Кроваво-красная дорога

В синем небе над Колизеем мечитца Неро, каркает от ужаса и хлопает крыльями. Хотелось бы мне ему рассказать, зачем я делаю то, што делаю, но не могу.

По-началу, публика Колизея едва могла поверить в то, што произошло. Я видела это по их вытянутым физиономиям. Только не Ангел Смерти. Она непобедима. Она же кремень. Неудержима.

Но потом они почуяли запах крови, моей крови, и завопили еще больше. В конечном итоге им плевать чья проливаетца кровь.

Маив в первом ряду. Когда я оказываюсь на земле, наши глаза встречаютца. Она кивает. Бой проигран. Уже два.

* * *

Не проходит и нескольких минут, как меня привели в камеру, когда дверь с грохотом распахивается.

Раздаютца возгласы.

— Дорогу Королю! Освободите дорогу!

Мои внутренности все сжимаютца. Во рту пересыхает. Я подхожу к двери своей камеры. Прижимаюсь к решетке, штобы лучше можно было бы рассмотрать, што за чертовщина творитца.

Внутрь вбегают двенадцать Тонтонов, распихивая камерную охрану с дороги. Они рассредотачиваютца по всей длине жилова блока. Они поднимают свои факелы, штобы хорошо была видна дорожка.

Через проем проходит мужчина.

Я просто глазам своим поверить не могу. Это же мужик из книжонки Рустера Пинча. Вот он стоит в дверном проеме с тростью в руке. Прямо как на картинке. Густые черные кудри длиной до самых плеч и сбитые на макушке. Через одно плечо переброшена шкура какова-то зверя, которая волочитца за ним по полу. Рубашка вся такая в оборках на воротнике и манжетах. Короткие, пухлые штанишки, которые открывают его ноги. Туфли на высоком каблуке. Сбоку меч.

Лицо выбелено. Губы накрашены красным, как у одной из шлюх города Надежды.

Как там его называл Рустер? Луи Экс Ай Вии. Король Солнца. Король Франции. « Он умер сотню лет назад »- сказал Рустер. Так что это точно не может быть он. Это кто-то, кто очень на него похож».

Он стал прохаживатца вдоль камер с высоко задранной головой. Он идёт мелкими шажками, как будто его туфли велики ему. Нос он прикрывает белым кружевным платочком.

Бойцы в большой клетке, рядом со мной, все делают так же как я, прижимаютца к прутьям клетки, штобы получше разглядеть его.

Тонтоны склоняют свои головы.

— Ваше Величество, — бормочет каждый, когда тот проходит мимо.

Мужчина, который следует за ним на небольшом расстоянии, это ДеМило. Моё сердце сжимаетца. Нет. Пожалуйста. Только не он. Тот час же, мое тело уже всё в напряжении.

За ДеМало входит мис Пинч. Какова черта она-то здесь забыла?

Вдруг я понимаю. Они идут через весь камерный блок, прямо ко мне. Я забираюсь на свою койку. Запихиваю себя как можно дальше в угол. Чувствую холод каменной стены через свою тоненькую рубашку.

Король здесь. Тот, кто забрал Лью. Может быть, он здесь для таво, штобы и меня забрать. Может быть, они схватили Маив. Каким-то образом узнали про наш план.

Не говори ни слова. Ничем себя не выдавай. Не смотри на ДеМало.

Король останавливаетца прямо перед моей камерой. ДеМало стоит как раз позади него, в тени. Моё сердце начинает так сильно колотитца в груди, што они должно быть его слышат.

Мис Пинс проноситца мимо ДеМало. Она хватаетца за прутья решетки и трясет их. Знаю, она жаждала свернуть мне шею.

— Чё это было? — верещит она. — Как это называетца?

Я по-прежнему молчу. Голову не поднимаю, держу её опущенной.

— Ты слила этот бой! — сплевывает она. — Ты можешь обдурить этих умственно отсталых кретинов под чаалом, но тебе не удастца выставить меня дурой. Ты нарошно проиграла и я хочу знать почему.

— Женщина, не кипятись. Успокойся. — Голос Короля прозвучал так будто его рот был полон сырой земли.

У меня холодок пробежал по свине.

— Но я знаю её, сын, как никто другой, — говорит мис Пинч. — Викар, я её знаю! Она...

Его руки взлетают. Он бьет её по лицу своей тростью.

Она вскрикивает, и, спотыкаясь, хватаетца за решетку, чтобы удержатьца от падения. Она склоняетца к земле. Её губы разбиты. Она выглядит старухой. Испуганной старухой.

Я не могу в это поверить. Мис Пинч мать этого мужчины.

Мать Короля. Викар Пинч. Но это же всё объясняет. Так картинка в книге Рустера. То, как выглядит Викар Пинч. Почему Рустер Пинч солгал мне, когда я спросила его, есть ли у него дети.

— Как ты обращаешься к Королю? — спрашивает Викар Пинч.

Она не отвечает. Только вся съеживаетца.

Затем он кричит, а слюна так и брызжет из его рта.

— Как следует обращатца к Королю?

— Ваше... Ваше Величество, — мямлит она. — Я обращаюсь к своему Королю, Ваше Величество.

— Если ты снова забудешься, — говорит он, — ему придетца тебя убить. Поняла?

Она кивает, судорожно хватая уголок его мантии, и целует её.

— Да, — шепчет она. — Всё, што мне это служить... Вашему Величеству. Это всё, чего я хочу. Только угождать Вам.

Он отпихивает её руку.

— Не смей прикасатца к своему Королю! — негодует он. — А теперь. Чего ты там говорила об этой девчонке?

— Ваше Величество, я только сказала, што... што знаю её, Ваше Величество. Она не такая как остальные. Её дух очень селен, штобы он позволил ей проиграть. Она была побежденной, потому што захотела, штобы её победили. Она хитрая. Она што-то затевает.

Мис Пинч с ненавистью зыркает на меня.

— Довольно! — Он машет своим кружевным платочком и она забиваетца в темный угол камеры. — С ней будет говорить Король, — говорит Викар Пинч. — Это... Ангел Смерти.

ДеМало подходит к клетке.

— Иди сюда, девочка, — говорит он. — Его Величество желает говорить с тобой.

Это было в первый раз, когда я услышала его голос. Глубокий. Мрачный. Каким я его себе и представляла.

— Подойди, — говорит он.

Я подымаюсь, очень медленно. Я делаю несколько шагов. Останавливаюсь.

— Ближе, — велит он.

Я подхожу. Затем я стою прямо перед прутьями решетки. Прямо перед ним. Я не смотрю вверх. Но я чувствую его. Его тепло. Его холодность.

— Саба, — мне кажетца, што я слышу его шепот.

Странная слабость охватывает меня. Я склоняюсь к нему. Хватаясь за прутья, штобы остановить себя.

Потом он отворачиватца, поклоняетца Королю и возвращаетца обратно в тень. Он назвал мое имя? Нет... Должно быть мне показалось.

Теперь Пинч подходит к моей камере. Он резко выбрасывает руки вперед, которые хватают меня через решетку. Хватают за шею. У него сильные пальцы. Они сжимаютца на моем горле. Ровно настолько, штобы мне стало трудно дышать.

— Женщина права? — говорит он. — Ты сознательно проиграла этот бой?

— Нет! — говорю я. — Я не делала этого! Нет!

Его пальцы сжимаютца сильнее. Я хватаю его за запястье. Изо всех сил стараюсь высвободитца. Он слишком силен. Я отчаянно пытаюсь вдохнуть воздух через нос. От него несет такой вонью, которую чувствовать мне прежде никогда не доводилось. Кислый, сладкий, гнилой... и все эти запахи он источал одновременно.

— Твой Король совершил долгое и утомительное путешествие, штобы увидеть тебя в деле, — говорит он. — Все только и болтают об Ангеле смерти, как о поразительном воине. Он будет сильно недоволен, если обнаружитца, что его обманули и выставили в дураках.

— Я не обманываю!

— Последний шанс! Ты врешь?

— Нет! — задыхаюсь я. — Проигрыш - значит смерть. Это все знают!

— Именно, — говорит он. — Так с чего бы тебе рисковать? Зачем вообще кому-нибудь сливать бой? В этом же нет никава резона.

Он неожиданно меня отпускает. Я падаю на землю, задыхаясь, держась за своё горло, в том месте где были его пальцы.

— Ты вбила себе в голову, женщина, невесть што, — говорит он мис Пинч. — Тебе улыбнулась удача, она помогла сколотить тебе небольшое состояние. Тебе просто надо подыскать нового бойца, когда эта отправитца на растерзание толпе.

— Конечно же Вы правы, Ваше Величество, — раболебно говорит она. — Вы как всегда правы, Вы всегда сведущи лучше кого бы то ни было. Я так сожалею, што побеспокоила Вас из-за такова пустяка и Вы впустую потратили Ваше время, Ваше величество.