Страница 21 из 24
— Зачем ты меня мучаешь?
Тогда он неожиданно произнес:
— Пытаюсь загладить свою вину за то, что был так несдержан в первый раз.
Кларисса выгнулась под ним дугой.
— Я не хотела, чтобы ты сдерживался, поэтому и не сказала, что ты у меня первый.
— И единственный, — заявил он и словно в подтверждение этому наконец вошел в нее. Застонав от наслаждения, она расслабилась, чтобы принять его глубже. — Ты моя, и только моя. Но я должен быть заметить, почувствовать, что тебе было больно. — Он остановился внутри нее. — Черт побери, тебе, наверное, было очень больно.
— Успокойся. Наслаждение было так велико, что боль скоро в нем растворилась.
— Все равно я постараюсь компенсировать эту боль новыми удовольствиями. — Он снова задвигался, проникая все глубже.
— Не знаю, смогу ли я пережить большее удовольствие, чем это, — пробормотала она, впившись ногтями в его спину. — Мне так хорошо, когда я чувствую тебя в себе. Раньше я даже представить не могла, что такое возможно. Возьми меня и подари мне себя, как обещал.
Ферруччио внял ее мольбе, и мгновение спустя их обоих накрыла волна высочайшего из наслаждений, которые было дано познать человеку.
Когда они немного отдохнули, он завернул ее в атласную простыню и понес в особняк. Он снова овладел ею у бассейна, затем в спальне.
Теперь она, усталая, но довольная, спала в его объятиях. На ее губах играла улыбка, делая ее лицо еще прекраснее.
Если их первая ночь потрясла его подобно урагану, то эта изменила его жизнь навсегда.
Онаизменила его жизнь за прошедшие десять дней. Изменила его. До неузнаваемости. И ему нравился человек, в которого она его превратила. Наконец-то он сможет жить в согласии с самим собой.
Кларисса наблюдала за тем, как Ферруччио подписывает бумаги, принесенные Альфредо. Это был финансовый договор с соседним королевством. У него не было времени его прочитать, и он попросил ее помочь. Ей, как профессионалу, не составило труда разобраться во всех тонкостях. Договор был выгодным для Кастальдинии, в чем она убедила Ферруччио. Он сказал, что полностью ей доверяет, и не стал его перечитывать. За это она полюбила его еще больше, если такое было возможно.
За шесть недель после коронации Ферруччио удалось решить большое количество проблем, которые обрушились на Кастальдинию задолго до болезни отца Клариссы. При этом в финансовых вопросах он всегда советовался с ней.
Он нанял команду дизайнеров и реставраторов, чтобы они привели в порядок дворец. За это она была ему особенно благодарна.
Одним словом, Ферруччио Сельваджио оказался лучшим правителем, чем можно было себе представить. Он появился в нужное время и дал стране необходимую стабильность, осторожно вводя инновации и в то же время уважая древние традиции. Будучи отличным стратегом и дипломатом, он сумел в кратчайшие сроки нейтрализовать внешних врагов Кастальдинии.
Единственное, что омрачало жизнь Клариссы, — это то, что она ничего не знала о его чувствах. Он был заботливым мужем и страстным любовником, но ей иногда казалось, что он просто пытался извлечь максимальную пользу из ситуации. Сделать для нее все, чтобы она не захотела с ним расходиться и подарила ему детей?
Все это время они не предохранялись, чтобы не навредить ребенку, которого она могла носить. Ей хотелось, чтобы их страсть принесла плоды.
Но этого не случилось. Несколько недель назад у нее была менструация.
Ферруччио ничего не сказал, но было видно, что он расстроился. Похоже, он действительно хотел детей.
Что, если она не сможет забеременеть в течение установленного им срока? Решит ли он, что их брак оказался нежизнеспособным, и положит ему конец? Как ей жить без него дальше?
Неожиданно у нее закружилась голова, перед глазами все поплыло, и она упала в темноту.
Очнулась она в объятиях Ферруччио. Похоже, он успел ее подхватить.
— Кларисса, amore, тебе плохо? Ты упала в обморок.
— Просто не выспалась, — с улыбкой заверила его она. — Причем по вашей вине, Ваше Ненасытное Величество.
Ферруччио поджал губы.
— Я вызову врача.
Кларисса попыталась возразить, но он и слышать ничего не хотел.
Через двадцать минут вокруг нее уже суетились пять королевских докторов. Она знала, что с ней все в порядке и это лишнее, но ей нравилось быть окруженной заботой Ферруччио.
Даже если он беспокоился только о здоровье потенциальной матери своего ребенка?
Вздохнув, она приготовилась к осмотру.
Да, даже в этом случае.
Волна печали, обрушившаяся на нее, постепенно отступила. Но Кларисса знала, что это всего лишь затишье перед бурей.
Итак, она забеременела. Это произошло в ту первую ночь. Потом у нее была менструация, но доктора заверили ее, что такое бывает в первые два месяца и никак не повлияет на течение беременности.
Это было лучшее, что с ней могло случиться и в то же время худшее.
Она никогда не узнает, останется он ее мужем из-за нее или из-за ребенка. Она долго себя обманывала, говоря себе, что это не имеет значения, пока он к ней внимателен. Но продолжать жить рядом с мужчиной, заниматься с ним любовью, не зная о его чувствах, было невозможно. Они договорились, что если один из них захочет уйти, они найдут подходящее решение. Что, если ей не удалось достучаться до его сердца и он помнит об этой сделке? Что, если однажды он полюбит другую женщину?
Сейчас Кларисса, как никогда, понимала свою мать, которую свела в могилу безответная любовь.
— Кларисса.
Услышав шепот Ферруччио, она вздрогнула. К счастью, ее слезы уже успели высохнуть.
Он направился к ней. Его шаги были неслышными и робкими. Почему он был так осторожен? О чем думал?
Опустившись рядом с ней на кровать, он убрал волосы с ее лица. Нежность его жеста не соответствовала напряженному взгляду. Боже... он был совсем не рад. Она это видела. До того, как она упала в обморок, он был весел и открыт. Сейчас казался растерянным и ушедшим в себя.
Basta, идиотка! Перестань придираться к каждому его жесту и взгляду. Для него это такой же переломный момент в жизни, как и для тебя, сказала она себе.
Ферруччио только что узнал, что впервые станет отцом. Ему, росшему без родительской ласки, безусловно, больше всего на свете хочется дать своему малышу крепкую дружную семью, окружить его любовью и заботой.
Но получится ли у них крепкая дружная семья?
— Поздравляю, будущая мама.
Кларисса попыталась броситься в его объятия, но он так трогательно ее остановил, что ей захотелось плакать.
— Никаких резких движений. Полный покой до тех пор, пока доктора не подтвердят, что ты в порядке.
— Если секс не входит в число запретов, то я согласна, — попыталась сострить она.
Когда Ферруччио наклонился, чтобы коснуться губами ее губ, его глаза ничего не выражали.
— Посмотрим. А теперь отдыхай, Кларисса.
Внезапно он отстранился, и ей на секунду показалось, что он больше не вернется.
— Я должен возвращаться к работе. Если тебе что-нибудь понадобится, amore, только позови, и я положу к твоим ногам весь мир.
Но мне нужен только ты! — хотела крикнуть она, но слова застряли у нее в горле, так как в этот момент он повернулся и направился к двери.
Он беспокоился о ее здоровье, говорил правильные вещи, однако и словом не обмолвился о своих чувствах. Впрочем, в этом не было необходимости. Она никогда еще не видела его таким подавленным.
Значит, он не хочет, чтобы ребенок навсегда привязал его к ней? Если так, почему он не предохранялся? Или ребенок был ему нужен лишь для того, чтобы упрочить свое положение?
Было ли это началом повторения тяжелой судьбы ее матери?
Нет, она не такая, как ее мать. Как бы ей ни было плохо внутри, она будет жить ради ребенка и всегда любить его отца.
Закончив поливать растения, Кларисса села читать журналы, посвященные уходу за новорожденными. Она с улыбкой смотрела на улыбающихся малышей с ямочками на щеках, думая о том, что скоро у нее будет такой же.