Страница 23 из 104
сережки были с разноцветными перьями, задевающими кожаный жилет
на плечах.
— Это было бы прекрасно, — сказала я.
Он поставил один из немногих здесь маленьких стульев и поддержал его
для меня. Я опустилась на стул с благодарностью. Внезапно я
почувствовала себя очень уставшей. Это беременность, или просто день
такой тяжелый?
Дойл пошел к владельцу магазина.
— Мы можем воспользоваться запасным выходом? — Неизвестно, куда он
ведет, но им можно было воспользоваться.
Заговорила женщина, вышедшая из двери задней части магазинчика:
— Боюсь, вы не сможете выйти через запасной вход, Принцесса и принцы.
Мне пришлось запереть дверь, чтобы журналисты не зашли туда.
На первый взгляд она соответствовала своему мужу, мягкие морщинки,
плавные округлости, так похожа на человека, но тогда я поняла, что она
явно делала такую же пластику, как Роберт из магазина Фэеля, хотя у нее
она была сделана насколько хорошо, чтобы походить на обычную
женщину, старающуюся хорошо выглядеть. Ее можно было назвать
симпатичной. И когда она подошла к прилавку и посмотрела на меня
своими карими глазами, она напомнила мне мою бабушку, у меня в груди
стеснилось, стало трудно глотать. Я не заплачу, проклятье!
Она встала передо мной на колени и положила свои руки поверх моих.
Ее руки были прохладными, как будто она работала с чем- то холодным в
задней части магазинчика.
Ее муж сказал:
— Поднимись, Матильда. Журналисты снимают.
— Пускай, — сказала она через плечо и снова повернулась ко мне. Она
смотрела на меня глазами, которые так были похожи на бабушкины.
— Я— кузина Мэгги Мэй, поварихи Неблагого Двора.
Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что это означало лично
для меня. С тех пор как я узнала, что у меня не было никаких
родственников— сидхе, высланных из волшебной страны, мне не
приходило в голову, что здесь могли быть другие родственники не сидхе.
Я улыбнулась.
— Значит ты кузина моей бабушки.
— Да, — кивнула она. и в этом единственном слове проявился акцент. — Если
она брауни из Шотландии, приехавшие в новый свет, тогда мы кузины.
Роберт, его магазин рядом с нашим, он— уэльсец, а значит, не связан со мной.
— С нами, — поправила я.
Она мне улыбнулась так, что мелькнули белы зубы, слишком белые,
значит их отбелили у дантиста, но мы же были в Лос- Анджелесе,
— Так значит, ты хочешь признать меня как родственника?
— Конечно, — сказала я, кивнув. Не замечаемая мною раньше
напряженность, оставила всех их, будто до этого мгновения они были
взволнованы, или даже боялись. Это, казалось, позволило им
приблизиться.
— Большинству из знатных нравится притворяться, что в их венах есть
только чистая кровь сидхе, — сказала она.
— Они не притворяются, — сказал панк- эльф. Он кивнул на Дойла. -
Красивые серьги. У тебя еще пирсинг есть?
— Да, — ответил Дойл.
Парень улыбнулся, и колечки в ноздрях и на нижней губе весело
зазвенели.
— У меня тоже, — сказал он.
Матильда гладила мои руки.
— Ты выглядишь бледной. У тебя голодная беременность или ты хочешь
есть?
Я не поняла выражения, потому нахмурилась.
— Я не понимаю.
— Некоторые женщины хотят есть все время, а некоторые не хотят
смотреть на еду, когда носят малышей.
Я расслабилась и ответила:
— Я очень хочу ростбиф. Белок.
Она опять осветилась той замечательной улыбкой.
— Это у нас есть. — Она через плечо обратилась к мужчине.
— Харви, приготовь ростбиф для принцессы.
Он начал было возражать о фотографах, но она повернулась к нему и
так на него посмотрела, что просто повернулся и сделал то, что она
сказала. Но очевидно делал это недостаточно быстро, потому что она еще
погладила мою руку и встала, чтобы посмотреть или помочь ему.
Мы все притворялись, что не было растущей толпы людей,
прижимающейся к окнам и двери. Я повернулась спиной к вспышкам за
стеклом и очень хотела обратно свои темные очки.
Молодой парень, который, скорее всего был старше меня на столетие,
подошел украдкой ближе к Дойлу и Холоду.
— Ты скрываешь заостренные уши?
Холоду потребовался мгновение, чтобы понять, что обращались к нему.
— Нет, — ответил он.
Парень пристально смотрел на него.
— Значит ты похож на чистокровного сидхе?
— Нет, — сказал Холод.
— Я знаю, что вы не все выглядите одинаково, — сказал парень.
— Я настолько же чистый сидхе, как и Дойл.
Я повернулась на табурете и добавила:
— Или я.
Молодой человек осмотрел нас одного за другим. И улыбнулся, довольный.
Кашляющий звук прочищения горла заставил меня повернуться, и я
увидела женщину с ребенком, который выглядел человеком. Женщина
присела в покачивающемся реверансе, моргая своими ястребиными
глазами. Мальчик начал было повторять ее движения, но она остановила.
— Нет, нет, Феликс, она принцесса фейри, не человеческая. Ты не должен
кланяться ей.
Мальчик нахмурился, пытаясь понять.
— Я— его нянька, — сказала она, как будто это что- то должно было объяснить.
— Няньки- фейри стали здесь весьма популярными.
— Я не знала, — сказала я.
Она широко улыбнулась.
Я никогда не оставила бы Феликса. Я с ним, с тех пор как ему
исполнилось три месяца, но я могу рекомендовать Вам несколько
других, кто сейчас не занят или хотят поменять работодателя.
Я еще не заглядывала так далеко вперед, но…
— У Вас есть визитка? — Спросила я.
Она улыбнулась и вытащила одну из кошелька. Она положила визитку
на столик и написала на ней что- то.
— Это мой домашний телефон, не стоит Вам ходить в агентство. Они не
смогут понять, что Вы нуждаетесь в гораздо большем, чем большинство
их клиентов.
Я взяла визитку и положила ее в маленький бумажник- браслет, это все,
что я носила с собой сегодня. Мы собирались устроить пикник на берегу,