Страница 30 из 60
— По закону, когда обсуждаются имущественные отношения, следует обращаться друг к другу по имени.
Гален усмехнулся.
— Вам смешно, мистер Хоук?
— Что вы, Хейли, нисколько.
— А так в самом деле звучит намного приятнее.
— Простите, не понял.
— Мое имя. Мне понравилось, как вы назвали меня.
Ее глаза потемнели еще больше, в них застыла странная печаль. Он присел рядом с ней.
— Как легко угодить вам, Хейли. Неужели это все, что вам нужно?
— Боюсь, что нет. Вы, наверное, тоже рассчитываете на нечто большее.
— Я уже перестал надеяться на нечто большее. Но зачем же глаза закрывать? Давайте взглянем на все несколько иначе.
— К чему вы клоните?
— Почему бы вам самой не раздеть меня? Тогда вы сможете открывать и закрывать глаза по вашему желанию. Итак, решайте. Что захотите, то и увидите, а что не захотите, то нет.
— Какое безнравственное предложение!..
Но ее блестевшие глаза говорили об обратном. Судя по всему, Хейли понравилось такое предложение. Гален соскользнул с кровати, чтобы упростить ей задачу.
— Ну, идите же ко мне, Хейли.
Она пододвинулась к краю постели, встала на колени и положила ладони ему на грудь. Несколько секунд они смотрели в глаза друг друга, наконец Хейли решилась и начала развязывать галстук. Ее рука скользнула за воротник, и от ее прикосновения мурашки побежали по спине Галена.
— Какая у вас горячая кожа, — тихо сказала она.
— Умоляю вас, Хейли, нельзя ли чуть-чуть побыстрее? А то я не ручаюсь за себя.
Озорная улыбка засверкала в глазах Хейли. Она принялась ловко расстегивать одну пуговицу за другой. Ее пальцы скользили по волосам на его груди, ласково касаясь. Спустившись ниже, она оробела, и ее движения стали растерянными. Но Гален пришел ей на помощь и сам вытащил рубашку из брюк.
Пальцы Хейли опять живо забегали по обнаженным плечам, груди и животу Галена. Его напряжение нарастало.
— Я причиняю тебе боль? — удивилась она.
— Что ты! Нисколько! Твои прикосновения так приятны.
Гален следил за тем, как она, совсем неопытная, но стараясь изо всех сил, гладила руками его кожу. Он тоже не дремал и тоже гладил ее тело, причем действовал так, чтобы движения их рук совпадали, словно отражаясь в зеркале.
Он положил ладони на ее округлые груди и замер от восхищения. Хейли застонала, и ее пальцы крепче прижались к его груди. Они не спешили. Очевидно, подобная неторопливость нравилась им обоим.
— Мне почему-то неловко, Гален. Какое-то странное смущение.
— Это как раз и входит в мои намерения.
Она проигнорировала его слова, отвечать остротой на его остроту не хотелось. Хейли боялась разрушить удивительное ощущение близости, охватившее их обоих. Она и он попеременно вздрагивали, когда их руки касались друг друга. Ласки доставляли все большее чувственное наслаждение. Тепло мужского тела вместе с возбуждением через пальцы передавалось Хейли. Любовный танец ее рук оказал на Галена такое же возбуждающее влияние, как и его ласки на неё. Не спеша она вступала в чудесный мир новых ощущений. Начало было восхитительным, а от мыслей, что ждет ее впереди, у нее замирало сердце.
Тело Хейли не слушалось ее. Оно жило своей обособленной жизнью и мечтало лишь об одном — о продолжении того, что началось в беседке в саду. Предвкушая что-то очень приятное, Хейли задрожала. Она походила на необузданную кобылицу, которая вырвалась из тесной конюшни на волю и теперь смело несется навстречу ветру и солнцу. Хейли ничего не боялась. Меньше всего в данный момент она думала о Герберте. Она хотела быть с Галеном — и ни с кем другим.
Руки Хейли скользнули по его животу, стремясь все ниже. Но тут она замерла от смущения, ей страшно было снимать брюки.
— Хейли, ведь так можно умереть от мучений, — пошутил Гален.
— Поглядим, что можно сделать для того, чтобы спасти тебе жизнь, — прошептала она и начала осторожно расстегивать пуговицы на брюках. Когда она справилась с задачей, возбужденный пенис Галена выскочил наружу, как боец, готовый к сражению. Его появление вызвало у Хейли более чем откровенный интерес. Она раньше видела его на статуях греческих героев, которые не были прикрыты из ложной стыдливости фиговыми листочками. Но то были холодные мраморные изваяния, а перед ее глазами с горделивым видом вздымался живой, из плоти и крови, фаллос. Забыв о девической скромности, она жадно рассматривала его.
Гален, новый Адонис, отшвырнув одежду в сторону, стоял перед ней в чем мать родила. Она с прежним любопытством разглядывала его стройное мускулистое тело. В отличие от других мужчин его фигура не была перегружена ни жиром, ни грубыми мышцами. Более того, вокруг него витал аромат, очень приятный и волнующий.
Внутри Хейли — внизу живота — что-то сжалось, неведомая сила влекла ее к нему. Дольше медлить ни он, ни она были не в силах. Гален поднял ее на руки, прижал к груди, поцеловал и осторожно улегся вместе с ней в постель. Он пожирал ее глазами. Ничто не ускользало от его взгляда, начиная от стройных лодыжек и кончая спутанной гривой волос. Все Соблазнительные изгибы и округлости ее тела манили его. Для Галена она представляла собой пьянящий любовный напиток, чем больше он пил его, тем больше ему хотелось.
Она лежала перед ним, открытая, доверчивая, жадная до любовных ласк. Он не мог обмануть ее. Его вездесущие руки ласкали ее кожу. Он приподнялся и еще раз окинул всю ее взглядом.
— Постой, — вдруг прошептала Хейли.
— В чем дело? — встревожено спросил он.
— Поцелуй меня так, как только ты умеешь…
— Твое желание закон для меня, — с довольным видом ответил он.
Она, закрыв глаза и чуть приоткрыв рот, ждала поцелуя в губы. Но Гален с хитрой ухмылкой, нежно касаясь губами ее кожи, начиная от груди и до самого живота, поцеловал ее прямо в лоно. Не теряя даром ни секунды, он принялся языком расчесывать ее черные волосы, не забывая о поцелуях. Бедра Хейли начали сладострастно дрожать. Она стонала, умоляя его не останавливаться ни на минуту. Он ласкал ее губами, языком, а затем пришла очередь и пальцев. Дрожь начала сотрясать тело Хейли, и Гален понял, что заветный миг уже близок.
Он жаждал ее, но все-таки не хотел торопиться. В интимных отношениях с женщинами Гален всегда вел себя по-рыцарски, считая, что удовольствие должно быть обоюдным.
— Гален, — выдохнула она, — разве это был поцелуй?
— Конечно, поцелуй. А что же еще? — Он приник к ней. Но теперь он действительно поцеловал ее в губы. И он, и она застонали от вожделения. Бедра Хейли раздвинулись, она жаждала слияния. Но Гален не спешил, он не забывал о том, что она девственница. Он неторопливо вводил пенис, и от подобной несколько непривычной медлительности его наслаждение нарастало все сильнее и сильнее. Хейли тоже ждала момента полного слияния. Обхватив его мокрые от пота плечи, она едва не кричала от нетерпения. Он же, едва сдерживаясь, по-прежнему действовал медленно, но решительно, хотя знал, что у его выдержки тоже есть предел.
Глава 11
Гален весь дрожал от страсти, но не терял самообладания.
Черт возьми! Даже святой не смог бы взять и уйти, оставив ее на волосок от высшего наслаждения. Он попал в западню, откуда не было обратного пути, а была лишь одна дорога вперед. Он начал ритмично двигаться в такт ее судорожным движениям, погружаясь внутрь ее все глубже и глубже, пока не достиг девственной плевы.
Гален почти не сомневался в том, что Хейли была девственницей. Уж слишком был робок Джон, который едва ли не боготворил свою возлюбленную, а Трамбл был чересчур скован внешними условностями. Не желая причинять ей боль, Гален стал еще нежнее. Он даже замер на минуту. Хейли, видимо, тоже почувствовала болезненность и вся напряглась.
— Гален, пожалуйста…
Гален с осторожностью вошел в нее. Преодолев последнее препятствие, он с новой силой принялся осыпать ее ласками. Он задыхался от наслаждения. Открыв рот, он вдыхал ее аромат, желая взять от нее как можно больше. Когда он опять сильно прижался к ней, она начала извиваться под ним, как бы прося его о чем-то большем. Гален застонал, он уже не владел собой. Мощный поток страсти неудержимо нес его к конечной цели. Он двигался все быстрее и быстрее, словно летя на крыльях безудержного счастья. Еще один миг, он содрогнулся раз, другой и мер, обессиленный, опустив голову ей на грудь. Хриплое прерывистое дыхание вырывалось из его рта.