Страница 39 из 104
рассмеялся над собственной шуткой, потом покачал головой и положил
маленькое сито по горлышко моей чашки прежде, чем налил в нее чай.
— Не вижу ничего смешного, — заметила я.
— Божество смерти, — сказал он, указывая на себя, пока наливал мне чай.
Я кивнула, как будто поняла смысл, но…
— Я все еще не понимаю шутки.
— Жаль, это шутка для своих. Ты не божество смерти, чтобы понять шутку.
— Ладно.
Он поставил передо мной кружку с чаем, затем вернулся, чтобы вылить
холодный кофе и налить свежий. Он сделал глоток, прикрыв глаз, и
выглядел счастливым. Я подняла свой чай и почувствовала запах
жасмина прежде, чем испытала его вкус. С некоторыми сортами нежных
чаев аромат был столь же важным, как вкус.
— Почему ты думаешь, что никто больше не проснулся? Я думаю, Гален и
Вин были там все это время.
— Уверен, чтобы Богиня не предопределила тебе сегодня, это что- то должно
быть сделано нами вместе.
— Ты думаешь, что это потому, что ты единственное божество смерти,
которое здесь с нами? Он пожал плечами.
— Я не единственное божество смерти в Лос- Анджелесе, но я единственный
из кельтских богов в Лос- Анджелесе.
Я нахмурившись глядела на него.
— Кого ты подразумеваешь?
— У других религий есть подобные божества, Мерри, и некоторым из них
нравится жить среди людей и притворяться людьми.
— Ты говоришь так, как будто они не такие божества, как ты и тебе
подобные.
Он снова пожал плечами.
— Я знаю, что это специфическое божество предпочитает выглядеть
человеком, но он может быть просто духом. Если ты увидишь, что я хожу
не в человеческой форме, значит я мертв.
— Так ты имеешь в виду не только что- то еще, связанное с магией мертвых,
но и что- то еще, что действительно божество, бог с буквы, как Богиня и
Консорт.
Он кивнул, потягивая кофе.
— Кто это? Я хочу сказать, что это? Я имею в виду…
— Нет, не собираюсь говорить тебе. Я слишком хорошо тебя знаю. Ты
скажешь Дойлу, а он не сможет устоять и не познакомиться с ним ближе.
Я уже разговаривал с этим божеством, и мы пришли к сделке. Я оставлю
его в покое, а он оставит в покое нас.
— Он что, страшен?
— И да, и нет. Позволь просто сказать, что мне не хотелось бы испытать
свои возможности, когда все, что мы должны сделать, это оставить его в
покое.
— Он не повредит никому в городе, не так ли?
— Оставь его в покое. — Он нахмурился. — Я должен был держать рот на замке.
Я потягивала свой чай, наслаждаясь ароматом жасмина, но если честно, то
аромат кофе Риса перебивал тонкий запах цветов. Кофе был намного
лучше. Может стоит попробовать без кофеина.
— О чем ты так усердно думаешь? — Спросил он подозрительно.
— Я задаюсь вопросом, могла бы я попробовать пить кофе без кофеина и
каково это было бы на вкус.
Он рассмеялся и наклонялся поцеловать меня в щечку.
— Нужно тебя отмыть.
Он пошел к раковине, и оторвал бумажное полотенце от рулона. Он
поставил свой кофе и намочил полотенце. Но как только он пришел ко
мне с полотенцем, я почувствовала запах роз, а не жасмина.
— Нет, — остановила его я, — оставь как есть.
— Что? — Спросил он.
Я просто знала, что нужно было ответить:
— Океан, Рис, мы очистим это в океане, там, где волны встречают берег.
— Это место“ между”, — сказал он. — Место, где волшебная страна встречается
с обычным миром.
— Может быть, — сказала я.
— Что ты имеешь в виду?
Я глубоко вздохнула и почувствовала, что запах жасмина стал сильнее
запаха роз.
— Не уверена, что это то, что я имею в виду.
— Хорошо, тогда что имеет в виду Богиня?
— Я не знаю.
— Мы слишком много говорили сегодня вечером. Мне это не нравится.
— Мне тоже, но она Богиня. Реальная, как и твое неназванное божество
смерти.
— Ты не собираешься оставить все, как есть, не так ли?
— Нет, потому что, когда я спросила, повредит ли он людям здесь, ты не
ответил.
— Прекрасно, давай спустимся к морю. — Он отставил чашку с кофе и
протянул мне руку.
— То есть, ты пойдешь со мной, не зная почему.
— Да.
— Потому что ты не хочешь больше говорить о божестве смерти, — сказала я.
Он улыбнулся и качнул головой.
— Частично, но Богиня помогла тебе спасти Бреннэна и его людей. Черный
лимузин выбрал новую форму, которая позволит им перемещаться в
районе боевых действий. Богиня покрыла нашу кровать лепестками. Она
никогда такого не делала за пределами волшебной страны или в ночи,
когда была свободна дикая магия. Солдаты излечивают людей твоим
именем. Я думаю, что после всего этого я приму на веру все, что она хочет
что- то от нас на берегу.
Я соскользнула с табурета и взяла его за руку. Он подхватил свое
оружие, когда проходил мимо него, и мы пошли к стеклянным
раздвижным дверям. Но пред тем, как он отпустил мою руку, чтобы
открыть дверь, он заметил:
— Ты испортишь шелковый халат, если он попадет в соленую воду.
— Ты прав, — сказала я и развязала пояс, позволяя одежде упасть на пол.
Он дал мне увидеть, что уделил мне внимание, как уделял его с тех пор,
как мне исполнилось шестнадцать, но теперь его взгляд был полон
знанием, не только похотью, но и любовью. Это был хороший взгляд.
— Не думаю, что мне понадобится халат, — сказала я.
— Вода холодная, — сказал он.
Я рассмеялась.
— Значит я буду сверху.
— Тогда могут возникнуть другие проблемы.
— А, проблема парня в холодной воде, — сказала я.
Он кивнул.
— У меня в роду божества плодородия. Уверена, что смогу помочь тебе
избежать этих проблем, — сказала я.
— Почему Богиня хочет свести смерть и плодородие у края воды?
— Она не пояснила мне эту часть.
— Она там будет?
Я пожала плечами.
— Не знаю.
На это ему оставалось только покачать головой, но он взял меня за руку,