давали покоя беспокойные мысли. Я хотела знать, что побудило Тони передать Люку цирк, почему Люк хранил в ящике комода вырезку с сообщением о моей свадьбе. Мне хотелось вступить в новую жизнь с Дрейком, Логаном и будущим малышом, освободившись от липкой паутины прошлого. А для этого нужно было все выяснить у Тони.
Когда мы вернулись в Фарти, то не застали Энтони дома. Куртис объяснил, что его вызвали по делу, и он вернется не раньше следующего дня.
Логана ждал целый ворох сообщений о телефонных звонках, и, как только мы распаковали вещи, он занялся деловыми разговорами.
Мы с Дрейком прогулялись по дому. Он был поражен его размерами и очарован фресками в гостиной.
— Хевен, что это, замок? — спрашивал мальчик. — А я теперь принц? — Глаза его были широко раскрыты от удивления и восторга.
— Да, милый, — сказала я, прижимая его к себе. — Ты станешь принцем в замке и будешь иметь все, что пожелаешь.
Рядом с нашими была приготовлена комната для Дрейка. Логан принес туда несколько образцов игрушек, которые хранились в доме. Утомленный обилием впечатлений, малыш уснул сразу после обеда.
Уложив его в постель, я встала у кровати и смотрела на него. Невинное, милое дитя. Я дала себе обещание стать для него настоящей матерью, чтобы он никогда не чувствовал, что он мне не родной сын. Мне надо постараться зачеркнуть прошлое и своей любовью раз и навсегда погасить гнев, подавить горечь и чувство обиды. Я буду любить Дрейка, и моя любовь пересилит всю боль и страдания, порожденные моей ненавистью к Люку.
Я соглашалась с Фанни в том, что мы в той или иной степени были сиротами, но я объединила нас в семью. Растущий во мне ребенок станет Дрейку таким же братом или сестрой, каким был бы ребенок Стейси. И я буду любить Дрейка так, как Люк не смог полюбить меня.
Я подоткнула одеяло, встала на колени и, поцеловав Дрейка в нежную щечку, вышла из комнаты. Когда я появилась на пороге нашей спальни, Логан как раз закончил говорить по телефону.
— Хевен, — лицо его выражало беспокойство и разочарование, — мне необходимо завтра же вернуться в Уиннерроу, хотя я всей душой против этого. У кровельщиков возник конфликт с бригадиром, и они отказываются продолжать работу. Все остановилось. Но как только я решу этот вопрос…
— Не волнуйся, Логан. Утром и уезжай. Я займусь Дрейком. Мы познакомимся с ним поближе, как следует осмотрим Фарти. И я хочу дождаться Тони. У нас с ним есть о чем поговорить. — Логан почувствовал в моих словах решительность.
— Я уверен, что он тебе все объяснит, мне кажется, его действия были продиктованы добрыми намерениями. Тони любит тебя и заботится о тебе. Он бы не сделал ничего такого, что могло бы тебя расстроить, а особенно теперь, когда ты ждешь ребенка.
— Надеюсь, ты прав. — Конечно, Логан многого не знал о моем прошлом, поэтому мне был понятен его оптимизм.
В эту ночь Логан уснул сном младенца, а я металась и ворочалась в постели не в силах уснуть, терзаемая сомнениями и мучительными воспоминаниями. В эту ночь я передумала о многом. Как странно порой поворачивается жизнь. Вот ведь судьба Дрейка стала сходна с моей, похожая судьба ждала и моего будущего ребенка. Может быть, ему никогда и не придется узнать, кто его настоящий отец. Мой мозг напряженно работал, пытаясь распутать узел хитросплетений, из которых состояла моя жизнь. Основной клубок проблем сосредоточивался вокруг Тони, который совратил мою мать, довел до безумия Джиллиан, сделал невозможным наше счастье с Троем, а теперь, как выяснилось, он еще старался вмешиваться в жизнь Люка, как в свое время пытался поступать со мной… Но почему? Насколько мне было известно, им довелось общаться один–единственный раз, когда Тони звонил Люку, чтобы сообщить, что заказал для меня билеты на самолет до Бостона и что я приезжаю, чтобы повидать его и Джиллиан и узнать правду о своей матери. После этого Тони очень редко вспоминал Люка, да и к чему? Они принадлежали к разным мирам, отстоявшим друг от друга, как две планеты.
Однако телеграмма с известием о гибели Люка и Стейси пришла на имя Тони, и именно он отдавал все распоряжения. Зачем было Тони покупать для Люка цирк и почему он никогда ничего не говорил мне об этом?
Уснуть в эту ночь мне, видно, не придется. Я посмотрела на Логана. Тот дышал во сне ровно и глубоко, устав от волнений и переживаний. Накинув халат и надев комнатные туфли, я выскользнула в полутемный коридор. Сначала я заглянула к Дрейку. Он тоже крепко спал. Я поправила сбившееся одеяло и вышла. Но направилась не к себе, а спустилась вниз.