Страница 11 из 40
Третий известный исследователь Библии — польский ученый З. Косидовский считает, что этот эпос перекочевал из Древнего Двуречья в другие страны, к другим народам и, в частности, к древним евреям, в Палестину.
С другой стороны — ученые-археологи доказали, что сильные наводнения (потопы) были невозможны в безречной Палестине. Такой потоп мог произойти лишь в стране, богатой водными ресурсами, а ею в Передней Азии могла быть только Месопотамия — родина шумеров, вавилонян и ассирийцев.
На юге Месопотамии вел раскопки английский археолог Л. Вулли. Ему и удалось решить вопрос о месте всемирного потопа. З. Косидовский писал: «Над стенами города Урука Л. Вулли пробил… шахту и на глубине четырнадцати метров обнаружил гробницы шумерских царей начала III тысячелетия до н. э., содержащие огромные сокровища, человеческие останки. Но Л. Вулли решил обязательно выяснить, что скрывается под этим местом захоронения. Когда рабочие по его указанию прошли следующий пласт, они наткнулись на речной ил, в котором не было никаких следов человеческого существования. Неужели рабочие добрались до напластований почвы, относящихся к тому периоду, когда в Месопотамии еще не было поселений? Дальнейшие раскопки кладбища принесли замечательное открытие. Под слоем ила толщиной в три метра появились новые следы поселений: кирпичи, мусор, пепел от костров, осколки керамики. Как форма, так и орнамент черепков гончарных изделий свидетельствовали, что они относятся к совершенно другой культуре, чем те, которые были обнаружены над слоем речного ила. Расположение пластов можно было объяснить только следующим образом. Какое-то грандиозное наводнение уничтожило неизвестные нам человеческие поселении неведомой давности, а когда вода отступила, пришли другие люди и заново заселили Месопотамию. Это были шумеры, создавшие самую древнюю из известных нам цивилизаций мира. Для того чтобы могли нагромоздиться почти три метра ила, вода в этом месте должна была в течение очень долгого времени стоять на высоте без малого восемь метров. Подсчитано, что при таком уровне воды вся Месопотамия могла стать жертвой разбушевавшейся стихии.
Значит, здесь произошла сильная катастрофа, редко встречающаяся в истории. В представлении жителей Двуречья пространство, охваченное катастрофой, составляло весь мир, и для них наводнение было всемирным потопом — как кара богов грешного человечества. Сказание о катастрофе переходило из века в век — от шумеров к аккадцам и вавилонянам».
Добавим, что это сказание перешло и к ассирийцам, которые записали его на глиняных табличках. Археологи Г. Лэйярд и X. Рассам нашли их во дворце ассирийского царя Ашшурбанипала, а Дж. Смит прочитал и оповестил мир о содержании нескольких из них. Вполне понятно, отмечал З. Косидовский, «едва он их опубликовал, как поднялась буря протеста со стороны ханжей викторианской Англии, для которых Библия была священной богодухновенной книгой. Они не могли примириться с мыслью, что история Ноя — это миф, заимствованный у шумеров». Какие аргументы приводили противники Дж. Смита, чтобы доказать отсутствие связи между этими двумя документами? Это прежде всего то, что библейского героя звали Ной, а шумерского Гильгамеш, что ковчег остановился на горе Арарат, на востоке от реки Тигр, а не на западе от него на горе Нисир и т. д.
Приведенные нами материалы еще раз опровергают «святость» Библии. Ее создавали люди на основе фольклорных, исторических, литературных материалов разных народов.
Что касается эпоса о Гильгамеше, то судьба уготовила ему долгую жизнь. Он был переведен на многие языки мира, в том числе и на русский. Этим мы прежде всего обязаны крупнейшему русскому поэту Н. Гумилеву и советскому ассириологу профессору И. Дьяконову. Н. Гумилев в 1919 году выполнил перевод — переложение эпоса по французскому тексту Э. Дорма, а И. Дьяконов в 1961 году сделал научный перевод эпоса о Гильгамеше с оригинала — с ассиро-вавилонского языка, снабдил его подробным комментарием, привел список литературы, относящейся к эпосу.
На тему эпоса за рубежом написаны драмы, музыкальные пьесы и даже опера. Недавно с успехом прошла пьеса о Гильгамеше в Венгрии.
Древнейшие государства мира, как признано сейчас учеными, впервые возникли в Древнем Двуречье. Вместе с образованием государств здесь появились классы — эксплуататоров и эксплуатируемых. Чтобы охранять свое богатство, класс эксплуататоров создал аппарат насилия — отряды вооруженных людей. Они защищали его, собирали налоги, вели контроль и наблюдение за рабами, общинниками.
Но государство как институт возникло не сразу. Оно складывалось постепенно. С его становлением и развитием интересно познакомиться на примерах возникновения и формирования шумерских городов-государств.
После прихода шумеров в Древнее Двуречье (4500–4060 гг. до н. э.) у них постепенно стала складываться государственность. В конце IV тысячелетия до н. э. на территории расселения шумеров было создано около двадцати небольших городов-государств, а в первой четверти III тысячелетия до н. э. их стало уже почти сорок. Среди них выделялись Эриду, Ур, Ларса, Шуррупак, Киш, Урук, Лагаш, Ниппур.
Патеси (правители) тех или иных городов-государств делали попытки объединить их в одно большое, централизованное государство. Но часто эти попытки оканчивались неудачей. Этому было много причин, и в том числе социально-экономические, политические и идеологические. Ведь подобное объединение урезало их доминирующее положение в городе-государстве, лишало земельной собственности, подрывало культ божественного происхождения.
Вражда между шумерскими городами-государствами часто приводила к войнам. Причинами было стремление захватить источники воды, леса, территории, пастбища для скота. Например, в результате длительной войны патеси Уммы был разбит, государства Лагаш и Умма объединились. В 2870 году до н. э. правитель другого города-государства, Киша, Месилим подчинил Лагаш и Умму. Но дальше этого объединение Шумера не пошло: в этот период еще не были созданы соответствующие социально-политические условия для объединения всех городов-государств.
Народные массы жили в тяжелых условиях. Особой жестокостью и алчностью отличался Лугальанда — патеси города-государства Лагаш (правил около 2400 года до н. э.). В этот период налоги общинников были увеличены в несколько раз. Для их сбора посылались специальные вооруженные отряды, которые к тому же и грабили население, творили произвол. Возмущенное население содействовало приходу к власти нового правителя по имени Урукагина. В благодарность за это он снизил налоги, стал наказывать тех, кто произвольно завышал их. Но хотя и существовал официальный запрет на увеличение налогов, сборщики ухитрялись завышать их по своему усмотрению.
Недовольство народных масс, произвол сборщиков налогов ослабляли Лагаш, и в войне против города-государства Уммы он потерпел поражение.
Патеси Уммы Лугаль-заггиси перенес столицу на юг Шумера, в древний город Урук.
Профессор В. Авдиев писал о политике Лугаль-заггиси: «Лугаль-заггиси не ограничился разгромом и завоеванием Лагаша. Этот могущественный правитель Уммы поставил перед собой более широкую задачу объединения под своей властью всего Шумера и всего Аккада. Необходимость централизации сети искусственного орошения, защита страны от иностранных завоевателей, горных и кочевых племен, постоянно вторгавшихся в Месопотамию, властно требовала объединения всего Шумера в единое крупное государство типа древневосточной деспотии. И эту задачу впервые выполнил Лугаль-заггиси. Как видно из его надписи, он покорил Урук, Ур, Ларсу и Адаб. Ему был подвластен и религиозный центр всего Шумера — древний город Ниппур. Называя себя царем Урука и царем Ура, он тем самым объявлял столицами объединенного Шумерского царства эти два древнейших шумерских города — носителей подлинно шумерских политических и культурных традиций. Стремясь укрепить свою власть над всем Шумером, он опирался на жречество шумерских городов, призывая в качестве своих покровителей их главных богов. Больше того, в своей большой надписи Лугаль-заггиси впервые в истории Двуречья ясно формулирует свою завоевательную политику. Так, он указывает на то, что верховный бог Энлиль — „царь стран, передал Лугаль-заггиси царство над страной; его власти передал страны так, что когда он завоевал их от восхода до захода, то он открыл им путь от Нижнего моря через Тигр и Евфрат до Верхнего моря“. Эта широкая объединительная и завоевательная политика Лугаль-заггиси способствовала расцвету крупных шумерских городов.