Страница 42 из 100
Вскоре Джунун предстал перед Кёр-оглы.
— Каким ветром принесло тебя, ашуг?
— Лучше не спрашивай, — отвечал Джунун. — Много земель я объездил, много людей перевидел, много мудрых речей слышал, но таких пророческих слов, что ты мне сказал, слышать не доводилось. Сбылись твои предостережения, Кёр-оглы! Джафар-паша бросил меня в темницу и хотел повесить.
— Кто же спас тебя, ашуг?
Джунун ответил:
— Кёр-оглы!
Удальцы поразились.
— Как так? Какой Кёр-оглы?
Ашуг Джунун поведал все, как было.
Удальцы по достоинству оценили находчивость и отвагу Телли-ханум.
— Телли-ханум решительна и отважна, а какова она собой, — спросила Нигяр-ханум, — хороша ли? А может, и ликом походит она на Кёр-оглы?
— Нет, — отвечал ашуг Джунун, — Телли-ханум так прекрасна, что обычными словами не передать. Если разрешишь, то с помощью саза я попытаюсь рассказать о ее красоте.
Удальцы в один голос крикнули:
— Пой, ашуг!
Джунун прижал к груди саз и запел:
Окончив песню, Джунун склонил голову на грудь, словно навалилась на него незримая тяжесть.
— Что с тобою, ашуг? — спросил Кёр-оглы.
— Кёр-оглы, — отвечал он, словно очнувшись ото сна, — оказывается, я человек никудышный. Сам я спасся, а спасительницу свою оставил в руках злодея.
— Кто же этот злодей?
— Джафар-паша. Он убьет Телли-ханум.
Раздумью предался Кёр-оглы. Задумались и его удальцы.
— Кёр-оглы, — сказала вдруг Нигяр-ханум, — ни с одной просьбой доныне я не обращалась к тебе, а теперь я хочу, чтобы ты исполнил мое желание.
Дели-Гасан, опередив Кёр-оглы, произнес:
— Нигяр-ханум, что ты говоришь! Кто посмеет не исполнить твоего желания. Твое слово для нас — закон! Мы исполним все, что ты захочешь. Приказывай!
— Тогда слушайте, — отвечала Нигяр-ханум, — я повелеваю вам вызволить Телли-ханум и привезти ее сюда.
Грянули одобрительные возгласы удальцов, а Кёр-оглы сказал:
— Нигяр-ханум, я сам думаю о том же. Такую отважную девушку нельзя оставить в Эрзеруме, рано или поздно коварный паша погубит ее, выдав замуж за такого, как он сам. Она должна переехать в Ченлибель.
Кликнул клич Кёр-оглы, и разом собрались молодцы-сорвиголовы. Поведав им о своем намерении, он взял саз и запел:
Окончив песню, Кёр-оглы наполнил кубок вином и обратился к делибашам:
— Кто из вас, удальцы, осушит этот кубок и отправится за Телли-ханум?
Со всех сторон грянуло:
— Я! Я! Я…
Кёр-оглы сказал: это дело, молодцы, не каждому по плечу.
За Телли-ханум должен отправиться тот, кто сам храбрее и сильнее ее.
Поднялся Дели-Гасан и молвил:
— Кёр-оглы, дозволь мне отправиться за Телли-ханум!
— Нет, Дели-Гасан, не могу я тебя отпустить, — отвечал Кёр-оглы. — Может так случиться, что я сам должен буду покинуть город. Кто же тогда останется в нем за меня?
Встал Демирчи-оглы, взял у Кёр-оглы кубок, осушил до дна и запел:
Весь обратившись в слух, Кёр-оглы внимал словам Демирчиоглы, а когда тот кончил песню, запел сам:
Демирчи-оглы ответил:
— Нет, Кёр-оглы, пока за мной таких доблестей не числилось, но я все-таки привезу Телли-ханум. Поверь!
— Что скажете вы, молодцы? — обратился Кёр-оглы к своим всадникам. — По плечу ли ему поручение?
Одни крикнули:
— Он силен и крепок!
Другие добавили:
— Жаль опыта маловато у него в таких делах!
— В настоящих переделках он не бывал! — предостерегли третьи.
Кёр-оглы издал боевой клич. Мигом стремянный подвел оседланного Гырата. Кёр-оглы взял яблоко, воткнул в него кольцо в том месте, где торчал черенок. Это яблоко он положил на голову Демирчи-оглы. Потом вскочил в седло и, гарцуя, отъехав в сторону, вскинул лук. Сорок раз он оттягивал тетиву лука, и сорок стрел одна за другой пролетели сквозь колечко, торчащее из яблока. Все делибаши, Нигяр-ханум и ашуг Джунун, затаив дыхание, смотрели на это. Демирчи-оглы ни разу не пошевелился, не моргнул глазом, не побледнел. Как встал, так и стоял до конца стрельбы. Спрыгнул Кёр-оглы с коня, обнял Демирчи-оглы, поцеловал его в щеки и в глаза. Душа Кёр-оглы просветлела, сердце взыграло радостью, он взял саз и запел: