Страница 80 из 104
рукам прослеживать гладкую прохладу чешуек, спускавшихся вниз по его
спине. Пока я вытягивала футболку, его маленькие, сильные руки
спустились по моей спине к юбке, обхватив ладонями мои ягодицы, и
слегка поглаживая пальцами по контурам бордовых кружевных
трусиков, составлявших пару бюстгальтеру.
Я потянула его футболку выше, и он поднял руки, чтобы я могла снять
и отбросить ее на пол. Он оказался нагим до талии, продолжая сидеть на
моих коленях. Мне нравились его новые мускулы и его новый загар, несильный,
всего лишь легкий бронзовый оттенок кожи. Гоблины не
загорали, но сидхе иногда могли, и когда Китто узнал, что он может
загорать, он начал это делать около бассейна.
— Ты красивый, — сказала я.
Он покачал головой.
— Не рядом с тобой. Его руки добрались до кнопки на моей юбке, и вдруг он
остановился. Я поняла, и вытащила ремень из его джинс, теперь он не
постесняется расстегнуть кнопки и молнию на моей юбке. Он сложил
вершину моей юбки, а потом снова приостановился. Я видела, что его
хочется снять с меня юбку, но мне нужно было помочь ему— откинуться
назад на кровать, чтобы он смог стащить юбку вниз по бедрам. Он все еще
был в джинсах, а среди гоблинов те, кто раздевались первыми, считались
покорными, и это значило для гоблинов даже больше, чем среди людей, практикующихBDSM.
Я расстегнула кнопку его джинсов и начала расстегивать молнию. Он
поднялся на колени с обеих сторон моих бедер, и я дернула молнию вниз,
теперь можно откинуться назад на кровать и позволить ему снять с меня
юбку, чтобы я осталась глядеть на него только в белье, чулках и
босоножках.
Он пристально смотрел вниз на меня, и его лицо говорило больше
любых слов, насколько красивой он меня видел.
— Я никогда не мечтал, что мне разрешат смотреть на принцессу сидхе вот
так, и знать, что я могу сделать это, — сказал он, провел пальцами вдоль
наверший груди, где бюстгальтер встречался с белизной моей плоти. Я
вздохнула. Он улыбнулся, и пробрался рукой под бюстгальтер, пока не
нашел сосок и стал катать его между двумя пальцами, щипать и ласкать,
пока не услышал от меня неглубокий счастливый стон.
Он улыбнулся шире и потянулся руками к своим расстегнутым
джинсам, но снова заколебался. На сей раз, я помогла, попросив:
— Сними брюки, Китто. Позволь мне увидеть тебя без них.
Формулировка была не конкретной, поэтому он просто выбрался из
джинсов, снимая вместе с ними и синее шелковое белье. Он вернулся ко
мне уже голый, его тело выдавало нетерпеливость. Я лежала на кровати, ноги
же свешивались с края кровати, каблуки босоножек касались пола, я
наблюдала за ним, и мои глаза притягивались к его мужественной части.
Он наклонился надо мной так, что меня коснулся только его рот, и мы
поцеловались. Поцелуй начинался как нежный, но рос, пока Китто не
оторвался от меня, хрипло шепча:
— Ты можешь порезаться о мои клыки.
— Ты сказал, что яд действует, только если ты концентрируешься. Иначе
это все лишь обычные зубы.
Он покачал головой.
— Я не хочу рисковать тобой и младенцами. — Он положил свою маленькую
руку на мой все еще плоский живот и сказал, — я не буду рисковать ими.
Я видела нежность на его лице, нет, это была любовь. Он не был одним
из отцов и знал это, но для него, в отличие от других мужчин, это, казалось,
не имело значения. Его больше, чем других мужчин и даже некоторых
отцов, интересовала подготовка и украшение детских комнат.
Я гладила ладонями его голые руки и плечи, пока он не посмотрел на
меня, и в нежности его взгляда проглядывало еще что- то не столь нежное.
Это хорошо подходило мне и моему настроению. Я показала ему руками,
ногами, поцелуями, как я ценила его заботу обо мне, моих младенцах, моей
жизни. Но эти поцелуи были осторожнее, потому что Китто был прав. Не
стоит рисковать.
Теперь на мне оставались только чулки и босоножки на высоком
каблуке, а надо мной, стоя на четвереньках, возвышался Китто. Я
подвинулась на кровати так, чтобы руками обнять его бедра и взять в рот
самую мужественную его часть, которая так заманчиво свисала надо
мной. Все его тело отреагировало на мой рот, скользящий по нему, его
спина прогнулась, голова склонилась вниз, пальцами он зарылся в
постель, как месящая коготками кошка. Его дыхание было рваным, как
будто он хотел сказать кое- что, но я не давала этого сделать.
Я положила руку на тугую нижнюю часть спины, чуть царапнув его
кожу ногтями, потому что пришлось держать голову на весу, а второй
рукой помогала своему рту, получив лучший угол для своих действий. Не
потому что Китто был маленьким, но он не так хорошо был наделен
природой, как некоторые другие мужчины в моей жизни. Но есть
определенная радость в оральном сексе с мужчиной, размер достоинства
которого не заставляет бороться за каждый вдох. Надеваясь на него, я
встретилась губами с его телом. Мои руки обернулись вокруг его бедер и
талии так, что я могла любить его и без необходимости использовать мои
руки, только ртом, сосать и глотать так, чтобы это было почти
непрерывное движение моего рта вокруг широкой и дрожащей его длины.
Мои ногти процарапали его спину, и он закричал надо мной. Он, наконец,
нашел силы и произнес:
— Остановись или я кончу. Пожалуйста, остановись, или я не смогу
продолжать.
Я освободила свой рот только для того, чтобы ответить:
— Просто войди в мой рот.
— Сначала удовольствие должна получить ты.
— Я действительно наслаждаюсь этим.
Он покачал головой и попробовал отодвинуться дальше, но я удержала
его надо собой, глубже входя ногтями в его кожу на спине.
— Пожалуйста, Мерри, пожалуйста, позволь мне.
Я проложила языком длинную влажную линию по его животу, и
отпустила только для того, чтобы подвинувшись, дотянуться до его
сосков. Я облизала вокруг каждого из них, пока они не затвердели от