Страница 53 из 152
— Почему именно мистер Рексал? — спросил полковник.
— Он содержит трактир под названием «Мушкетер» на другом конце улицы и последнее время взялся внушать своим посетителям, что я задался целью скупить всю собственность в квартале и выжить мелких торговцев.
— Он не так уж далек от истины, — заметила Бекки.
— Возможно, но мне ни к чему, чтобы он создавал коалицию и мешал приобретать собственность. Я серьезно рассчитывал прибрать к рукам сам «Мушкетер» в свое время, но, сколько ни обращался к нему по этому поводу, ответ всегда был один: «Только через мой труп».
— Это настоящий удар, — воскликнул полковник.
— Отнюдь, — ответил Чарли. — Никому не удается пройти по жизни, ни разу не испытав кризиса. И некоторое время мне придется иногда переплачивать, когда кто-то из владельцев решит продавать свой магазин.
— Тут ничего не поделаешь, я подозреваю, — заметил полковник.
— Почему? Время от времени можно блефовать.
— Блефовать? Я не понимаю, что вы имеете в виду.
— Ну что же, недавно к нам обращались два владельца с предложением купить у них магазины, но я наотрез отказался.
— Почему?
— Просто потому, что они заломили чрезмерные цены, не говоря уже о том, что Бекки постоянно пилит меня за нынешнее превышение кредитного лимита.
— И что же, они пересмотрели свои позиции?
— И да и нет, — ответил Чарли. — Один уже приходил с более реальным предложением, а другой все еще стоит на своем.
— И кто он такой?
— Кутберт, владелец 101-го, винно-водочного магазина. Но пока в этом направлении не стоит предпринимать никаких шагов, поскольку Кроутер говорит, что Кутберт в последнее время присматривается к кое-какой собственности в Пимлико. Тот же Кроутер проинформирует нас о результатах. И, как только Кутберт увязнет в этом, мы поймаем его на крючок.
— Молодец этот Кроутер, скажу я вам. А где, кстати, вы добываете всю эту информацию? — спросил полковник.
— У почтальона мистера Бэйлза и у самого Сида Рексала.
— Но вы сказали, что Рексал настроен враждебно.
— Так и есть, — сказал Чарли, — но при этом он всегда готов выложить свое мнение по любому вопросу за пинту пива, вот Боб Макинз и стал у него завсегдатаем, да еще научился не жаловаться, когда ему не доливают. Так я получаю копии протоколов заседаний комитета даже раньше, чем его члены.
Полковник рассмеялся.
— А как насчет аукционеров из номера 1? Мы все еще держим их под прицелом?
— Безусловно, полковник. Мистер Фотерджилл, владелец, продолжает все глубже и глубже увязать в долгах, опять завершив год с дефицитом. Однако ему каким-то образом удается держаться на плаву, но я предполагаю, что в конечном итоге он уйдет под воду где-нибудь в следующем году или, самое позднее, еще через год, когда я буду стоять на пристани готовый бросить ему спасательный круг. Особенно если Бекки к тому времени будет готова покинуть Сотби.
— Мне еще очень многому надо научиться, — призналась Бекки. — Я бы хотела оставаться там как можно дольше. За этот год я разобралась со старыми мастерами, а теперь собираюсь перейти к современным художникам или импрессионистам, как их стали называть в этом отделе. Понимаете, мне нужно набраться как можно больше опыта, пока они не раскусили меня. Я посещаю все аукционы, какие только могу, от столового серебра до старинных книг, но мне бы очень хотелось оставаться там до последнего момента.
— Но когда Фотерджилл окончательно потонет, то ты, Бекки, станешь нашим спасательным кругом. Поэтому хотелось бы услышать, как ты будешь спасать нас, если магазин неожиданно пойдет с молотка?
— Думаю, что как-нибудь смогу справиться с этим. Я уже присмотрела человека, который мог бы стать нашим главным управляющим. Его зовут Симон Маттью. Он служит у Сотби уже двенадцать лет и весьма недоволен, что все эти годы его бросают с места на место. Есть там также смышленый молодой стажер, который, как мне кажется, может стать одним из ведущих аукционистов следующего поколения. Он всего на два года младше сына председателя, поэтому будет только рад присоединиться к нам, если мы сделаем хорошее предложение.
— С другой стороны, длительное пребывание Бекки у Сотби нам может оказаться на руку, — предположил Чарли, — поскольку Кроутер выдвигает еще одну проблему, которую нам придется решать в ближайшем будущем.
— А именно? — заинтересовался полковник.
— На странице девять своей справки Кроутер указывает, что в недалеком будущем на продажу может поступить тридцативосьмиквартирный дом в самом центре Челси-террас, где два года назад жили Дафни и Бекки.
Его владельцем в настоящее время является какой-то благотворительный фонд, который, по словам Кроутера, собирается избавиться от него по причине неудовлетворительных доходов. Учитывая наш долгосрочный план, было бы разумно приобрести этот дом как можно скорее, чтобы не платить через несколько лет гораздо больше или вообще оказаться не в состоянии завладеть нм.
— Тридцать восемь квартир, — протянул полковник. — Хм, и сколько же они собираются запросить, по сведениям Кроутера?
— Он полагает, где-то в пределах двух тысяч фунтов. В настоящее время квартиры дают всего двести десять фунтов дохода в год, которые, вероятно, все уходят на ремонт и обслуживание. Если эта собственность поступит в продажу и мы сможем приобрести ее, то Кроутер рекомендует сдавать квартиры внаем не больше чем на десятилетний срок и преимущественно сотрудникам посольств или другим иностранцам, которые обычно не поднимают шума в тех случаях, когда их просят срочно освободить жилье.
— Таким образом, доходы от магазинов будут уходить на покрытие убытков от квартир, — отметила Бекки.
— Боюсь, что да, — сказал Чарли. — Но это будет продолжаться года два, самое большое — три, а затем я сделаю их прибыльными. Примерно столько времени потребуется на оформление бумаг, учитывая, что дело мы будем иметь с благотворителями.
— Тем не менее, такая потребность в наличности, да еще при нашем нынешнем превышении кредита, вынуждает устроить еще один обед для Хадлоу, — сказал полковник. — И я вижу, что другого выхода у меня не остается, если мы действительно хотим заполучить эти квартиры. Может даже понадобится шепнуть словечко на ухо Чабби Дакворту как-нибудь при встрече в клубе. — Полковник помолчал. — Надо отдать должное Хадлоу, он тоже подал пару хороших идей, которые я посчитал заслуживающими вашего внимания и включил следующим пунктом в повестку дня.
Бекки перестала писать и подняла глаза.
— Позвольте начать с того, что Хадлоу вполне удовлетворен нашими показателями за первый год работы, но тем не менее по причине нашего превышения кредита и из соображений более выгодной для нас выплаты налогов он твердо уверен в том, что наше партнерское предприятие следует преобразовать в компанию.
— Зачем? — вскинулся Чарли. — Какая из этого может быть польза?
— Это связано с новым финансовым законодательством, которое только что прошло палату общин, — пояснила Бекки. — И внесенное им изменение в закон о налогообложении вполне может быть использовано с выгодой для нас, потому что в настоящее время мы выступаем как семь отдельных субъектов и соответственно этому облагаемся налогом. Если же мы объединим все наши магазины в одну компанию, то сможем списывать часть прибыли, приносимой, скажем, бакалеей и мясным магазином, на покрытие убытков от швейной мастерской и магазина скобяных товаров, уменьшая таким образом свое налоговое бремя. Особенно это может быть выгодно в неудачном хозяйственном году.
— В этом есть здравый смысл, — согласился Чарли. — Поэтому так и сделаем.
— Но это не так уж просто, — заметил полковник, приставляя монокль к здоровому глазу. — Если мы собираемся стать компанией, то для начала мистер Хадлоу рекомендует назначить нескольких новых директоров для руководства теми сферами, в которых у нас мало профессионального опыта или он отсутствует вообще.
— Зачем Хадлоу понадобилось от нас это? — резко спросил Чарли. — Мы никогда не нуждались в постороннем вмешательстве в наши дела.