Зеленый рыцарь

Беллами чувствовал, как начали подниматься его руки, невесомые, словно мощные крылья, отрывающие его от земли. Задыхаясь, он глотнул воздух, испытывая обморочное головокружение, потом широко раскрыл глаза и взглянул на зияющее между ветвями деревьев небо. Мысли проносились в его голове:

«Горит ли еще яркая звезда? Да, она по-прежнему горит, ее свет усилился, стал ослепительно ярким. Звезда приближается, она падает… Да, бывает, что звезды падают с неба. Мы видим их падение… Но сияние этой звезды становится все ближе и ослепительнее… Возможно, это метеорит… Он упадет на нас… О господи! Нет, на нас падает горящий самолет!» Крик замер в горле Беллами. Внезапно рядом с ним что-то полыхнуло. Он увидел, что огненная вспышка исходит от Питера Мира, только огонь не пожирает его. Мир сам буквально наполнился странным сиянием, словно вырос, втянутый в столб ослепительного огненного света. Мгновение спустя раздался ужасный грохот, оглушительный звук жуткой, сокрушительной силы. В отчаянии Беллами открыл рот, пытаясь перекрыть его своим криком. Тут он увидел, что оцепеневший и вытянувший по швам руки Питер, по-прежнему наполненный сиянием, начал падать и грохнулся бы лицом в землю, если бы Беллами мгновенно не подставил свои руки и не рухнул бы на спину вместе с ним.

— Тебе больно?

— Нет.

— А с ним что?

— Не знаю. Ох, Клемент… какое потрясающее…

— Должно быть, он просто упал в обморок. Не мог бы ты вылезти из-под него? Давай, постарайся слегка приподнять его, а я попытаюсь повернуть его на бок. Черт, где же фонарь? Я где-то уронил фонарь, вот черт!

Они возились в кромешной темноте. Беллами тщетно пытался напрячь свои придавленные конечности, потом подложил руку под голову Питера, чтобы та не упала на землю. Склонившийся Клемент старался перевернуть Мира.

— Выбирайся же из-под него скорее, надо ему помочь. Ты, что, хочешь, чтобы он задохнулся? Где же этот чертов фонарь?

Беллами, с помощью вцепившегося в его рукав Клемента, с огромным трудом удалось вылезти из-под безжизненного тела Питера.

— О боже, только бы он не умер!

— Заткнись, Беллами! Лучше помоги мне. Давай попытаемся приподнять его немного, ты поддерживай ему голову, нам надо перевернуть его на спину, вот так, так будет лучше.

Луч фонаря пробежался по испачканной в грязи одежде, потом остановился на лице Питера. Оно действительно выглядело ужасно, побелело, как слоновая кость. Мир лежал с открытым ртом, глаза его были распахнуты, в них не было ни малейшего признака жизни.

— В него шарахнула молния, — сказал Клемент.

— Я видел только падающую звезду… или какой-то самолет… Да, горящий самолет, потом раздался грохот… ох, Клемент, разве ты не видел, что с ним происходило, как он выглядел?

С трудом поднявшись на ноги, Беллами начал стонать и рыдать. Он нашарил на земле свои очки.

— Да замолчи ты, успокойся! Ты же не хочешь, чтобы сюда набежала любопытная толпа!

Клемент опустился на колени. Он заметил стоящего рядом с ним Лукаса и подумал, что весь тот кошмар повторился.

Слегка повернув голову Питера, он подсунул руку ему под шею, потряс его за плечи, пытаясь другой рукой ослабить ворот рубашки.

— Беллами, — произнес Клемент, — развяжи ему галстук. Да снимай же ты галстук поживей!

Беллами, опустившись на колени с другой стороны, снял с Питера галстук и расстегнул воротник. Волосы и лицо Питера совсем промокли. Открытые безжизненные глаза внушали ужас. Прямо в них падали капли дождя.

Внезапно веки Питера дрогнули, он закрыл глаза и рот, лицо его ожило. Питер поморщился и слегка склонил голову набок, отворачиваясь от прямого луча фонарика.

— Слава богу! — воскликнул Клемент, — Похоже, он дышит нормально.

Он вновь обхватил Питера за плечи, стараясь с помощью Беллами слегка приподнять его с земли.

Мир издал еле слышный стон. Его глаза вновь открылись, потом прищурились. Клемент прикрыл рукой фонарный луч. Все еще лежа на земле, Питер пошевелил конечностями, видимо пытаясь подняться, потом спросил громким шепотом:

— Что случилось?

— Вы потеряли сознание, — пояснил Клемент, — Очевидно, не выдержали нахлынувших чувств.

— Не торопи события, — вставил Беллами.

Стоявший за их спинами Лукас сказал:

— Ладно, я собираюсь поймать такси. Доброй ночи.

Он растворился в темноте.

После неудачной попытки подняться самостоятельно, Питер все-таки смог сесть с помощью Беллами. Он часто и глубоко дышал.

— Помогите мне… — простонал он, — еще немного… Я сомневаюсь, что смогу сам встать.

— Ну вот, вы уже пришли в себя! — подбодрил его Клемент. — Мы поможем вам добраться домой, — Он повернулся к Беллами: — Нам надо увести его отсюда!

Клементу вдруг подумалось, что может произойти, если кто-то найдет их здесь. Что будет, если сюда заявится полиция!

— Мне кажется, я смогу… подняться на колени, если сумею… если сумею перевернуться… тогда, возможно, вы вдвоем… поможете мне встать… к сожалению, я почти не чувствую ног… они какие-то ватные. Но подождите, прошу вас… мне надо слегка прийти в себя.

Спустя минуту или около того Питер оперся на колени и, поддерживаемый двумя помощниками, сделал несколько попыток подняться. Но он был слишком тяжел.

— Наверное, нам придется позвать кого-нибудь на подмогу, — прошептал Беллами Клементу.

— Нет, — буркнул тот в ответ. Наконец им удалось поставить Питера на ноги.

— Поддерживай его под руку.

— А где дорога, в какую сторону нам идти?

— Мы должны найти тропу. Ну как, Питер, вы сможете идти? Постарайтесь хоть немного помочь нам, ладно?

— А где мой зонт?

— О черт. Вот он, я принес его. Пошли. Беллами, возьми фонарь, посвети нам, да направь же ты луч вниз, на землю, идиот, прикрой свет рукой.

Они выбрались на дорогу и, с трудом протащившись по ней несколько ярдов, остановились перевести дух.

— Я не смогу вести машину, — произнес Питер.

— Конечно не сможете. Я доставлю вас домой на вашей же машине.

— Сомневаюсь, что я вспомню… где оставил ее.

— Она стоит прямо за машиной Клемента, — напомнил Беллами.

— А здесь, где деревья, поверните направо… теперь на подъездную дорогу и налево.

Чувствуя себя значительно лучше, Питер сидел в «роллсе» на пассажирском месте. Он давал Клементу быстрые и точные Указания. Их поездка не заняла много времени. Беллами, сидевший сзади, поначалу пытался понять, куда они едут, но вскоре запутался.

Медленно проехав по подъездной аллее, машина остановилась перед большим, погруженным во тьму особняком. Беллами поспешил помочь Питеру выйти, и они вместе поднялись на крыльцо, где Мир, с трудом найдя ключи, принялся открывать дверь. Этот процесс слегка затянулся, поскольку дверь, как оказалось, имела несколько разных замков. Наконец она распахнулась, и троица вступила в темноту. Беллами продолжал поддерживать Питера, который, нашарив на стене выключатель, зажег свет, бросил зонт на пол и опустился в ближайшее кресло.

— Надо сходить закрыть «ролле», — сказал Клемент.

— Нет-нет, вы с Беллами поедете на нем домой. Нет необходимости закрывать его, я не задержу вас надолго. Мне надо лишь спокойно посидеть пару минут.

— Вы один живете в этом доме? — поинтересовался Беллами.

— Один, — ответил Питер.

— Простите. Я подумал, что в нем несколько квартир.

— Помочь вам подняться наверх? — предложил Клемент. — Вы не думаете, что стоит вызвать врача? Мы могли бы позвонить.

— Никаких врачей, благодарю вас.

— Как вы себя чувствуете? — спросил Беллами, — Понимаете, вы пережили ужасное потрясение.

— Я чувствую себя прекрасно.

— Вам нельзя сегодня оставаться одному, — заявил Беллами, — Если хотите, я могу остаться у вас на ночь.

— Нет. Я уже… в полном порядке.

Клемент стрельнул взглядом в Беллами и произнес:

— Спасибо, что предложили воспользоваться вашей машиной, но мы сможем поймать такси.