Страница 144 из 168
Да, прошло почти две тысячи лет со времени путешествия Аполлония Тианского в священную обитель восточных мудрецов, и потому в наши дни, дни повального скепсиса и тотального неверия во все необычное, что якобы не поддается научной логике и всестороннему лабораторному анализу, нас с особой силой поражает, что до сих пор встречаются подобные свидетельства, во многом совпадающие с описанием, дошедшим до нас из седой древности. В годы после Первой мировой войны большое внимание общественности привлекла к себе опубликованная в газете «Shanghai Times» статья известного монгольского ученого-археолога доктора Лаодзина. В ней ученый рассказывает о том, что он посетил не доступный для обычных людей «храм жизни», находящийся в малоизвестном нагорье Куньлунь в самой труднодоступной части Тибета. В походе его сопровождал некий непальский йог, которому он однажды спас жизнь и который в благодарность за это признался, что остаток своих дней хочет провести в «храме жизни», куда он готов указать дорогу своему благодетелю.
В путешествии по Тибету путникам пришлось столкнуться и преодолеть невероятные трудности. «После двух месяцев пути по пустыне Гоби и ужасным горным хребтам Северного Тибета, — сообщает автор, — мы наконец достигли какого-то заснеженного нагорья на высоте около 15 тысяч футов над уровнем моря. Велико же было наше изумление, когда вдруг далеко внизу мы увидели зеленеющую долину, плодородная Природа и тепло которой являли разительный контраст с пустынными снежными горами, среди коих мы находились. В этой долине мы увидели много зданий своеобразной архитектуры, вызвавших наше удивление…
По одну сторону долины мы увидели большое скопление красивых зданий, которые возвышались над верхушками деревьев. Здесь-то, как я узнал после, и находился упомянутый «храм жизни» вместе со зданием библиотеки, астрологической башней (наподобие тех, какие строились халдейскими мудрецами), зданиями лабораторий и прочим. Эти постройки, сложенные из черного базальта и серого гранита, стоят сейчас так же, как они стояли еще во времена Чингисхана. Они древнее Великой Китайской стены, древнее самых старинных индийских пагод и, возможно, даже древнее египетских пирамид».
Все отшельники, которые жили в этом уголке, давали обет абсолютного молчания. Потому-то это место, «хотя оно многие века являлось обителью великих духовных учителей — Махатм — и пророков, осталось до наших дней одной из величайших мировых тайн».
«Случайные путники, которые достигали этого священного места, или оставались там навсегда, или умирали от голода и трудностей на обратном пути в цивилизованный мир. Те же немногие, которые возвратились живыми, давали клятву не разглашать ничего из того, что они видели и слышали в святилище».
«Храм жизни», который показал Лаодзину йог-проводник, предназначен для исследования человеческого духа и его силы. «Может быть, это единственное место на земле, где люди различных религиозных верований и убеждений могут встречаться на нейтральной почве и сосредоточить все свои силы и способности на разрешении проблем, имеющих величайшее значение для блага всего человечества».
Обитатели этой долины живут совершенно обособленно от остального мира. Все необходимое для каждодневной жизни они производят своим собственным трудом… Самая большая ценность святилища — библиотека со множеством рукописей, а также картами и инструментами, необходимыми для необычайно тонких научных исследований. Лаодзин в своей статье останавливается, главным образом, на физических явлениях, ибо о поразительных духовных теориях и феноменах, которые там происходят, ему было запрещено писать. Он только упоминает, что адептам присущи ясновидение, телепатия и другие высшие способности, причем сам ученый присутствовал при многих научных опытах. Среди всего прочего он видел, как адепты поднимались в воздух и даже становились невидимыми для физического глаза. Все они живут многие столетия, однако выглядят как люди средних лет. Разумеется, все это является результатом многих веков духовной дисциплины и кропотливого накопления высшего знания.
Все сказанное мы пока что оставим без комментария и возвратимся к нему чуть позже, когда перейдем к реальным свидетельствам очевидцев, побывавших в «долине бессмертных» и находившихся в непосредственном контакте с самими «бессмертными» — Махатмами.
Но если есть такое место, представляющее собой средоточие мудрости и высшего управления миром, то возникает вопрос: можно ли его как-то локализовать? К чести духовно ищущих людей, надо сказать, что подобные попытки предпринимались неоднократно. И хотя каждый народ называет эту страну по-своему и местоположение ее, как оно указано в различных источниках, тоже не всегда совпадает, тем не менее, изучение исторических памятников в странах, очень удаленных друг от друга, обнаруживает большое сходство в рассказах и хрониках, говорящих о существовании в определенном месте Земли некоего центра мудрецов, которые в продолжение долгих столетий развивали своеобразную культуру и науку в изоляции снежных гор Азии.
Поиски этой «страны неизъяснимой благодати» предпринимались еще с древнейших времен. В Китае, например, ее называли Долиной Бессмертных, в которую, как гласят предания, однажды отправился великий китайский философ Лао-цзы, впоследствии написавший под впечатлением этого паломничества свой знаменитый трактат. Примечательно, что архивы Ватикана содержат значительное число точных докладов католических миссионеров за последние 150 лет, где сообщается о таинственных депутациях, которые посылались китайскими императорами к «мудрецам гор». Эти существа, мол, обитают в горах Наньшань или Куньлунь и обладают, как говорится в описаниях, плотным видимым телом, которое, однако, не имеет ни кожи, ни крови. Известны также и китайские императоры, которые встречались с этими высшими существами и получали от них советы, когда государственные дела требовали важных решений.
Индусы связывают эту страну со священной горой Кайласа, или Меру, причем ее существование не вызывает никаких сомнений у просвещенных браминов, ученых мужей, и точно так же в том, что где-то в Гималаях обитают великие мудрецы — риши, не сомневается ни один рядовой индус.
А в тибетской традиции даже существует особый вид литературы, посвященный описанию пути в Шамбалу. Трактаты такого рода известны как «лам-йиг» (lam-yig) — «описание дороги». Один из таких путеводителей обнаружен в начале прошлого века в Танджуре, другой, который датируется XIII веком, — в тибетском фонде библиотеки Гималайского научно-исследовательского института.
В Средние века в Азии было распространено много легенд о бессмертных человекоподобных существах. Одну из таких легенд приводит в своих записях выдающийся путешественник XIII века Гийом Рубрук, опубликовавший первые верные- географические и этнографиические выкладки, касающиеся глубинных областей Азии: «Выдают также за истину, что за Катайей (Китаем) есть некая область, имеющая такое свойство: в каком бы возрасте человек ни вошел в нее, он и остается в таком возрасте, в котором вошел». Любопытно, что эта запись относится к пути его следования от Харо-Хото к Каракоруму, то есть примерно к той же местности, которая известна многим путешественникам под именем «охранных мест в пределах Хангая и Гоби».
Среди первых европейских авторов, соприкоснувшихся с этим священным понятием Азии, Николай Рерих и его сын упоминают двух иезуитских миссионеров, Стефана Каселлу и Джона Кабрала, которые в начале XVII века, разыскивая путь в Катайское царство, снискали дружбу тибетцев, и те поведали им о существовании Ксембалы (Шамбалы), этой «очень знаменитой страны». Она расположена где-то на севере и граничит с другой, называемой Sog-po (Татария). Вначале Каселла полагал, что эта таинственная страна и есть Катай, относительно которого среди европейцев в Средние века и позже не было ясности, но который теперь отождествляется с Северным Китаем. Да и столица Катая имела название, довольно близкое к этому священному понятию, — Камбалук, или Шамблей. К тому же в Средние века именем этого крупного торгового и культурного центра назывался весь торговый путь через Среднюю Азию, или Китайский шелковый путь. Позднее Каселла убедился, что Катай и Шамбала — две различные страны. «Это не Катай, а та территория, которая на европейских картах обозначается как Великая Татария (то есть Россия)», — пишет он в письме от 1628 года — и решает проникнуть в последнюю. Удалось ли ему это или нет, сведений нет; известно только, что он добрался до Шигадзе в Тибете и прожил там 23 года, до своей смерти в 1650 году. Основываясь на этом письме, некоторые современные ученые выдвинули гипотезу, согласно которой эта «Северная Шамбала» могла находиться в центре южной части бывшего Советского Союза, на территории среднеазиатских республик.