Страница 160 из 168
5 октября 1930 года всю Великобританию повергла в шок трагическая весть. Вершина ее технических достижений и национальная гордость — дирижабль «R-101» — во время первого же полета взорвался в небе над Францией.
Через два дня после катастрофы в своей лондонской Национальной лаборатории психических проблем проводил очередные опыты парапсихолог Гарри Прайс. В опытах принимала участие и медиум Эйлин Гаррет. Войдя в очередной раз в состояние транса, она вдруг заговорила низким голосом, заявив, что это полковник Кармайкл Ирвин, командир дирижабля «R-101», который просит прощения за вторжение и хочет сообщить важные сведения… Затем дух полковника Ирвина устами Эйлин Гаррет подробно рассказал обо всех дефектах конструкции дирижабля и вызванных ими технических неисправностях, ставших причиной катастрофы.
Ни один человек не мог знать того, что сообщила Гаррет голосом Ирвина. Только значительно позже, после расследования причин взрыва дирижабля, члены комиссии британского министерства авиации сравнили содержание своего отчета с теми сведениями, которые были записаны в лаборатории Гарри Прайса «со слов Ирвина». Каждая деталь сообщения Ирвина, подвергнутая проверке, оказалась верной. Кроме того, члены комиссии узнали из сообщения и такие подробности, которые невозможно было обнаружить, исследуя обломки дирижабля.
Наиболее сильное впечатление на участников контакта с духом Ирвина произвело его заявление о том, что он вышел на связь с живыми людьми, чтобы помочь избежать подобных трагедий в будущем.
Важную роль сыграл в этом событии и несомненный талант медиума Эйлин Гаррет. Она сумела, не обладая техническими познаниями, правильно воспринять и точно передать сложную инженерную информацию. Ее контакт с духом погибшего командира дирижабля «R-101» убедительно доказывает, что сознание человека, его разум продолжает жить и после смерти физического тела.
Однажды с покойным доктором С. Уэйром Митчеллом, родом из Филадельфии, удостоившимся за свои знания и профессиональную честность постов президента Американской ассоциации врачей и президента Американского неврологического общества, произошло следующее.
Поздним зимним вечером, закончив прием пациентов, он покинул кабинет, запер парадную дверь, выпил на кухне стакан молока и поднялся в спальню. За окном шел густой пушистый снег. Переодевшись в пижаму, Митчелл лег в постель с книгой в руках.
Прошло около получаса. Внизу у парадной двери звякнул звонок. «Может, послышалось?» — подумал доктор.
Однако через минуту звонок повторился. Накинув халат и сунув ноги в шлепанцы, Митчелл спустился вниз и открыл дверь. На пороге стояла незнакомая молоденькая девушка, без пальто, в зеленом шерстяном платье, в высоких ботинках. На голову посетительницы была наброшена серая шотландская шаль.
— Моя мать очень больна, — сказала девушка. — Ей срочно нужна ваша помощь, сэр. Пожалуйста, пойдемте со мной.
Доктор Митчелл колебался. В такую скверную погоду, ночью, ему не хотелось отправляться в дорогу. Да еще и к совершенно незнакомым! людям…
— Разве у вас нет своего семейного врача, дитя мое? — спросил он.
— Нет, сэр. Но моя мать серьезно больна. Доктор, пожалуйста, пойдемте со мной. Прошу вас, сейчас же, пожалуйста!..
Бледное лицо, мольба в голосе и навернувшиеся на глаза слезы побудили Митчелла не отказывать в просьбе. Предложив девушке присесть в прихожей, он отправился наверх готовиться в дорогу.
Через несколько минут они вышли из дома. Девушка повела его сквозь поднявшуюся метель в сторону холма, у подножия которого жил в основном бедный рабочий люд. Девушка шла впереди молча, не оборачиваясь. Наконец она свернула в узкий, проулок между ветхими домами, вернее, бараками. Доктор поднялся вслед за ней по темной, шаткой лестнице, прошел по коридору, тускло освещенному желтым светом масляной лампы. Девушка открыла незапертую дверь и шагнула в сторону, пропуская доктора Митчелла.
Отовсюду проглядывала нищета. Сильно потертый ковер на полу, в углу небольшой обшарпанный буфет, рядом старенький шифоньер. Железная печка, давно не топленная. У стены на кровати лежала женщина средних лет. Она тяжело дышала. Доктор Митчелл приступил к делу.
Он определил, что у женщины пневмония, и, как справедливо сказала девушка, ее состояние было тяжелым, больная находилась в полубессознательном состоянии. В таких условиях врач много сделать не может. Он ввел ей необходимые лекарства, пообещав завтра навестить ее. Через некоторое время доктор с облегчением увидел, что больная приходит в себя, — значит, есть надежда…
Митчелл обернулся, чтобы попросить девушку растопить печь, — больному нельзя находиться в таком холоде. Но девушки в комнате не было. Он вспомнил, что не видел ее с тех пор, как вошел сюда. Дверца шифоньера была открыта, в нем висело шерстяное зеленое платье, серая шаль, стояли высокие башмаки на кнопках. Когда же она успела переодеться? Да еще в его присутствии?..
Он подошел к шифоньеру, стал внимательно рассматривать одежду. Больная следила за его движениями. Митчелл потрогал ботинки и шаль. Они были сухими!..
— Это одежда моей дочери, — с трудом произнесла женщина.
— Да, я знаю, — ответил доктор. — Но где же она, я должен с ней поговорить.
Наступило тягостное молчание. Больная женщина медленно повернулась к нему лицом. Она плакала.
— Поговорить с ней? Доктор, вот уже два месяца, как она умерла!
С возникновением двойников связано и явление билокации. Один из самых известных и достоверных случаев ее проявления относится к XIX веку и связан с именем французской учительницы Эмилии Саджи, которую не раз видели одновременно в нескольких местах. Стоило ей во время занятий подумать о доме или вспомнить, что надо зайти в магазин, как там тотчас оказывался ее двойник-призрак. Это очень не нравилось школьному начальству, поэтому Эмилии приходилось часто менять место работы, а впоследствии рано выйти на пенсию.
Возможно, конечно, что, встречая своего знакомого, который, как мы знаем, Находится в этот момент совсем в другом месте, мы просто принимаем одного человека за другого. Тем более что бывают люди, «как две капли воды» похожие друг на друга, — недаром во многих странах проводятся разного рода конкурсы и фестивали двойников. И все же многие случаи появления двойников ставят в тупик ортодоксальных ученых. Да и не ортодоксальных тоже…
Поздним сентябрьским вечером 1974 года писатель А. С. Маккархер вышел на улицу, чтобы прогуляться перед сном на свежем воздухе. Дом, куда он недавно переехал со своей семьей, стоял на холме, возвышавшемся над шотландским городком Данблейн (графство Пертшир).
Была ясная, холодная ночь. Лежащий внизу городок окутала густая мгла. Внезапно тишину нарушили странные звуки. Казалось, что через поля, раскинувшиеся вблизи холма, движется огромная масса людей.
Маккархер решил, что переутомился от слишком напряженной работы, и у него просто зашумело в ушах. Тем не менее, вернувшись домой, он продолжал размышлять над странным происшествием. Минут через
20 он все-таки решил снова выйти на улицу, чтобы убедиться в своем предположении. Однако, к его удивлению, странные звуки не исчезли — наоборот, стали как будто громче, а их источник ближе. На этот раз писатель отчетливо услышал поступь сотен идущих строем людей, цоканье конских копыт, позвякивание металла, неясный гомон человеческих голосов… Впечатление было такое, что позади домов на противоположной стороне улицы в пешем и конном строю двигались тысячи вооруженных солдат.
«Я стоял неподвижно, как вкопанный, с закрытыми глазами, — вспоминал Маккархер, — и напряженно вслушивался в эти звуки. А люди и лошади все шли и шли, и казалось, этому маршу не будет конца…»
Минут через 10 писатель, не на шутку встревожившись состоянием своего психического здоровья, вернулся домой, лег в постель и постарался заснуть.